В 2025 году об этом громко напомнила Италия: по стране разошлись новости о том, что амоксициллин снова пропал из аптек. Однако такая же картина  по всей Европе.

• пациенты не могут получить базовый антибиотик;
• врачи вынуждены назначать более узкие препараты,
• спрос на них взлетает,
• и дефицит только усиливается.

Эта «цепная реакция» опасна: когда узкие антибиотики начинают использовать массово, растёт риск устойчивости бактерий.

Проблема — не в одном заводе. Она системная. По данным Европейского агентства лекарств (EMA), в сентябре 2025 года в ЕС не хватало 136 лекарств, из них 16 важнейших, включая тот же амоксициллин.

Да, иногда перебои связаны с поломками оборудования или выводом препаратов с рынка. Но всё чаще причина глубже — экономическая модель, которая перестала работать.

 Новый отчёт New Angle показывает масштаб разрыва:

цены на широко используемые дженерики-антибиотики с 2020 года снизились примерно на 10%;
расходы производителей на сырьё, энергию и рабочую силу выросли более чем на 30%;
алюминий подорожал на 40%, упаковочные материалы — почти на 25%.

В итоге:

240 наименований антибиотиков были сняты с производства,
зарегистрировано 385 случаев перебоев поставок.

Это не «хвост» пандемии и не разовый сбой. Это структурный перекос, при котором жизненно важные лекарства продаются настолько дёшево, что производить их становится экономически невыгодно.

Адриан ван ден Ховен, директор Medicines for Europe, предупреждает о том, что есть национальные системы возмещения стоимости лекарств жёстко ограничивают или ежегодно снижают цены, не учитывая рост затрат на производство — и это делает поддержание поставок всё труднее, фактически выдавливая производителей с рынка.

Почему никто не приходит на замену
Если один поставщик уходит, другой тоже не спешит занимать место — ведь он столкнётся с теми же ограничениями цен. Так формируется уязвимость: на рынке остаётся один-два производителя, и любой сбой превращается в кризис.

Хорошая новость — решение не космическое. И не дорогое. Просто перестать продавать антибиотики дешевле себестоимости.
Учитывать в ценах:
• энергию,
• труд,
• сырьё.
Вознаграждать поставщиков за стабильность — а не только за минимальную цену.

Использовать мульти-тендеры, чтобы не зависеть от единственного производителя.
На уровне ЕС — принять Critical Medicines Act, который впервые связывает цены с доступностью.
Цель — чтобы антибиотики ценилась не по «копеечной исторической цене», а по их реальной общественной ценности.

 Почему это важно
70% всех рецептов в Европе — это  "дженерики" , те самые дешёвые лекарства, на которых построена современная медицина. Но если Европа и дальше будет опускать цены ниже реальных затрат, то препараты, обеспечивающие химиотерапию, операции и обычное лечение инфекций, окажутся под угрозой.

Именно поэтому Адриан ван ден Ховен и предупреждает:
если Европа продолжит удерживать цены на жизненно важные лекарства ниже реальных затрат,
мы потеряем не только производителей — мы потеряем доступность антибиотиков как класса.

А когда антибиотики становятся редким товаром, лечение ломается, резистентность растёт, и риск для пациентов уже нельзя спрятать за бюджетной экономией.