«О каком патриотизме там можно говорить?» Шмитс о жизни в бедных регионах

По его словам, разговоры о любви к стране нельзя вести в отрыве от повседневной реальности. «У этих историй о патриотизме есть ярко выраженные социально-экономические аспекты», — подчеркнул политик.

Шмитс прямо связал чувство патриотизма с уровнем жизни. «Патриотизм, когда у тебя урчит живот, отличается от патриотизма человека, у которого есть работа, возможность заботиться о близких и доступ к медицине», — заявил он.

Политик пояснил, что стабильность в семье меняет восприятие жизни и страны. «Когда в семье всё хорошо — есть работа, хозяйство, стабильность — это одно. Но как только появляются финансовые проблемы, сразу возникает напряжение. Приходится отказываться от привычек, менять образ жизни».

Отдельно он остановился на ситуации в сельских районах. По словам Шмитса, там многие живут так, что вопрос стоит не о ценностях, а о выживании. «Если поехать в регионы и посмотреть, как живут дети, что происходит в сельских хуторах — о каком патриотизме там можно говорить? Там речь идёт о выживании здесь и сейчас».

Шмитс также раскритиковал оторванные от реальности разговоры о развитии регионов. По его словам, идеи о привлечении инвестиций нередко звучат красиво только на словах, а предложения открыть, например, швейную фабрику выглядят просто смешно.

Он подчеркнул, что начинать нужно не с громких рассуждений о ценностях, а с базовых вещей — работы, доходов и инфраструктуры. «Мы можем говорить о глобальных вещах — ценностях, воспитании, обязанностях. Но нужно начинать с базы — чтобы человек мог нормально существовать сегодня».

В завершение политик отметил, что без элементарной стабильности невозможно ни чувство принадлежности к стране, ни мотивация что-то делать для неё. «Нужно думать о том, чтобы у человека было что-то уже сегодня — тогда он будет мотивирован».