Проект внесла партия «Латвия на первом месте» (ЛПМ), а за него проголосовали также Национальное объединение (НО), «Объединённый список» (ОС), «Стабильности!» и часть депутатов Союза зелёных и крестьян (СЗК), входящего в коалицию.

Против не выступил ни один депутат. Один воздержался.

Решение вызвало широкий резонанс: сторонники считают, что конвенция навязывает «чуждую идеологию», противники — что выход ударит по международному имиджу Латвии и ослабит защиту жертв насилия.

«Почему нам нужно вступать в клуб стран, которые распространяют созданные Россией мифы о Стамбульской конвенции?» — спросила депутат от «Нового единства» Занда Калниня-Лукашевица. — «Все государства ЕС подписали конвенцию или уже ратифицировали её полностью. Мы не можем идти турецким путём — у нас другие ценности». Она подчеркнула, что «выход снизит репутацию Латвии: сила маленького государства — в его добром имени».
По словам Калнини-Лукашевицы, послы союзных стран и депутаты Украины уже призывали Сейм не делать этот шаг.

Депутат Гатис Лиепиньш (НЕ) напомнил, что конвенция изменила уголовно-правовую практику. Теперь дела о домашнем насилии возбуждаются без заявления потерпевшего. «Ни один из мифов о «гендерной идеологии» не подтвердился. Конвенция это не символ, а обязательство работать против насилия», — сказал он.

Парламентская секретарь Минюста Лаума Паэглькална отметила, что Латвия окажется единственной страной в Европе, отказавшейся от документа, который сама подписала и ратифицировала.«Путаются мифы и полуправды, чтобы оправдать необходимость выхода. Но Конституционный суд признал: конвенция соответствует Сатверсме», — заявила она.

С резкой критикой выступили «Прогрессивные». Депутат Эдмундс Цепуритис назвал инициативу «позорным пятном, которое будет преследовать парламент».«Это пример того, как парламент наносит вред обществу, если использует доверенную власть безответственно», — сказал он.

Руководитель фракции Андрейс Шуваевс добавил, что противники документа «насмехаются над жертвами и распространяют конспирологические теории, унижая парламент и латвийское общество».

Он напомнил о призыве президента Парламентской ассамблеи Совета Европы Теодора Русопула не поддерживать выход.

Опоненты конвенции настаивали, что она продвигает социальные концепции, несовместимые с латвийскими ценностями.

Депутат Марцис Енцитис (ЛПМ) заявил: «Троянский конь Стамбульской конвенции — социальный пол. Это часть неокоммунистической идеологии, далеко превосходящей марксистские мечты о равенстве».

Бывший министр благосостояния Рамона Петравича уверена, что конвенция «служит идеологическим целям и продвигает операции по смене пола как модное явление». «Мы суверенная страна, не какая-то школьница. Выход — это политическое решение, не юридическое», — сказала она.

Некоторые депутаты, в том числе Гунарс Кутрис (СЗК), утверждали, что «и до Стамбульской конвенции в Латвии не было “тёмных времён” и люди не начнут бить друг друга, если мы выйдем из соглашения».

По его словам, семь стран ЕС не признали латвийскую декларацию, приложенную к ратификации, — и СЗК не хотела поддаваться «иностранному давлению на ценности Сатверсме».

Правительственный кризис и реакция общества

Поддержка СЗК оппозиционного законопроекта вызвала трещину в коалиции.
Премьер Эвика Силиня (НЕ) заявила, что партнёры «создали нестабильность», и признала — доверие в коалиции подорвано.
Именно одобрение Стамбульской конвенции было одним из условий вступления СЗК в правительство.

Большинство правозащитных и женских организаций выступили против выхода.

Представительница центра «Marta» Беата Йоните сказала:«После ратификации люди стали чаще обращаться за помощью. Они чувствуют, что государство их защищает».

По мнению «Skalbes», если исчезнет международный надзор, «у государства может не хватить ресурсов, чтобы справиться с проблемой».
Центр «Dardedze» напомнил, что на основе конвенции создан национальный план по борьбе с насилием до 2029 года.
В таком же тоне выступили юристы: обмудсмен Карина Палкова пояснила, что термин «социальный пол» означает социальную роль, а не биологический пол, и что документ не навязывает смену пола и не вмешивается в понятие семьи.

Судья Суда ЕС Инга Рейне добавила, что выход создаст «негативную презумпцию» и ухудшит восприятие Латвии как партнёра.

Что дальше

Сейм признал законопроект срочным, и он будет рассмотрен во втором, последнем чтении.
Если две трети депутатов поддержат его повторно, президент не сможет применить право вето.

Решение о выходе из Стамбульской конвенции стало не только юридическим, но и политическим рубежом.
Для части общества это  восстановление «национального суверенитета»,
для других — шаг в изоляцию, отдаляющий Латвию от европейских стандартов прав человека.