Во вторник Индийский метеорологический департамент (IMD) зафиксировал в столице максимальную дневную температуру 43,5 °C. Однако мы провели день на улицах города с тепловизионной камерой, установленной организацией «Гринпис Индия», которая в некоторых местах зафиксировала температуру поверхности до 64C.

Это не совсем сопоставимые показатели. Официальные данные IMD отражают температуру городского воздуха, измеренную в стандартных условиях, тогда как тепловизионные камеры фиксируют температуру поверхностей.

В жаркие дни дороги, бетон, автомобили и другие открытые поверхности могут нагреваться значительно сильнее, чем окружающий воздух.

Высокие температуры поверхностей увеличивают количество тепла, поглощаемого человеческим телом посредством излучения, и могут создавать ощущение, что в городских районах значительно жарче, чем показывает официальный термометр, особенно там, где мало тени или растительности.

Наша первая остановка состоялась чуть после полудня на эстакаде IIT в южной части Дели — одном из самых оживлённых транспортных узлов города. Ежедневно через этот перекрёсток проезжают сотни тысяч автомобилей, а в часы пик время ожидания иногда может достигать 10 минут.

Когда исследовательница «Гринпис» Нибедита Саха перевела камеру с затененных участков под эстакадой (где показания термометра составляли 42 °C) на мотоциклистов, простаивающих на светофоре под прямыми солнечными лучами, показания поднялись до 64 °C. Температура поверхности в том месте, где мы стояли, составляла 61 °C — она снизилась до 39,8 °C, когда мы отошли менее чем на 10 футов и встали под деревом.

«Постоянное пребывание в условиях таких высоких температур может привести к серьезным проблемам со здоровьем», — говорит Нибедита, добавляя, что иногда достаточно отойти всего на несколько футов. «Мы сразу почувствовали облегчение. Вот какую разницу может сделать всего одно дерево».

Доктор А. Фаттахудин, пульмонолог, отмечает, что нормальная температура тела человека составляет 37 °C, и длительное пребывание в условиях высокой температуры может привести к её повышению.

«Когда температура превышает 40 °C, организм перестает функционировать нормально. Наиболее распространённым симптомом является тепловой удар. Люди начинают сильно потеть, жалуются на головные боли и усталость», — сказал он, добавив, что в более серьёзных случаях у людей может возникнуть спутанность сознания и оцепенение, а также даже судороги.

«Если не оказать неотложную помощь, может развиться полиорганная недостаточность, приводящая к летальному исходу», — отметил он.

Чтобы обеспечить свою безопасность во время жары, доктор Фаттахудин советует людям пить воду, даже если они не испытывают жажды, носить свободную одежду светлых тонов и пользоваться зонтиком.

По его словам, правительство также должно выпустить рекомендацию для рабочих не работать на открытом воздухе с 10:30 до 15:00. Но для бедных жителей Дели это недоступная роскошь.

Мы ожидали, что на улицах будет мало людей, когда направлялись к городской достопримечательности — Красному форту в Старом Дели — чтобы пообщаться с уличными торговцами. Жара не ослабевала, но вокруг все же были покупатели, паломники и туристы — и торговцы сказали, что разложили свой товар в надежде найти хоть каких-то клиентов.

«А какой у нас, бедных людей, есть выбор?» — спросила Санджана Бен, торгующая сухофруктами прямо на тротуаре. Она сидела на земле на тонкой подушке, скомканной из одежды, а перед ней лежали мешочки с кешью, миндалем, изюмом, грецкими орехами и сушеными фигами.

Тепловизионная камера зафиксировала температуру на её лице чуть выше 40 °C — но по мере приближения к земле показания поднялись до 51,4 °C, а всего в нескольких дюймах от земли — до 57 °C.

«Иногда у меня кружится голова и помутняется зрение. Когда земля становится очень горячей, я на минутку встаю. Но как долго я могу так держаться? Поэтому я снова сажусь», — рассказала Санджана Бен BBC.

Мохаммад Махфуз Алам, торгующий обувью на соседней лавке, сказал, что в такие жаркие дни практически нет передышки, поскольку жара поднимается с земли, а солнце безжалостно палит сверху.

«Ни днём, ни ночью нет облегчения. Я чувствую себя вялым, у меня болят ноги. Домой я добираюсь измученным. Даже после того, как я приму душ, я не могу заснуть. Вентилятор дует горячим воздухом, и я всё время ворочаюсь в постели».

По его словам, погода в городе изменилась за последние годы. «Времена года стали более нестабильными. Лето, зима и дожди — всё это стало непредсказуемым, и это в большей степени сказывается на нас — тех, кто живёт и работает на улице».

Он указал на дерево позади себя. «Если бы этого дерева не было, мне было бы невозможно здесь находиться. В тот день, когда это дерево исчезнет, все будет кончено».

Когда камера Нибедиты прошла мимо Махфуза Алама и переключилась на его окружение, показания термометра изменились с 40 °C до 58,5 °C. Камера остановилась на его плече, зафиксировав 44,8 °C.

В паре минут ходьбы от этих ларьков находится Чандни-Чоук, который простирается от Красного форта до мечети Фатехпури и представляет собой лабиринт узких переулков и боковых улочек, ведущих к десяткам тысяч магазинов и ларьков с едой.

Главный бульвар здесь несколько лет назад был преобразован в пешеходную зону, и по обеим сторонам были возведены невысокие каменные столбики, чтобы посетители могли передохнуть. Но из-за отсутствия тени здесь никто ими не пользуется.

Мы заметили молодого продавца пластиковых игрушек, увлечённого своим телефоном, сидящего на бетонном столбе, температура на котором достигала 56,9 °C.

К тому времени, как мы прибыли в Сундар-Нагри — район среднего класса в восточной части Дели, в районе Силампур, — было уже после 17:00, и солнце начинало терять часть своей жары.

Но всё, что находилось под прямыми солнечными лучами, по-прежнему раскалялось — на бетонной скамейке у входа в поселок температура достигала 51,6 °C.

Когда мы шли мимо оживлённых уличных рынков, где продавали манго, одежду, обувь и овощи, чтобы встретиться с братом и сестрой Абхишеком и Каджал, на горизонте появилась пыльная буря.

Небольшие бетонные дома здесь стоят вплотную друг к другу, прижимаясь к обоим бокам улочек, которые порой настолько узкие, что по ним может пройти только один человек за раз.

В течение последних двух недель Абхишек ведёт «Гарми кхата» (журнал жары) в рамках проекта «Гринпис», документируя, как экстремальная жара влияет на их самочувствие, сон, доходы и повседневную жизнь.

Брат и сестра Каджал и Абхишек говорят, что в их доме так же жарко, как и на улице

Снаружи дома камера зафиксировала 42 °C. Мы поднялись по узкой лестнице в их двухкомнатный дом, чтобы выяснить, не прохладнее ли внутри.

Разница была едва заметна — когда Нибедита направила камеру на тарелки, стаканы и миски на полке у стены, температура в помещении колебалась около 40 °C.

Два изображения с тепловизионной камеры показывают температуру внутри (слева) и снаружи дома Абхишека в Сундар-Нагри

В доме не было ни окон, ни выхода для отвода тепла; над головой жужжал небольшой потолочный вентилятор, перемешивающий горячий воздух. «Когда очень жарко, меня тошнит, — сказала Каджал. — Нельзя выйти на улицу, нельзя оставаться дома».

Абхишек зачитал недавнюю запись из своего дневника: «Жара на этой неделе изменила наш привычный распорядок дня. Все возвращаются домой поздно, и никто не спит как следует, — написал он. - По утрам во время приготовления еды вентилятор выключают, и жара становится невыносимой. Моей сестре трудно заниматься домашними делами. Мама выглядит уставшей как никогда».

Дни, по его словам, как-то проходят, но ночи даются с большим трудом. «Я коротко постригся, несколько раз встаю, чтобы умыться, снимаю футболку, но по-прежнему не могу заснуть ночью. На улице хоть есть легкий ветерок, а в доме такое ощущение, будто я стою рядом с печью».