Видео
В мире
За сравнительно короткий период, не достигший и двух лет, маленького резекненца Дилана несколько раз доставляли в больницу на "скорой". В одном случае температура его тела поднялась до 42 градусов, в другом — ребёнок страдал от необъяснимой диареи и рвоты.
Оба раза при лечении в Резекненской больнице, по словам матери Дилана Инны, им пришлось столкнуться с крайне недоброжелательным отношением. Она выразила возмущение тем, что в больнице не захотели объяснить результаты анализов на доступном языке и отказались отвечать на её вопросы. Взволнованной матери приходилось буквально «вытягивать» информацию с огромным усилием и настойчивостью, при этом она чувствовала себя униженной просительницей. После последнего визита в больницу она так и не поняла, почему у ребёнка была рвота и диарея, рассказала Инна.
«Температура у него была после того, как мы прилетели из Норвегии. Нас в больницу доставила "скорая помощь". Там взяли все анализы. Я рассказала, что мы только что прилетели, на что сразу же последовала негативная реакция — мол, чего ты вообще с ребёнком летаешь? Мы что, первые, кто летает с детьми? Я попросила объяснить результаты анализов, а мне ответили: зайди в интернет и посмотри! Я была в полном шоке. Я ведь не медик, я ничего не понимаю в этих анализах. Когда была диарея и рвота, мы снова вызвали скорую, нас увезли в больницу, положили в палату. Дежурный врач спросил симптомы, послушал ребёнка — и просто ушёл. Всё. Анализы опять сдали, но можно же было объяснить, что с ребёнком! Я подошла к медсёстрам, они ответили: врач уже был у тебя, что ты хочешь, он заходит к каждому один раз в день. Окей, я была в шоке снова. Я мать, самый близкий человек ребёнку, почему мне не объясняют, что с ним происходит?»
Когда на фоне плохой коммуникации накопилось слишком много неприятных впечатлений, Инна поняла, что персонал больницы допустил ошибку, дав ребёнку продукты, которые врач строго запретил.
«Мне никто не сказал, что с первого дня лечения ему отменили молочные продукты. Я узнала это позже — что с первого дня, а всё это время ему продолжали их приносить. Сказали — ой, мы, кажется, перепутали! Я была просто убита! Халатно и очень неприятно! Лечение как таковое провели, лекарства дали, но отношение — ноль. Если, не дай Бог, снова что-то случится с ребёнком, я реально боюсь туда ехать!»
