Видео
В мире
Два, пожалуй, нюанса. Первый - это то, что сам по себе Навальный, конечно, не политик. Политика - это борьба за власть. В России в этом смысле политики нет, во всяком случае публичной. Есть византийщина и азиатчина, когда власть захватывают путем аппаратных интриг и комбинаций. Извне системы попасть в нее невозможно. Расследования Навального и его ФБК - это обычная журналистика, вполне тривиальная на Западе, где свобода прессы (при том, что она тоже довольно условна) - элемент контроля над системой управления.
В России, где контроль над системой может быть тоже только системным, свободная пресса не нужна. Под журналистикой понимают либо славословия в адрес власти, либо ведра дерьма в студию и полностью расчеловеченные ток-шоу с ором, драками, матом. Раз так - то сам факт журналистских расследований у нас воспринимается как вызов системе и политическим событием. Хотя, повторюсь, это совершенно не так.
Кто именно попытался убить Навального, скорее всего, так и останется неизвестным. Подобного рода убийства заказываются системными людьми и силами, а потому если разбор полетов и состоится, то он будет непубличным. То, что это попытка убийства, особых сомнений нет, так как яд - штука такая, что понарошку или имитационно отравить нельзя. Тем более, что профессионализм исполнителей вряд ли позволяет действовать ювелирно.
Второй нюанс - реакция. Общество в России явно дичает, во всяком случае то, что немалая часть людей выражает чуть ли не искреннюю радость по поводу попытки убийства человека - явный признак расчеловечивания. Беглые укроблоггеры, отрабатывающие кремлевскую пайку, удивления не вызывают - там человеческого отродясь не было. Но немалая часть и российской аудитории, выражающая удовлетворение - тоже показатель.
Анатолий Несмеян.
