Летом 2025 года в Латвии ввели трудовые ограничения для граждан России и Белоруссии — они лишились права работать на объектах критической инфраструктуры, к которым относятся в том числе крупные государственные больницы. В результате работу потеряли не менее 100 человек. Среди них оказался и Александр Полупан, российский реаниматолог, который лечил Алексея Навального после отравления и открыто поддерживал его после заключения в тюрьму.

Полупан выучил латышский язык и получил врачебную лицензию, но теперь он не может устроиться по специальности без разрешения Службы безопасности Латвии. По словам Полупана, в его случае это означает запрет на профессию.

Подобным образом лишились работы десятки российских и белорусских граждан, живущих в Латвии. Среди тех, кто пострадал от новой политики властей Латвии, оказался Александр Полупан — анестезиолог-реаниматолог из Москвы, входивший в консилиум врачей, который пытался поставить диагноз Алексею Навальному после отравления «Новичком» в 2020 году. Позднее Полупан стал одним из инициаторов открытого письма врачей, призвавших перестать мучить Навального в заключении, и открыто сомневался в официальных причинах смерти политика в колонии на Ямале.

В августе 2020 года Навального отравили боевым ядом. Реаниматолог Александр Полупан был в группе врачей, которые пытались поставить ему диагноз. 

Полупан рассказал «Настоящему времени», что уехал в Латвию в 2023 году — по политическим причинам, в том числе из-за несогласия с вторжением России в Украину. К маю 2025 года он получил все необходимые разрешения на работу врачом, в том числе сдал языковой экзамен на категорию С1. Полупана пригласили работать в новом отделении реанимации в Восточной больнице Риги. Он должен был начать работу в январе 2026 года, но после отзыва из Службы государственной безопасности (СГБ) Латвии ему отказали в должности.

«Я потом написал персональный запрос в СГБ, приложил всю свою биографию, рассказал, чем занимался в Риге, что в целом в Латвии я ни в чем плохом замечен не был, только в хорошем. Они сказали: „Спасибо за предоставленную информацию, но мы не видим оснований для того, чтобы сделать для вас исключение“», — рассказал врач.

Полупан сейчас в третий раз пытается устроиться на работу в Латвии, но уже не в Риге, а в Лиепае. Он ждет нового ответа от СГБ. Если этот ответ снова будет отрицательным, врач планирует поехать работать в Швейцарию. Он говорит, что в его случае ограничения на работу, наложенные латвийскими властями, означают запрет на профессию:

«Нас [россиян] не так много переехало [в Латвию в последние годы]. Насколько я знаю, всего четыре врача начали проходить этот путь [получения лицензии] после начала войны. Если не ошибаюсь, я единственный, кто уже дошел до получения лицензии. Нам объяснили, что, если выполнять требования закона, то мы будем работать. Но потом фактически для нас вводят запрет на профессию. В моем случае это полный запрет, учитывая, что реанимация есть только в государственных клиниках. Да, доктора каких-то специальностей могут пойти работать в частную клинику, но реанимации в частных клиниках просто нет».