Видео
В мире
По его оценке, главные качели в цене запустила напряжённость вокруг конфликта на Ближнем Востоке, которая ударила по поставкам СПГ. Через Ормузский пролив обычно проходит около 20% мировых энергоресурсов, включая СПГ, но с 28 февраля он фактически закрыт. Параллельно шли взаимные удары по энергетической инфраструктуре - это ограничивало добычу и экспорт.
Дополнительное давление на предложение СПГ, по словам аналитика, дали перебои в Австралии после повреждений из-за тропического циклона. Их эффект может сохраняться несколько недель и усиливать конкуренцию за доступные партии СПГ. В то же время рынок реагировал и на сигналы деэскалации: после заявления президента США о возможном начале мирных переговоров с Ираном и пятидневной паузы в ударах цена Dutch TTF за один день снизилась на 10%. При этом, как отмечает Авотиньш, рынок всё слабее реагирует на политические заявления, воспринимая их как попытки стабилизировать финрынки, которые не всегда отражают реальную ситуацию в регионе. В более долгом горизонте, по его оценке, предложение могут улучшить новые СПГ-проекты в Северной Америке.
Заполнение газохранилищ ЕС к концу марта составило 28% - это почти на 2 процентных пункта меньше, чем в феврале, и на 5,6 процентных пункта меньше, чем в марте 2025 года. Низкие запасы означают высокую чувствительность цен к продолжению конфликта и новым эскалациям, поскольку хранилища придётся заполнять с низкой базы, конкурируя с Азией за СПГ.
Средняя цена фьючерса на нефть Front Month Brent crude oil в марте выросла на 43,6% к февралю и достигла 99,6 доллара за баррель (примерно 91,6 евро). В обзоре отмечается, что с начала войны через Ормузский пролив смогло пройти лишь очень небольшое число танкеров - в основном судов дружественных Ирану стран, Китая и Индии, а удары по энергетической инфраструктуре в Иране и арабских странах напрямую бьют по добыче и по дальнейшим экспортным возможностям.
Цена контракта на европейские квоты выбросов Dec.26 (EUA Futures) в марте снизилась на 7% и в среднем составила 70 евро за тонну. В первой половине месяца снижение связывали с политической неопределённостью вокруг возможных изменений в ETS и возможных изменений в распределении бесплатных квот, а также с сокращением чистых длинных позиций инвестфондов.
