Век назад в Риге не было человека, который бы не слышал имени Иванде Кайя. Потрясает жизнь этой гордой женщины-Чайки, которая совершила невозможное -- о чем сегодня помнят далеко не все.

...На фотографиях 100-летней давности — утонченная молодая дама с прямым гордым взглядом огромных глаз, тонкой талией и прямой спиной. Барышня, но не кисейная.  

Антония Мелдере-Миллер родилась в 1876 году на хуторе в Юмправской волости.

Ее отец -- купец и землевладелец Микелис был человеком богатым и обстоятельным. Мама Матильда заботилась о семье, доме и воспитании детей. Антония получила очень крепкое по тем временам образование: сначала она училась в Торнякалнской начальной школе Риги, а потом -- в Ломоносовской женской гимназии.

Девушка запоем читала, изучала языки и искусство, а в 16 лет написала свой первый и небесталанный рассказ -- «Три новогодние ночи»...

Любовь, подарившая троих детей

По окончании гимназии юная Антония какое-то время самостоятельно пожила на Кавказе, где работала гувернанткой. Потом, с 1900 по 1901 год, юная особа изучала философию в Бернском и Лейпцигском университетах.

Антония владела шестью языками -- русским, немецким, латынью, французским, английским и итальянским.

Осенью 1901 года она вышла замуж за прекрасного рижского доктора Феликса Денисовича Лукина – подвижника от медицины, который интересовался идеями Николая Рериха, внедрял прогрессивные методы лечения туберкулеза и даже организовал первый такой санаторий в Латвии в Бикерниекском лесу.

С будущем мужем Антония была знакома с детства – с того времени, когда оба они учились в гимназиях. Уже в те годы у них зародилась симпатия к друг другу, которая перешла в крепкую дружбу, а потом и любовь. Биографы пишут, что их объединило «стремление к познанию сущности жизни, определение миссии человека». А по мне, так эту пару соединила неординарность их натур и харизматичность характеров, а еще -- пролетающий мимо Купидон, метнувший в их сердца свою стрелу.

Надо отметить, что Антония, став кундзе Лукиной, оставив все прочие свои занятия, погрузилась в заботы по дому – как кит, ушла в пучину семьи. Она родила троих (!) замечательных детей -- Сильвию, Харальда и Ивара. Материнство сотворило еще одно чудо с Антонией – она превратилась в редкую красавицу: мужчины невольно оборачивались в сторону молодой дамы – так она была неотразима, элегантна и мила...

Глухота подкралась незаметно

В 1910 году Антония Лукина отправилась во Францию, чтобы слушать лекции для журналистов в парижской Сорбонне – могла себе позволить такую вот «малость». В тот же период она много путешествовала по Франции, Швейцарии и Италии, где познакомилась со знаменитой латвийской четой звездных поэтов -- Аспазией и Райнисом.

Как-то, прогуливаясь с Аспазией по кладбищу в швейцарском Лугано, Антония остановилась у памятника – каменной чайки со сломанными крыльями и произнесла: «Наверное, это буду я...» Так, по легенде, родился ее псевдоним, с которым она войдет в историю Латвии, – Иванде Кайя.

В какой-то момент Антония с тихим ужасом поняла, что глохнет. Рассказывая про университетские лекции, она в 1911 году призналась Аспазии: «Видите ли, я не слышу ни одного слова. Я не ожидала, что мой слух будет настолько плох. Теперь я постепенно удовлетворяюсь, отдаваясь своей судьбе -- копаясь внутри библиотек. Теперь я, по крайней мере, ясно знаю, что мое поле деятельности -- четыре стены комнаты»...

Честно – о сексуальности

Госпожа Лукина, начав активно писать, вернулась в Ригу, – к мужу и детям. В 1913 году вышел в свет ее первый роман «Неотъемлемый грех», который Иванде Кайя сочинила всего за четыре месяца. Есть сведения, что супруг, ознакомившись с творением любимой, пришел в ужас от эротизма, коим была пропитана рукопись.

Феликс Денисович, человек строгих моральных устоев, грубо и даже жестоко назвал произведение жены -- «проповедью порнографии». Иванде писала о том, что у женщин есть свои сексуальные мечты, и что в этом нет ничего плохого. Грех – это жизнь в браке без духовной близости и физического притяжения.

В начале прошлого века такие мысли казались части общества просто верхом непристойности.

Ханжество, конечно. Представляете, как сплетничали добропорядочные кумушки, осуждая Иванде, а на самом деле зачитываясь ее в общем-то просто честными книгами?

В следующих романах Иванде Кайя (теперь она звалась только так) продолжила исследовать темы неудачных браков, страсти, любви. Она призывала женщин учиться и становиться независимыми, чтобы всегда можно было жить так, как просит душа и не зависеть от мужчин.

«Только не забывайте, -- обращалась Иванде к своим читательницам, -- что природа дала женщине еще одну трудную, но великую задачу -- задачу матери, которая всегда будет требовать от вас самых глубоких, лучших ценностей вашей души. Следите за тем, чтобы, следуя за соблазнительными общественными задачами, эта ваша самая большая задача не была оставлена, без внимания; она могла бы принести вам болезненные недостатки жизненного счастья, а нации, обществу - неисчислимые потери...»

«Отдайте свое колечко Латвии!»

Наступил 1919 год. Вокруг -- голод, холод, разруха. В рижской Пардаугаве окопалась армия Бермонта. Перспективы выживания недавно созданной страны Латвии стали туманными.

И вот 5 ноября 1919 года в газете Latvijas Sargs появилось письмо Иванды Кайи.

«Женщины Латвии! — взывала она. — Скажите честно: сколько из своих золотых безделушек вы будете готовы отдать, когда у вас потребуют, для блага родины? Когда ваши мужчины отдают свою жизнь за свободу народа и землю наших отцов? Или вы будете, как землевладельцы, закапывать богатство в горшках и бить себя в грудь: тяжелые времена, ах мы бедные крестьяне!» — сурово спрашивала писательница.

Иванда призывала: «Отдайте государству свое золото и драгоценные камни, и серебряные изделия, которые стыдливо прячете. Отдайте все без остатка! Если Латвия выстоит, тогда вам как равноправным гражданам вернут все назад с избытком в солнечные дни; если не выстоит — тогда вы, как рабы иных народов, посыпете голову пеплом и склонитесь в тихих причитаниях. И для чего тогда вам уже золото, для чего старинное величие? Отдайте не раздумывая все свое золото, пусть Латвия гордится Золотым фондом своих женщин..»

Случилось чудо – на следующий день после выхода газеты (вот она, сила прессы!) женщины стали отдавать государству свои драгоценности со словами: «У меня больше ничего нет, только вот это кольцо!»

Так стал формироваться Женский золотой фонд Латвии. Писательница мужественно возглавила это дело. «Не могу отказать, так как вижу, что иначе это славное предприятие захиреет», — записала в дневнике Иванде.

Помещения фонда располагались на улице Александра Невского, 17 -- теперь это угол улиц Блауманя и Марияс.

Газета писала: «Пожертвования -- различны. Много памятного, различные монеты, серебряные жетоны. Мирдза Р. принесла царский золотой орден отца. В числе первых жертвователей — молодая девушка, в первое утро принесшая красивую большую серебряную сумочку…»

Сама Иванде отдала государству золотую цепочку с медальоном, обручальное кольцо и золотую серьгу. Причем, сделала это 18 ноября. А ее супруг  Феликс Денисович Лукин пожертвовал в Золотой фонд золотую пуговицу с бриллиантами, орден Станислава, серебряный подстаканник. Дочь Силвия — золотой браслет и кольцо, сыновья — золотые и серебряные монеты.

20 марта 1920 года Кабинет министров приступил к формированию Государственного золотого фонда, куда влились все средства, собранные Иванде Кайей и латвийскими женщинами. В этом фонде находились: 4 миллиона царских рублей, 157,4 килограмма чистого золота, 5 040 килограммов серебра, 95,5 грамма платины, на 128 каратов бриллиантов. Этих немалых средств хватило, чтобы тогда обеспечить выпуск латвийских рублей.

И когда в ноябре 1922 года был основан Банк Латвии, собранные людьми всех сословий драгоценности перенесли туда в 99 ящиках, 6 чемоданах, 3 корзинах и 1 мешочке. Драгоценные металлы вместе с золотом, закупленным Министерством финансов, переплавили в слитки и отдали на хранение в Английский банк. Так одна маленькая хрупкая женщина спасла страну...

Гибель под колесами грузовика

Здоровье Антонии Лукиной никогда не было слишком крепким, чего никак не скажешь о силе ее духа. Известно, что 7 апреля 1921 года ее хватил удар (инсульт), парализовавший половину тела. В тот день 44-летняя женщина полностью лишилась слуха и речи. Она продолжала писать, но уже только левой рукой.

В 1934 году умер доктор Лукин – от туберкулеза, которым заразился от своих пациентов. Но Антония мужественно пыталась бороться за жизнь, смотреть на мир с надеждой на лучшее, работать над книгами.

Все закончилось под Рождество 1941 года: Антония медленно шла в старую церковь Святой Гертруды — на торжественную службу, которую не хотела пропустить. Она ничего не слышала, и ее со всей дури сбил немецкий военный грузовик.

Господь милостив: 2 января 1942 года сильно покалеченная Рижская Чайка, не приходя в сознание, ушла в лучшие миры...

Людмила ВЕВЕРЕ