Видео
В мире
Если вы полагаете, что только мы в Латвии не можем толком судить о происходящем на Украине, поскольку с одной стороны нам передают новости российские СМИ, а с другой — промывают мозги американцы с официальной Европой, то сильно ошибаетесь. Окончательно запутались во всем и сами украинцы, многие из которых мечутся между вечно революционным Майданом и свободолюбивым Донбассом… И управляют там умами многих наши коллеги— — журналисты. Им и дадим слово.
"Где моя морковка?!"
Помните, чуть ли не по всем телеканалам год назад показывали, как патриоты Незалежной стали обживать Майдан: на площади рядом с палатками начали делать грядки и выращивать все, что можно съесть. Так бунтари готовились к всеукраинскому голоду из–за повышения цен на продукты и патологического нежелания народа что–либо делать в поле — например, хлеб сажать. Одним из огородников на Майдане был Олесь ГРИНЧУК — киевский журналист, который ранее сотрудничал с доброй половиной тамошних СМИ. Но как только начался Майдан, он вышел бунтовать "за Европу", а потом и вовсе остался жить на площади: морковку выращивал на грядках, огороженных досками. Вот с ним и поговорили на днях "ВЕСТИ".
— Потом пришел Кличко и всех нас разогнал, а мою морковку вытоптали, — рассказывает коллега, с которым я познакомился много лет назад на одной конференции в Москве: тогда мы с ним говорили только по–русски, а потом, когда встречались, Олесь всегда старательно переходил на украинский. — Ладно, морковка — это было своего рода протестно–револю
Я в палатке на Майдане провел в общей сложности семь месяцев, но потом ушел — как и очень многие, разуверившиеся в новой власти. Сейчас со страниц наших СМИ чуть ли не каждый день пугают представителей власти, что соберется новый Майдан — куда более грозный, чем предыдущие. Но пока ничего особенного нет. И сейчас самая большая забава для нас — то, как устраивают люстрации. На днях поднялась новая волна. Соответствующее распоряжение подписал мэр Кличко. Между прочим, контроль над исполнением распоряжения Кличко оставил за собой.
Знаете, формально этот закон направлен на то, чтобы очистить ряды функционеров от тех, кто был замешан в коррупции за время работы с Януковичем, но реально все сводят счеты друг с другом. Кличко тоже скоро, полагаю, люстрировать будут, поскольку он теперь ворует пуще, чем наши прежние власти, да и интеллектом он, прямо скажем, не блещет. Да, признаюсь, когда я жил в палатке на Майдане и жег покрышки вместе со всеми, кричал "за Кличко" и был уверен, что он правильный мужик. Кличко в предвыборной программе обещал искоренить кумовство представителей власти на местах. А нынче трое заместителей киевского мэра — миллионеры!
Меня точно никто не может упрекнуть, что я продался России. Но и я, и многие другие киевляне видят: в Москве все намного честнее, чем в Киеве. Тут у нас даже самые ярые майдановцы сейчас готовы спросить у "родных американцев и европейцев": так в чем же ваша помощь? В поддержке при организации Майдана? Так мы и без вас кричать умеем! Многие журналисты теперь не хотят работать на киевскую власть — и уходят. Двое моих знакомых вообще в Крым перебрались…
"Моторолу схватили!"
На Украине и сейчас сотрудничает с разными западными телеканалами (даже с Би–би–си) мой коллега Андрей ЗОТЧЕНКО — то в качестве оператора, то в качестве разработчика тем, по которым снимают сюжеты. Вот его рассказ:
— Два месяца назад я был около Донецка. Украинская армия стреляла по ополченцам. Тогда мы приехали снимать сюжет с англичанами. Нам рассказали, что схватили знаменитого Моторолу. Приехали. Ждем. Моторолы все нет. Потом вдруг поднялся какой–то шум. Вижу, тащат связанного мужика, а рядом бежит немецкий журналист и наговаривает на камеру своего оператора: "Сегодня историческое событие — украинские солдаты схватили сепаратиста Моторолу! Вы все его видите!" Но вот камеру выключили — и вдруг этот "Моторола" сел рядом со мной, сбросил с себя веревки и стал громко смеяться, приговаривая по–украински: хороший сюжет будет, такая шутка! Наврали, что Моторолу схватили. Хотя новость–то уже успела "уйти". Потом многие западные СМИ рассказали, что в Моторолу стреляли, в него попали, его схватили.
А на днях я передал в Би–би–си новость, что Моторолу наградили медалью "За защиту мирного населения". Награду ему вручал представитель Почетного посольства Новороссии в Словакии Мариан Фаркаш. Нюанс в том, что Словакия пока не признала официально статус Новороссии, поэтому награждение являлось частной инициативой. Из Би–би–си мне пришел ответ, что в подобных темах не нуждаются и если и впредь я буду акцентировать внимание на таких новостях, то со мной прекратят сотрудничать. Наверное, уже прекратили…
Все новости, которые передают наши и западные СМИ, проходят такой фильтр, какого никогда не было даже у российских, находящихся в русле "страшной кремлевской пропаганды". Да, в Донбассе идет война, пусть и замершая на некоторое время (в длительное и уж тем более постоянное перемирие никто не верит!), да, врут все СМИ — и Россия, и США. Но поверьте: ТАКОГО, что себе позволяют западные журналисты, россиянам и не снилось!
Расколотый мир
После того как началась война, луганский журналист Евгений МИХЕЙ записался в ряды ополченцев. Месяц назад он попал в больницу с ранением, а рядом в палате лежал тот, кто… в него стрелял, — тоже бывший журналист, только из Киева: Андрей ЖИТКО, работавший на разных радиостанциях. После того как Андрей подстрелил коллегу, сам он был ранен осколком гранаты.
— Недели две назад нас в один день выписали из больницы в Луганске, где врачи лечат всех подряд, — рассказывает мне Евгений по скайпу. — Он сейчас ходит с зашитой спиной, а я хромаю. Тут какой–то сумасшедший дом! И ведь Андрея "кинули" свои же — солдаты украинской армии, к которой он примкнул, как я — к ополченцам.
У нас и до войны между Западной и Восточной Украиной было все непросто. Они — поляки, мы — русские, в общем–то. А тут на днях европейские СМИ и политики признали, что Украина расколота. Не может быть: прозрели! И война обострила все противоречия — даже на уровне семей. Я в ополчении знакомился с парнями, у которых родственники шли в лучшем случае в украинскую армию, а в худшем — вступали в "Правый сектор"… Да, в Донбассе всех, кто приезжал вступать в ряды с Западной Украины, вначале принимали с опаской. Были случаи: приезжает доброволец, записывается к ополченцам, а на следующий день склад с боеприпасами взрывает. Его ведут на расстрел. А в соседнем здании мужик лежит, пьяный в хлам: это его брат, который и привел родного человека к ополченцам, но не ожидал, что тот — враг.
И как вы думаете, мы — журналисты, реально побывавшие на войне, участвовавшие в ней, — будем потом говорить о какой–то там объективности, о которой нам талдычат разные европейские либералы и демократы? Вот последних отправить бы под пули в Донбасс, а потом мы бы посмотрели, о чем они петь станут!
Тут у нас даже люди с Западной Украины, которые раньше терпеть не могли Россию, а Путина ненавидели, сейчас на многие вещи смотрят иначе. Они наконец начинают понимать: Киеву нельзя так поступать со своим народом! Хотя какой он, к черту, свой для Киева! Кажется, если бы не давление США и Европы, то Киев давно отпустил бы всю Новороссию — хоть к России, хоть куда угодно. Но сейчас Порошенко уже не может. А России наша Новороссия не нужна, поскольку что от ДНР, что от ЛНР будут одни финансовые проблемы, придется регионы делать полностью дотационными.
И это многие с Западной Украины прекрасно понимают. Правда, не все говорят об этом, и тем более — в киевских СМИ, где чуть что не просто уволят, но еще и прилюдно люстрируют — в мусорный контейнер затолкают…
