Видео
В мире
В частности, Херманис, пояснил:
-Стендзеникс и некоторые другие недовольны тем, что я их просто заблокировал.
Да, правда. Я блокирую тех, кто сравнивает Лиану Лангу с нацистами, устроившими Холокост, или кем-то в этом роде.
В стране Латвия в общественных или публичных местах необходимо говорить на латышском языке. Точка.
Латышам с согнутыми спинами тоже придется это принимать. Также, как и врачам, продавцам, официантам. Ну, Шлесерс может быть исключением. Его можно понять, 2/3 его избирателей – русские.
Дело не в Ланге. В отношении к латышскому языку. Я тоже отношусь к тем, кто в принципе говорит по-латышски со всеми местными жителями этой страны. И мне стыдно за всех этих мягкотелых латышей, которые находят оправдания, чтобы этого не делать.
В тот момент, когда ты не говоришь на языке этой страны с местным русским, это тот момент, когда ты предаешь эту страну и отрекаешься от нее. Ни больше, ни меньше.
Таким образом среди читателей Алвиса Херманиса остаются только те, кто разделяет его взгляды. И вот как они отреагировали на пост:
-Самое безумное, что на Лиану нападают сами латыши, хотя она сделала для защиты латышского языка больше, чем наши интеграционные политики и госслужащие вместе взятые.
-Много энергии уходит на обсуждение и принятие действий Лианы. Конечно, никто не запрещает, поэтому говорите о том, что и как вы хотите. Но если бы эта энергия была направлена на укрепление латышского языка, в том числе в повседневной жизни и т. д., это было бы полезнее. Моё наблюдение.
-Этой осенью в мою танцевальную школу пришла русская семья, которая хотела отдать свою дочь на танцы. Мама начала общаться по-русски, сказала, что ей очень импонирует наш подход, уважительное общение, на русский язык я не перешла. И она прекрасно продолжила на латышском языке. Дочь не понимала НИ ОДНОГО слова по-латышски. Потом пришел отец платить наличными, я на русский язык не перешла. Начался шум, что он напишет жалобу. Я сказала их маме, что это Латвия и что в моей танцевальной школе преподают на национальном языке и что я не хочу, чтобы мне за это угрожали и оскорбляли. За это мама назвала меня больным националистом... Я отдала ей ее ребенка и перестала с ней работать. Мы создаем это сами, свою среду. Это совсем другое, но держать границу должны сами латыши.
-Мерзкие русские фашисты...
