«Его язык зафиксировали ниткой и иголкой»: последние часы перед самоубийством Гиммлера

«Спустя лишь 12 лет «тысячелетний рейх» Адольфа Гитлера потерпел сокрушительное поражение, был по большей части оккупирован вражескими войсками и смотрел в крайне неопределенное будущее, — повествует журналист Армин Фурер. — Однако худшим для Генриха Гиммлера был, вероятно, тот факт, что он впал в немилость у своего фюрера».

«В последние часы перед окончательным поражением внушавший всем страх рейсфюрер СС, рейхсминистр внутренних дел, начальник полиции и армии резерва, глава концлагерей и лагерей смерти пытался за спиной Гитлера прозондировать почву на возможность заключения мира с западными державами. (…) Он хотел заключить мир с западными союзниками не по гуманитарным соображениям, а только для того, чтобы спасти свою жизнь. Гиммлер знал, что он возглавлял список военных преступников, которые состояли в розыске и должны были быть осуждены», — пишет издание.

«Он всерьез верил, что главнокомандующий западных союзников, генерал Дуайт Д. Эйзенхауэр, согласится вести с ним переговоры на равных, чтобы немцы вместе с американцами и британцами пошли против Красной Армии. Конечно, Эйзенхауэр вовсе не думал об этом. (…) Главным шоком для Гиммлера, вероятно, стало то, что после того, как стало известно, что Гиммлер предлагал Западу переговоры, Гитлер отстранил его от всех должностей. Гиммлер всегда рассчитывал на то, что в случае кончины Гитлера он сам займет первую должность в Третьем рейхе. Однако там теперь сидел гроссадмирал Карл Дениц, которого Гитлер за день до своего самоубийства 30 апреля назначил в своем «политическом завещании» рейхспрезидентом».

Дениц ничего не хотел слышать о сотрудничестве с дискредитированным Гиммлером и окончательно дал ему понять, что для него нет никакой должности. «Он отправил его в отставку со словами: «Каждый, кто однажды стал предателем, будет всегда готов к предательству».

Гиммлер решил, что единственный шанс для него — залечь на дно. «Но главной проблемой было то, что его лицо было известно всем. Его знал каждый немец и многие размещенные в регионе иностранные солдаты. (…) Он добыл для себя форму фельдфебеля тайной полевой полиции и соответствующие документы на имя Генриха Гитцингера. Он сбрил свои усы, закрыл левый глаз повязкой, но не позаботился даже о новых очках. Новый образ оказался ошибкой, ведь британцы автоматически арестовывали всех членов тайной полевой полиции», — повествует Фурер.

О последних днях одного из главных представителей национал-социалистической диктатуры имеется на удивление мало достоверной информации, отмечает журналист. «Согласно порталу deathcamps.org, изучившему доступные источники, в частности воспоминания английских солдат, с 7 по 11 мая Гиммлер со своим сопровождением находился на крестьянском дворе в Затрупе вблизи Фленсбурга, где Дениц тем временем развернул свою штаб-квартиру. (…) Группа направлялась в Баварию. (…) 18 мая они прибыли в Бремерферде, где скрывались до 22 мая (…). Наконец, 22 мая Гиммлера и двух его спутников схватили три русских солдата, освобожденных из лагеря для военнопленных и стоявших на посту у моста в Минштедте, примерно в 20 км к югу от Бремерферде. (…) На следующий день их передали англичанам».

Никто из британских солдат не догадывался, какой улов им попался, до тех пор, пока трое мужчин не потребовали разговора с комендантом лагеря в Колькхагене Томасом Селвестером. «Первый мужчина, вошедший в кабинет, был маленьким, невзрачным и убого одетым, но его сопровождали сразу двое мужчин», — вспоминал позднее Селвестер. Он приказал вывести двух других мужчин, чтобы поговорить с третьим один на один. Когда тот снял повязку с глаза и надел очки, его удивленный собеседник узнал, кто стоит перед ним. Гиммлер очень тихо назвал свое имя», — пишет издание.

«Чтобы должным образом подтвердить личность пленника, его попросили расписаться. Затем последовал личный досмотр, в ходе которого было обнаружено, что у Гиммлера был с собой яд. Селвестер описывал это так: «В его кителе я нашел маленькую латунную гильзу, похожую на гильзу патрона, в которой находилась маленькая стеклянная ампула. Я понял ее предназначение, но спросил Гиммлера, что в ней».

«Гиммлер утверждал, что это лекарство от спазмов желудка, однако Селвестер понял, что на самом деле это был яд. Он продолжил осмотр и обнаружил еще одну гильзу, но без ампулы. Из чего он сделал вывод, что ампула спрятана где-то в теле Гиммлера».

«Селвестер вспоминал: «Когда Гиммлер снял всю одежду и она была изучена, были осмотрены все его естественные отверстия, прочесаны волосы и осмотрено каждое потайное место, но ампулу не нашли». Затем он приказал пленнику открыть рот. (…)Но ничего найдено не было, и когда Гиммлеру дали бутерброд с сыром и чай, присутствовавшие англичане также не заметили ничего необычного в том, как он ел. На следующий день, 23 мая, Гиммлера доставили в штаб-квартиру британской спецслужбы в Люнебурге. (…) Вечером Гиммлера снова обыскали, для чего ему вновь пришлось раздеваться».

«На этот раз досмотр проводил военный врач, капитан С.Дж.Уэллс, которому помогали трое солдат. Во время обследования рта Гиммлера врач обнаружил в нижней челюсти стеклянную капсулу и приказал Гиммлеру повернуться ближе к свету, чтобы рассмотреть ее. Внезапно Гиммлер закрыл рот и раскусил капсулу, наполненную цианистым калием».

«Гиммлер упал или был брошен на пол. Кто-то прокричал: «Этот гад кусается!». В помещении сразу же распространился запах синильной кислоты».

«Один из присутствовавших солдат, майор Норман Уиттакер, позднее писал в дневнике: «Мы немедленно подняли старого ублюдка и сунули его рот в миску с водой, чтобы вымыть яд. Свинья страшно стонала и кряхтела».

«Язык Гиммлера зафиксировали ниткой и иглой, чтобы он не проглотил яд. Его пытались привести в чувства. Но было слишком поздно, он был уже мертв. Уиттакер писал: «Это была проигранная битва, и в 23:14 дьявольское создание издало свой последний вздох».

«С Гиммлера сняли посмертную маску, через день было произведено вскрытие его тела. Говорят, были изъяты мозг и некоторые части скелета. Ранним утром 26 мая 1945 года четыре британских солдата отвезли его останки в лес и закопали их в неизвестном месте. Так Гиммлер, в отличие от Адольфа Гитлера, сразу обрел свой последний покой. Тело фюрера хоронили десять раз (…)», — пишет Focus.

 Источник: Focus