Но вспомним, что Россия также напала на Украину, потому что в противном случае «военные корабли НАТО окажутся в Севастополе, а ракеты – в семи минутах полета от Москвы». Можно сказать, что в одном случае (Иран) угроза вполне реальна, а в другом (Украина) полностью выдумана, но с точки зрения политической механики это не имеет большого значения. Если такая угроза становится законным оправданием для применения силы, то в дальнейшем она будет использоваться по поводу и без.

В связи с этим возникает вопрос о долгосрочных последствиях этого удара для политических процессов в целом. Другими словами, принесет ли удар израильских сил больше пользы или вреда?

Если кто-то считает, что это чисто теоретические вопросы, которые имеют мало отношения к будущей практике, то я хочу напомнить: большая часть сегодняшних глобальных проблем является следствием того, что в 2003 году году без одобрения Совета Безопасности ООН США вторглись в Ирак и свергли режим диктатора Саддама Хусейна. С политической точки зрения это вторжение еще можно было считать частично оправданным, но с юридической точки зрения его обоснование было явно недостаточным.

В результате США были вынуждены в последующие годы постоянно оправдываться за эту инвазию, и вскоре политическая мода в стране неизбежно изменилась. Популярной стала политика невмешательства Барака Обамы, которой последовательно придерживались и следующие президенты США Дональд Трамп, Джо Байден, а теперь снова Трамп. Нынешняя политика изоляционизма США является прямым следствием этого спорного решения 2003 года.

Можно сказать, что нападение Израиля на Иран несопоставимо с вторжением США в Ирак. Последнее, однако, имело другой масштаб. С этим можно согласиться, но в данном случае необходимо учитывать текущий глобальный контекст. Эта военная операция накладывается на уже происходящую полномасштабную войну между Россией и Украиной, и именно поэтому последствия этого нападения могут быть еще более непредсказуемыми.

Чтобы не возникло лишних недоразумений, сразу оговорюсь, что я не осуждаю удар Израиля. С точки зрения Латвии, его скорее следует оценивать положительно. Просто его нужно оценивать без лишнего восторга и какого-то преувеличенного энтузиазма.

На первый взгляд, эту атаку хочется упростить до борьбы Запада с глобальным Югом. Почти как в легендарном романе Виктора Пелевина «Мафусаилова лампа, или Малая война чекистов и масонов». Все было бы хорошо, только кто в этой борьбе Запад, а кто Юг? По чем это определяется? По цвету кожи? Тогда в каком лагере находится Россия? А как же сами евреи? Кто они на самом деле: семиты или «белые»? Христианами они точно не являются, как и иранцы.

Тогда, может быть, лагеря в этой борьбе делятся в соответствии с отношением к либерально-демократическим ценностям? Здесь тоже царит неразбериха. В западных демократических кругах уже давно сложилось весьма сдержанное отношение к политике Израиля последних лет и его многолетнему лидеру Биньямину Нетаньяху. Думается, не без оснований.

Не менее странное положение занимает нынешний президент США Дональд Трамп, который почти в каждом интервью подчеркивает, что у него прекрасные отношения с диктаторами – Путиным, Си и даже Кимом. В его глазах эти люди – хорошие парни, с которыми можно заключать отличные сделки, в то время как о лидерах демократических западных стран он ничего подобного не говорит. В результате создается впечатление, что ведущая западная держава США также утратила свои ценностные ориентиры.

Но если даже не совсем ясно, на чьей стороне находятся США, то вопрос «кто есть кто» становится совершенно запутанным. Эта путаница усиливается, когда мы видим демонстративное дистанцирование администрации Трампа от удара, нанесенного Израилем в пятницу ночью. Трамп всегда стремился позиционировать себя как твердого и сильного лидера. Он мог бы твердо встать на сторону Израиля, тем самым заработав дополнительные очки у консервативных республиканцев (евангелистов), которые традиционно являются большими сторонниками Израиля. Сейчас он почти примкнул к крылу противников Нетаньяху (левоориентированных демократов), громко заявляя, что США не участвовали в односторонней военной операции Израиля.

Люди, которые охотно воспринимают политику как борьбу добра со злом (своёй борьбу с чужими), теряются: кто здесь силы «света», а кто «тьмы»? Надо признать, что подобная неясность возникла и во время Второй мировой войны, когда Сталин считался одним из «сил света» наряду с Рузвельтом и Черчиллем. Этот хаос ценностей также определил всю искаженную мировую конструкцию, которая действовала в мире до 1991 года, когда распался СССР и перед миром (в том числе и перед Латвией) открылись невиданные ранее перспективы развития.

К сожалению, мир снова становится все более нестабильным и, главное, непонятным. Если смотреть узко с точки зрения военного нападения Израиля, то объективно это удар по оси Тегеран-Москва, удар по военному сотрудничеству этих двух недемократических режимов. С этой точки зрения это для нас выгодно, поскольку ослабляет нашего главного потенциального противника – Россию.

Труднее ответить на вопрос: как это оценивать, если смотреть шире, с точки зрения политической философии. Укрепление в мире принципа «кто сильнее, тот и прав» не в интересах Латвии. Если в мире начнут господствовать законы джунглей, то Латвии грядут тяжелые дни.

В интересах Латвии приоритет правосудия и дипломатических решений на международной арене. Поэтому военную операцию Израиля следует оценивать с осторожностью и выступать за снижение военной напряженности, против любой эскалации. Другой вопрос, не пролилось ли уже масло Аннушки из знаменитого романа Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита» на рельсы трамвая».