Что осталось за кадром: DW о резонансном докладе Amnesty International об Украине

«Украинская тактика ведения боевых действий подвергает опасности гражданских лиц» — пресс-релиз с таким заголовком, распространенный 4 августа международной правозащитной организацией Amnesty International, имел эффект разорвавшейся медиа-бомбы. Новость с такими заголовками распространили десятки ведущих западных изданий и информагентств. В заявлении правозащитников говорится, что подразделения Вооруженных сил Украины регулярно занимают позиции в жилых кварталах, в частности на территории школ и больниц, что подвергает опасности гражданское население.

Ажиотаж в России, возмущение в Киеве

Заявление правозащитников массово растиражировали и российские государственные СМИ, несмотря на то, что деятельность Amnesty International признана в России нежелательной, а ее сайт на русском языке заблокирован «Роскомнадзором». Распространили заявление и российские дипломаты в западных странах. «Преступный киевский режим не испытывает никакого сострадания к собственному населению», — написало в Twitter, в частности, посольство России в США.

Зато в Киеве заявление Amnesty International вызвало негодование. Президент Владимир Зеленский в своем видеообращении заявил, что организация «пытается амнистировать государство-террориста и переложить ответственность с агрессора на жертву». На следующий день, 5 августа, высказался и министр иностранных дел Дмитрий Кулеба. «Отчет искажает реальность, проводит ложное моральное равенство между агрессором и жертвой и способствует дезинформационным усилиям России», — говорится в заявлении министра в Twitter. Этим постом Кулеба ответил на пост генерального секретаря Amnesty International Агнес Калламар, которая назвала своих критиков «троллями», а обвинение в необъективности организации — «военной пропагандой».

Единичные случаи или «модель поведения»?

Amnesty International заявляет, что размещение украинских подразделений в жилых кварталах — не единичные случаи, а «модель поведения». «Такая тактика нарушает международное гуманитарное право и подвергает опасности гражданское население, превращая гражданские объекты в военные цели. Дальнейшие российские удары по жилым кварталам убили гражданских и уничтожили гражданскую инфраструктуру», — говорится в пресс-релизе.

Судить о системности этого явления, однако, сложно. Дело в том, что пресс-релиз Amnesty не сопровождается подробным отчетом с места событий, как это обычно делает организация, документируя военные преступления или систематические нарушения прав человека.

Туманные свидетельства

Нынешний пресс-релиз Amnesty International резко контрастирует, например, с ситуацией, когда в июне организация обнародовала отчет о систематическом использовании вооруженными силами России запрещенных международными конвенциями кассетных боеприпасов при обстрелах Харькова. Выводы июньского отчета базировались на изучении 41 обстрела, в результате которого погибли 62 гражданских лица, а 196 были ранены. Чтобы доказать использование россиянами запрещенных боеприпасов, исследователи АI опросили 160 свидетелей, потерпевших, врачей и родных погибших. Отчет содержит многочисленные фотографии с мест обстрелов, в том числе фото обломков боеприпасов.

Всего этого в подтверждение заявления от 4 августа нет. Вместо этого — критика из уст анонимных свидетелей и единичные примеры обстрелов в неназванных городах в Харьковской, Николаевской областях и на Донбассе. На обращение DW в пресс-службу центрального офиса Amnesty International в Лондоне утром 5 августа ответил представитель офиса организации в Москве и пообещал предоставить информацию позже. Впрочем, к моменту публикации статьи с DW так никто и не связался.

Один случай из более четырехсот

Amnesty International заявляет, что ее исследователи видели, как ВСУ использовали больницы в качестве «де-факто военных баз» в пяти случаях. Что именно подразумевается под «военными базами», не объясняется. В двух из этих случаев речь идет о десятках солдат, которые «отдыхали и принимали пищу на территории больницы». Только в одном случае речь идет о ведении огня, правда, не с территории больницы, а «с места неподалеку».

Здание больницы в Волновахе после обстрела

В целом, по данным ВОЗ, с начала российского военного вторжения 24 февраля больницы Украины подверглись обстрелам не менее 421 раза. В результате этих ударов погиб 181 человек, еще несколько сотен врачей и пациентов были ранены. В пресс-релизе АI приведен лишь один конкретный случай обстрела медицинского учреждения: 28 апреля двое сотрудников медицинской лаборатории в одном из пригородов Харькова были ранены после того, как украинские военные разместились неподалеку.

Никаких данных о другой стороне

В пресс-релизе также отмечено, что исследователи зафиксировали на Донбассе и в Николаевской области более 20 случаев размещения украинских военных в школах. При этом далее, правда, уточняется, что все школы были закрыты для занятий. Такой подход Amnesty очень удивил Владимира Яворского из Центра гражданских свобод в Киеве. В беседе с DW правозащитник привел пример Бахмута Донецкой области. В отчете Amnesty International упоминается, что 21 мая в здании университета в Бахмуте погибли семеро военных, вскоре после чего исследователи Amnesty побывали на месте событий и увидели там разбитую бронемашину. Но о школах в этом городе — ни одного упоминания.

«В Бахмуте в общей сложности 14 школ. 12 из них повреждены ударами российских военных. При этом точно известно, что в Бахмуте украинские военные имели приказ даже не приближаться к школам. Но Amnesty International не упоминает ни один из этих ударов по школам, где не было военных. И это при том, что в своем отчете ранее по Харькову они сами писали, что россияне бьют по всему подряд, где есть скопления людей», — критикует отчет Яворский. Он говорит, что российские военные, выбивая ВСУ из городов, просто «бомбят все подряд, квадрат за квадратом».

Впрочем, по мнению Яворского, главная проблема — однобокость обвинений Amnesty International в адрес украинских военных. Ведь о том, как ведут себя в жилых кварталах российские военные, речь не идет.

Human Rights Watch: в фокусе обе стороны

В конце июля проблема расположения боевых подразделений в жилых кварталах уже была в фокусе организации Human Rights Watch (HRW). В своем отчете правозащитники тщательно изложили обстоятельства семи случаев дислокации в жилых кварталах — в трех из них речь шла о подразделениях ВСУ, а в четырех — об армии РФ. В разговоре с DW представитель HRW отметила, что российская сторона не допускает правозащитников на территории, оккупированные Россией.

«Мы побывали на территориях, которые были более месяца под российской оккупацией, уже после отступления российских войск. Мы получили свидетельства о ряде случаев, когда российские войска занимали позиции в жилых кварталах, в частности, в школах, и не принимали никаких мер по эвакуации гражданского населения», — отметила исследовательница отдела кризисов и конфликтов при Human Rights Watch Белкиз Вилле. Правозащитница подчеркнула, что критику по поводу недостаточных мер защиты гражданского населения в адрес обеих сторон войны нельзя приравнивать к военным преступлениям, совершенным военными РФ и неоднократно описанными организацией. «В данном случае мы написали в министерства обороны России и Украины, привели им примеры и спросили, что ведомства делают для защиты гражданского населения. Мы не получили никакого ответа», — констатировала представительница Human Rights Watch.

Владимир Яворский соглашается: фиксировать возможные нарушения международного гуманитарного права — важная правозащитная работа. Однако она должна быть тщательной, говорит он. «Приехать, сфотографировать военных на территории школы — это очень просто. Разобраться во всех обстоятельствах ведения боевых действий — гораздо сложнее. Мы как правозащитники наблюдаем, что украинская сторона прилагает усилия для безопасности гражданского населения. А в этом случае так выглядит, что украинская сторона якобы ведет себя так же негуманно, как и российская», — критикует Яворский. По его словам, заявления Amnesty International могут пригодиться западным политикам, выступающим против поставок оружия Украине.