Националистические всплески, интерес к религии”: о чем приходилось докладывать в КГБ агенту «Намейсу»

В интервью он признался, что работал на КГБ и имел кличку “Намейс”. А сотрудничество с ЧК начал еще в студенческие годы, за долго до того, как получил статус “агента”. Стучать на однокурсников, знакомых и родных он перестал только после развала СССР.

По мнению Лемешонка, он своими сообщениями никакого зла людям не причинял, поэтому по ночам спал спокойно.

Карточку “Намейса” обнаружили при вскрытии мешков ЧК в 2018 году. В ней сказано, что его завербовали в 1964 году, когда он учился в Латвийском университете на факультете журналистики. И в своей работе он помогал бороться с “идеологическими диверсиями”, поскольку в его поле зрения находилась творческая интеллигенция.

Лемешонок не только признался, что стучал на своих товарищей. Но еще и в деталях рассказал, как его вербовали. Работник КГБ играл “в плохого полицейского”, критиковал его поведение, не подобающее советскому студенту,  коммунисту и сыну  директора. Например, ему было известно, что Лемешонок слушал радио “Голос Америки” и рассказывал запрещенные анекдоты.

Молодой человек не смутился, а заявил, что советская конституция гаанирует ему право на свое мнение. На что чекист разозлился и стал орать, что “права-то он свои знает, только об обязанностях забыл”.

Лемешенок подписался под тем, что осознал свою ошибку и будет придерживаться курса партии. Затем “плохой полицейский” покинул помещение и пришел “хороший полицейский”, который предложил дальнейшее сотрудничество.

“Националистические всплески, интерес к религии, все что противоречит морали честного советского студента”, — вот о чем Лемешонку приходилось докладывать в КГБ.

Однако раскрывать фамилию чекиста, завербовавшего его, Лемешенок отказался, отметив риторически: “Если тебе пилой отрезало палец, не все ли равно, какой из зубьев это сделал?”.