«Решение сиротского суда — не панацея»: Центр защиты детей — об обязательной вакцинации

Изначально нужно четкое урегулирование «в вопросе обязательных вакцинаций», и только потом можно принимать решения о механизмах, как этого достичь и что делать, если родители продолжают отказываться от вакцинации. Это заявила порталу tv3.lv руководитель Службы надзора за правами детей Центра по защите прав детей Валентина Горбунова.

«Прежде всего это трагедия для самой семьи… Как бывает, к сожалению, такие трагические происшествия запускают дискуссии по вопросам, которые в какой-то момент не были актуальны. Что касается вакцинации, то да, государство часть вакцин назначило обязательными, предоставив одновременно родителям свободный выбор в отношении того, соглашаться ли прививать детей. Конечно, в какой-то степени эти два аспекта противоречат друг другу. Увы, это был выбор родителей — то ли по глубокому убеждению, то ли от недостатка знаний, то ли в связи с другими аспектами», — сказала Горбунова.

 Руководитель Службы надзора за правами детей считает, что необходимо оценить, которые «вакцины нужно оставить в качестве обязательных».

«Такая возможность выбора до сих пор родителям предоставлялась. Насколько знаю, в Минздраве были дискуссии о том, что этот вопрос остро требует более четкого урегулирования. Если в Латвии около 14 вакцин назначены обязательными, но в то же время у родителей есть свобода выбора, возможно, этот список должны оценить профессионалы с той точки зрения, какие из этих вакцин нужно действительно оставить обязательными, возможно, без выбора родителей — да или нет. Возможно, в результате дискуссий появятся другие решения», — предполагает Горбунова.

Бюро омбудсмена в связи со случившимся заявляет, что за отсутствие прививки родителей наказать нельзя, и объясняет, как добиться вакцинации другим способом — получить разрешение сиротского суда на вакцинацию ребенка вместо согласия родителей.

Однако Горбунова считает, что такое решение — «не панацея»: «Если дело в родительском мышлении и убеждении или в религиозном убеждении, то принятие решения [сиротским судом] этого не решит. Рано или поздно выполнение этого решения сиротского суда на практике может привести к последующим решениям — например, об изъятии ребенка из семьи, которое является кардинальным вариантом, очень травмирующим для ребенка. Поэтому прежде всего нужно понять, как привести в порядок этот вопрос с вакцинами и тогда в каких-то исключительных случаях думать о принудительных механизмах».

По поводу того, что врачи могут обратиться с заявлением в сиротский суд, чтобы получить разрешение на вакцинацию ребенка, Горбунова подчеркнула, что в таком заявлении должна быть очень подробная и обширная информация.

«Конечно, сиротский суд принимает решение в интересах детей, но его сотрудники — не специалисты в медицине. В таком случае было бы желательно, чтобы сиротский суд получил от семейных врачей развернутое и обоснованное разъяснение с медицинской точки зрения, какие беседы проводились с родителями. Для сиротского суда информации наподобие «необходима вакцина, родители против» слишком недостаточно», — считает эксперт.