Город Сангин, столица района в провинции Гильменд, пал утром 23 марта. Без боя: под покровом темноты американские вертолеты вывезли оставшихся защитников, эвакуацию прикрывал спецназ США.

Сейчас остатки сангинского гарнизона — бойцы 215-го Майвандского корпуса и полицейские — находятся на укрепленной базе в трех километрах от города. Местные и кабульские чиновники пытаются сделать хорошую мину при плохой игре. Официальный представитель властей Гильменда Омар Звак объявил, что это лишь «тактическая передислокация», предпринятая ради того, чтобы избежать жертв среди гражданского населения и что вскоре афганская армия отобьет Сангин.

Звучит красиво, но верится с трудом: когда собираются вернуться, не сжигают за собой мосты. Сразу после эвакуации гарнизона американские ВВС нанесли ракетно-бомбовый удар по городу, чтобы уничтожить оборонительные позиции и оставшееся там снаряжение. По словам американцев, почти все боеприпасы и оружие уже вывезли; удар наносился по брошенному зданию полицейского управления и покинутым укреплениям. Талибы же утверждают, что в руки к ним попали богатые трофеи, а американские бомбы и ракеты поразили в основном жилые дома.

География, наркотики и кровь

Городок Сангин находится в так называемой зеленой зоне — плодородной долине реки Гильменд. Население — около 14 тысяч человек. Имеет важное стратегическое значение: через Сангинскую долину проходит шоссе 661, обеспечивающее доступ к опийным плантациям и плотине Каджаки, критически важной для орошения земель и энергоснабжения севера провинции. Кроме того, контроль над Сангином облегчает маневр силами при любой операции в северной части Гильменда.

Но главное, Сангинская долина — один из центров производства опиума и ключевой перевалочный пункт на наркотических маршрутах Центральной Азии. Именно в Сангин крестьяне из окрестных поселений привозили урожай на огромные ежегодные ярмарки опиума. Отсюда наркотик шел на рынки Европы. Тот, кто контролирует Сангин, кладет себе в карман львиную долю доходов местной наркоторговли.

Есть и третья причина, по которой Сангин так важен для всех враждующих сторон. Долина пропитана кровью афганцев, англичан и американцев, более десяти лет дравшихся и умиравших здесь. Для солдат НАТО и афганской армии падение Сангина — плевок на могилы братьев по оружию, отдавших жизни за то, чтобы над этой землей никогда не взвилось белое знамя талибов.

Ишакзай не нужны

Население Сангина издавна поддерживало движение «Талибан». Даже после того, как в 2001 году пал режим талибов в Кабуле, правительственные войска предпочитали не соваться в долину.

В 2006-м президент Афганистана Хамид Карзай убедил Тони Блэра и его генералов наконец зачистить Сангин. «Афганскому лису», как прозвали Карзая западные союзники, нужно было расширить зону своего влияния, нанести удар талибам и перетянуть на свою сторону местное племя алоказай. Соперники алоказай, племя ишакзай в основном поддерживало «Талибан», алоказай колебались. Президент решил показать им свою власть и купить их лояльность, пообещав им ключевые посты в администрации и полиции долины.

Свои резоны были и у британцев. Тони Блэр надеялся, что захват Сангина поможет перерезать поток наркотиков, идущий в Европу, а британские военные после неудач в иракской Басре жаждали продемонстрировать союзникам в Пентагоне, что они тоже чего-то стоят. «Наши генералы в то время говорили: мы обделались в Басре, и теперь нам нужно устроить славное шоу в Гильменде, — рассказал Майк Мартин, бывший капитан британской армии, знающий ситуацию не понаслышке. — Главными зрителями на этом шоу должны были стать люди из Пентагона, а не жители провинции».

Сангинградская битва

В 2006 году 3,3 тысячи британских военнослужащих вошли в долину Сангин, чтобы «разворошить осиное гнездо и передавить ос», как поэтично выразился один из британских командиров. Военные планировали установить контроль над долиной и выиграть борьбу за сердца и умы, наладив дружбу с местным населением и убедив его отказаться от выращивания опиума в обмен на зерно и субсидии.

Но с первых же шагов в долине британцы столкнулись с серьезным сопротивлением. С ними дрались талибы, отстаивающие свою власть, местные племенные ополчения, защищающие свою землю, и отряды наркоторговцев, спасающие свой бизнес. Британцы так и не смогли взять долину под контроль: ночью они отбивали постоянные атаки на базы и укрепленные пункты, а днем совершали опасные рейды, рискуя попасть в засаду или подорваться на минах. Местность была нашпигована взрывчаткой, так что патрули не выходили с базы без миноискателя и передвигались почти исключительно по руслу ручьев и канавам, избегая дорог.

Прекраснодушные идеи о борьбе за умы и сердца были быстро забыты: англичане сражались за то, чтобы просто удержаться в Сангине. 120 британских морпехов и местная полиция в столице района оказались в полной блокаде. Они засели на базаре в центре города, выстроив укрепления из мешков с песком и колючей проволоки, и месяц отбивали непрерывные атаки талибов. Еду и патроны им доставляли вертолетами, но иногда огонь с земли был настолько сильным, что подвоз прерывался почти на неделю. Не выдержав напряжения битвы, полицейские один за другим дезертировали к талибам, рассказывая им о планах британцев и о конфигурации их позиций.

Англичане окрестили это сражение Сангинградом — по аналогии с боями за Сталинград. Командующий войсками НАТО в стране Дэвид Ричардс признал, что ничего подобного британская армия не видела со времен Корейской войны.

Блокаду удалось прорвать лишь через месяц. Официально битва была выиграна в апреле 2007-го, но на самом деле минная война продолжалась. За три года в Сангине британцы потеряли 106 человек убитыми — четверть от всех потерь за время афганской кампании. Район Сангин обошелся английской армии в разы дороже, чем любой из других 397 афганских районов.

Но хуже всего то, что все жертвы оказались напрасными. Местные власти и не собирались уничтожать опиумные плантации. «Нынешняя полиция в Сангине — это наркоополченцы одного из племен, а талибы — наркоополченцы другого, — жалуется Мартин. — Тот, кто контролирует базар в Сангине, собирает налог с продажи наркотиков. Вот главная причина сражения за этот базар».

Теперь попробуйте вы

В 2010 году зоны ответственности были нарезаны заново, и Сангин отошел американскому Корпусу морской пехоты. Морпехи взялись за дело с энтузиазмом, сосредоточив в районе крупную группировку и начав наступление. Постепенно воронка битвы затягивала все новые и новые подразделения — танкистов, саперов, разведчиков. Огневая мощь и хорошая подготовка сыграли свою роль. Талибов удалось выбросить из долины, хотя и дорогой ценой: американцы потеряли в боях 55 человек убитыми и сотни ранеными. Местные племена поклялись в лояльности Кабулу, все вроде бы успокоилось.

Но в 2011-м морпехи ушли, передав позиции частям афганской армии, и талибы вернулись. Опять развернулась бойня. Афганских солдат, конечно, не сравнить с американцами и британцами в плане боевых качеств. Сложно их за это винить: нехватка миноискателей и собак-саперов приводила к огромным потерям, а раненых не удавалось даже вовремя вывезти из-за нехватки вертолетов-медэваков. Счет потерь шел на тысячи.

До поры до времени ситуацию спасали экстренные переброски солдат НАТО. Так, в 2013 году талибы чуть было не захватили Сангин, когда после очередного расстрелянного блокпоста афганских солдат охватила паника и они бежали, бросая оружие и боеприпасы, оставляя одно укрепление за другим. Паника прекратилась лишь с прибытием британского и американского спецназа.

Большие надежды

Окончательно судьба Сангина была решена в конце 2014-го, когда НАТО вывела большую часть сил из Афганистана. Уже в следующем году талибы перерезали шоссе 661 — единственную дорогу, ведущую в город. Последние два года афганские солдаты сражались в осаде, подкрепления, боеприпасы и продукты им подбрасывали по воздуху. С каждой неделей этот ручеек все мелел, пока не пересох полностью.

Еще два месяца назад казалось, что не все потеряно. 1 февраля гарнизон Сангина, потеряв трех человек убитыми и пять ранеными, при поддержке с воздуха отбил очередную атаку талибов. Прибывший в столицу Гильменда Лашкаргах премьер-министр Абдулла Абдулла пообещал крупное наступление и приказал силам безопасности покончить с «Талибаном» в провинции еще до начала весны.

Но, как это часто бывает в Афганистане, громкие слова политиков так и остались словами. Помощь не пришла. Когда американский спецназ эвакуировал остатки гарнизона Сангина, оборону держали лишь восемь полицейских и 30 солдат.

Трудный выбор

Сейчас силы афганского 215-го корпуса занимают позиции в трех километрах от Сангина, и политики в Кабуле требуют от них наступления. Представитель Сангина в афганском парламенте Мухаммед Хашим Алоказай заявил, что военные должны как можно скорее вернуть район, иначе не избежать падения столицы Гильменда Лашкаргаха и потери всей провинции.

Политиков можно понять. Сангин был городом-символом: удерживая его, афганская армия показывала, что она, как бы ни было тяжело, не собирается уходить из Гильменда. Битва за Сангин рассматривалась как своеобразная лакмусовая бумажка: способны ли афганские силы без прямой помощи НАТО сдерживать талибов.

Сейчас кабульским стратегам и их западным советникам предстоит принять тяжелое решение: бросить все силы на Сангин, попытаться отбить его, обнажив при этом другие направления, или сосредоточиться на обороне Лашкаргаха, который держать без Сангина станет куда тяжелее.

Нелегкий выбор стоит и перед американцами: или усиливать свое присутствие, или уходить окончательно. Еще в феврале командующий силами США в стране генерал Джон Николсон заявил, что ситуация зашла в тупик и для того, чтобы добиться перелома в боевых действиях, необходимо перебросить в Афганистан несколько тысяч человек. Взяв Сангин, талибы показали, что тупиковой ситуация является лишь для Кабула и НАТО, а сами они готовы к дальнейшему наступлению.

Алексей Куприянов, Лента.ру