Позже президент Борис Ельцин объявил, что к 2000 году армия в России полностью перейдет на контрактную основу. Но из-за дефолта 1998 года и экономического кризиса этим планам так и не суждено было реализоваться. Службу по контракту в российской армии начали постепенно внедрять с 2004 года при министре обороны Сергее Иванове. Одномоментный переход был невозможен по экономическим соображениям, так как повлек бы колоссальные бюджетные расходы.

Преемники Иванова — Анатолий Сердюков и Сергей Шойгу — продолжили начатый курс. С увеличением военного бюджета число контрактников в последние годы росло: в 2015 году — 352 тысячи человек, в 2016 году — 384 тысячи. Согласно планам Минобороны, к 2020 году число профессиональных солдат и сержантов в российской армии должно возрасти до 500 тысяч человек. То есть в ближайшей перспективе контрактники составят почти половину всех военнослужащих (1 013 628 человек), но сроки создания полностью профессиональной армии в России пока не называет никто.

Что почем?

Сегодня требования к контрактникам в российской армии определяются законом «О воинской обязанности и военной службе». Профессиональный солдат должен соответствовать определенным медицинским требованиям и нормативам по физподготовке (быстроте, выносливости и силе).

Контракт могут заключать граждане не старше 40 лет с образованием не менее 11 классов, прошедшие армейскую службу. Само собой, кандидат не должен иметь непогашенную судимость. Если он соответствует всем требованиям, то может принять участие в конкурсе, «награда» за победу в котором — заключение контракта. Первоначально на три года.

Главную составляющую службы по контракту — оплату труда — в Минобороны афишировать не любят. Однако некоторую информацию найти все же можно. Так, по данным региональных СМИ, денежное довольствие рядового контрактника на островах Курильской гряды на первом году службы составляет более 34 тысяч рублей, при выслуге более пяти лет — более 52 тысяч; сержант при той же выслуге будет получать от 48 до 73 тысяч рублей, а прапорщик — от 55 до 85 тысяч. На соседнем Сахалине довольствие немного меньше. В целом, судя по этим данным, контрактники получают весьма неплохие (по меркам регионов) деньги — тем более что к ним прилагается немалое количество льгот.

Сплошные плюсы

«Полный переход российской армии на контрактную основу абсолютно реален, и он уже происходит. В прошлом году Минобороны впервые заявило о том, что количество контрактников в частях превышает число призывников, которых около 300 тысяч. Поэтому, думаю, в ближайшие три-четыре года армию вполне можно перевести на контракт», — говорит руководитель постоянной комиссии СПЧ при президенте по правам военнослужащих, координатор движения «Гражданин и армия» Сергей Кривенко.

По мнению эксперта, Минобороны уже сегодня показывает, что призывники армии особо не нужны: к примеру, студентам порой позволяют заключать контракты без обязательного прохождения службы по призыву, а выпускников всевозможных военных кафедр вообще подумывают не призывать в армию, а сразу отправлять в запас.

«Контрактника отличает еще и особый правовой статус, по которому он фактически приравнен к офицеру. Контрактник может защищать свои права, у него есть понятие служебного времени, а остальное время — личное. Он может жить вне казармы, снимать жилье, имеет свободный выход из части. Плюсов — множество», — объясняет собеседник «Ленты.ру».

По словам Кривенко, сегодня в регионах за пределами военкоматов действуют центры набора на контракт, куда выстраиваются очереди, несмотря на жесткие критерии отбора. Молодых людей привлекают хорошие и стабильные зарплаты.

«Не стоит бояться, что на контракт, куда требования жестче, чем на службу по призыву, не наберется достаточно людей. У нас негодны к воинской службе примерно треть юношей — но это общемировая ситуация. Плюс к тому сейчас мы постепенно выбираемся из демографической ямы 2014-2016 годов. Так что серьезных препятствий для полного перевода армии на контрактную основу я не вижу», — заключает эксперт.

Если завтра война

«Сегодня в российской армии формально около миллиона "штыков" — хотя на деле их около 800 тысяч. Из них около 500 тысяч — это сухопутные войска, но такими силами, в случае чего, невозможно перекрыть даже западное направление страны, — объясняет военный эксперт, полковник в отставке Михаил Тимошенко. — Военные понимают, что в случае войны контрактники сгорят в первый месяц в приграничных сражениях. Собственно, они и нужны как раз для того, чтобы военные успели мобилизовать все силы и укомплектовать боевые части запасниками».

Собеседник «Ленты.ру» отмечает, что делать армию полностью контрактной бессмысленно, поскольку в этом случае военные останутся без организованного резерва, который можно задействовать при необходимости.

Потому, исходя из задач нашей армии, ей необходимо иметь резервистов — тех самых срочников, способных в случае военной необходимости встать в строй. Впрочем, их боеспособность вызывает тревогу. По мнению эксперта, призывник в современной российской армии — как чемодан без ручки, который и нести неудобно, и бросить нельзя. Уровень допризывной подготовки оставляет желать лучшего, а за время срочной службы сделать из вчерашнего школьника хорошего солдата — задача трудновыполнимая.

«При той нагрузке и при тех лимитах расходования материально-технических средств и боеприпасов, которые мы выделяем на боевую подготовку, года службы недостаточно. Тем более полного года там и не набирается. Первый месяц призывник проходит курс молодого бойца, затем его ожидают три месяца учебки, после — служба. Во времена СССР учебка длилась полгода, а военная техника с тех пор стала куда сложнее. Что же касается большинства призывников, то с тех пор они не сильно поумнели: им как требовалось полгода на обучение армейской специальности, так и требуется. Однако не думаю, что сегодня кто-то решится на увеличение срока службы по призыву: в обществе подобная инициатива не встретит понимания», — заключает специалист.

Другими словами, в ближайшие годы российская армия, скорее всего, сможет полностью перейти на контрактную форму, но едва ли это повысит ее боеспособность в случае масштабного конфликта.