Так где кончается свобода слова и начинается работа СГБ? Два взгляда на случай Соколовой

Мы уже писали об этом случае, так что ограничимся несколькими цитатами:

«Как странно, в Италии говоришь по-русски, ну, помогая на пальцах объясняться, и тебя понимают. А попробовала по-латышски говорить и, зараза, никто не понимает! Как это? Как это! Что это такое? А латышский язык же, он такой великий и могучий. Но… никто не понимает меня на нём!».

«Как можно русскоговорящих детей в русских школах, где только недавно перешли на государственный язык обучения заставлять не говорить на переменах по-русски. Как? Учителя-жандармы это будут делать?

…У нас будет протест такой, что вам мало не покажется.

…Сейчас я понимаю — пора сваливать! Пора сваливать туда, где тебе никто рот не будет закрывать. Где напротив тебя будет сидеть человек, который будет с тобою разговаривать по-русски и ты сможешь с ним свободно разговаривать по-русски».

Реакция была самая разная, но самая интересная – у пресс-секретаря  Рижской думы Синдии Гравере: «Такие высказывания несовместимы с профессией педагога. Чтобы выяснить, не угрожает ли это государственной безопасности, мы считаем, что такие высказывания должна оценить Служба госбезопасности, в распоряжении которой есть законные инструменты для выяснения и изучения ситуации».

Отметим, что сама Соколова уже написала заявление об увольнении и покинула систему образования столицы. Но вопрос остается: а что, Рижская дума теперь будет грозить учителям Службой госбезопасности. Буде они дерзнут высказать свое мнение о происходяем в стране?    

Есть сигнал – его надо проверить

Press.lv попросил прокомментировать ситуацию представителя отдела по правам детей Бюро омбудсмена Лайлу Гравере:

— Не считаете ли вы нарушением свободы слова, записанной в  Конституции, стремление оценивать каждое высказывание через Службу госбезопасности?

— В этом я не усматриваю никакого нарушения прав человека: блогер волен высказываться, как считает нужным, а люди, которых его высказывания чем-то задели, тоже вправе обращаться в правоохранительные органы с просьбой оценить, нет ли в его словах нарушений закона. Если в них нарушений не окажется, человеку нечего бояться. Пусть компетентные органы проверят и дадут свой вердикт. Может быть и так, что у компетентных органов окажется больше информации об этом человеке, чем у тех, кто инициировал проверку.

Нелишне выяснить, почему человеку такие заявления публикует в отношении латышского языка, может быть, это уже не в первый раз. К педагогам закон в том плане относится строже – в Законе об образовании говорится, что долг педагога воспитывать детей в духе патриотизма свой стране. Нельзя быть нелояльным к государству и при этом воспитывать детей и учить их быть патриотами Латвии.

— Но было в ее речах и возмущение желанием политиков запретить детям даже на переменах  общаться на своем родном языке. Насколько помню, ранее вы тоже осуждали подобные запреты.

— Конечно, имеет!  Не стоит смешивать одно с другим.  В неформальном общении любой человек, и ребенок в том числе, может разговаривать на любом языке, в том числе и на своем родном. А перемена – это время неформального общения. Но неуважительные высказывания о латышском языке вовсе не связаны с желанием общаться на родном языке на переменах! То, что это неэтично из уст педагога – тут у меня сомнений нет.

— И все же, не находите, что мы все больше скатываемся в желание донести на соседа или согражданина?

— Ну, тут я не соглашусь – свобода слова ограничивается как только речь идет о нарушении закона. Здесь то же самое – кому-то из граждан кажется, что есть нарушение, они просят проверить. Подчеркну, что в случае, когда речь идет о высказываниях педагога, в которых, есть подозрение, допущено неуважительное отношение к государственному языку, считаю, что есть смысл дать оценку сказанному. С целью выяснить мотивы такого поведения. Как юрист, я вижу разницу между высказываниями педагога, задача которого растить патриотов, и обычным человеком без педагогического образования, к словам которого не такой строгий подход.

Основания для увольнения нет — правозащитник

Правозащитник Елизавета Кривцова отмечает, что юридически нарушений в действиях педагога нет и уволить здесь даже не за что:

— Но на примере этой воспитательницы детского сада  мы видим конкретный пример общей тенденции системы образования – на педагога надавила администрация, и он подписал все, что надо, и уволился. Конечно, если смотреть с точки зрения закона, здесь нет основания для увольнения. Но при таком тотальном контроле педагогов, который мы наблюдаем в последнее время,  даже такой поступок становится поводом возмущаться, что человек недостаточно лоялен.

— В Бюро омбудсмена отмечают, что у педагогов в Латвии особый статус, они должны воспитывать детей в духе патриотизма и любви к своему государству. А потому к ним и требования выше, чем к обычному человеку «с улицы». Что вы на это скажете?

— Это все-таки больше  политическая дискуссия – когда политики осуждают педагога, что он с недостаточным уважением к латышскому языку  высказался.  На самом деле, у педагога гораздо больше задач – его работа не заключается только лишь в уважительном отношении к госязыку: воспитывать хороших граждан можно разными способами. Ну, а ирония над тем, что Латвия – небольшая страна и ее язык не везде знают – ну, это же объективный факт. Здесь нет дезинформации. Увольнять за то, что человек неудачно поиронизировал? Считаю, что неправомерно. За то, что не проявил должного отношения к латышскому языку? Ну, вызов педагога на беседу к руководству учебного заведения и просьбу больше так не иронизировать, это еще можно себе представить в качестве реакции на такие видеообращения педагога, но разрыв трудовых отношений, увольнение – это уже слишком, однозначно нет. Это несоразмерно в такой ситуации – ведь воспитатель ничего не нарушила.

— Но если человек сам подал заявление и решил уйти, здесь уже ни о какой защите речь не идет?

-Ну да, если бы формально ее уволило именно руководство, тогда было бы основание говорить о правомерности таких действий работодателя, но если на нее надавили и она под нажимом подала заявление и подписала, что готова уйти, тут уже придется доказать, что это решение не было добровольным. Но могу заверить – юридического обоснования увольнять за такие публичные высказывания нет. 

— Публично озвученные призывы уезжать и заявление о готовности “«валить» прямо сейчас” – тоже «к делу не пришьешь»?

— Это общая болтовня среднестастистического гражданина, так думают и говорят очень многие, правда, не все публично. И не все они работают в системе образования. Но здесь человек работает на государство, а государство с каждым днем все больше хочет контролировать – и действия, и высказывания своих граждан, чтобы они не ездили в какие-то страны и чтобы не говорили лишнего — отсюда и такая реакция.

Юридически тут все необоснованно, а политически — все предсказуемо. Что тут скажешь? Если хотите, чтобы не было у вас таких проблем, совет юриста — молчите и не высказывайтесь. Но вот сможете ли вы и, главное, захотите ли так жить? Это уже другой вопрос. Каждый на него может себе ответить сам.