В советское время мигранты с Востока, теперь с Юга. «Миграционная чума» вернулась: «Неаткарига»

Подобные сообщения поступают и из других европейских столиц — Парижа, Рима, Брюсселя. В Париже было сожжено «всего» 745 автомобилей — меньше, чем в другие годы.

Но дело не в этих сожженных машинах и не в вызванном пиротехникой пожаре в Берлине на Александерплац. Это лишь внешние проявления определенной, давно проводимой политики. Еще свежо в памяти массовое «ощупывание» женщин в Кельне в новогоднюю ночь 2016 года, которое фактически открыло Европе новую эру. До этого выступить против миграции означало автоматически получить ярлык ультраэкстремиста, то теперь об этом, по крайней мере, можно говорить, пусть и осторожно. 

…В Европе именно иммиграция становится центральным вопросом в преддверии выборов в Европарламент, которые пройдут в начале июня. Хотя все еще «солидные» партии касаются этого вопроса крайне осторожно, чтобы не сказать робко, главное, что он наконец-то появился на повестке дня. Есть ли разумное решение — это уже другой вопрос. Возможно ли вообще остановить этот миграционный поток, не изменив в корне наше понимание прав человека в самом широком смысле этого слова?

Мир так долго жил в парадигме глобализации, в которой все, что связано с национальным разделением и обособленностью, считается плохим, предосудительным и искореняемым, что изменить эту парадигму сложнее, чем может показаться. Европа настолько свыклась с новой реальностью, что всего трое погибших и восемь тяжело раненых полицейских (еще 54 — легко) — воспринимаются как нормальное и повседневное явление. Европа необратимо стала мультикультурной, и восстановить этническую чистоту невозможно даже в теории. Уличные банды Стокгольма, Гетеборга и Бирмингема, состоящие преимущественно из мигрантов, стали неотъемлемой частью этих городов на десятилетия вперед.

Что мы можем с этим сделать? Латвия уже страдала от миграции во время советской оккупации, когда сюда массово привозили людей с совершенно разными культурами и представлениями о желаемом порядке вещей. Довольно распространенные новогодние фейерверки по московскому времени — наглядная иллюстрация неспособности примирить эти различия. Даже спустя 30 лет после восстановления независимости в Латвии нет недостатка в людях, которые физически здесь, но душой вместе с Путиным и его «суверенитетом».

В последние годы миграционная чума вновь дает о себе знать. На улицах Риги все чаще можно встретить людей, в основном молодых мужчин, по внешнему виду которых можно предположить, что они не местные. «А разве они тебе мешают?» — стандартный ответ на вопрос даже самых робких возражений против их присутствия в стране. В ответ следуют обвинения в расизме, ксенофобии и отсталости, но не стоит забывать, что кельнские «ловеласы» и гетеборгские наркоторговцы появились не в один день. Долгие годы они «никому не мешали», вели себя относительно тихо, пока в какой-то момент их не стало так много, что «приличным людям» в центре города лучше праздновать Новый год.

Опыт Западной Европы показывает, что с проблемами, вызванными миграцией, нужно бороться еще до их появления. После этого уже слишком поздно. В Германии более 50 000 нелегальных иммигрантов уже должны были быть депортированы по решению суда, но в реальности в 2023 году было депортировано только 7 900 человек.

Ситуация в Латвии доподлинно не известна, поскольку Латвия не является страной мечты этих нелегальных иммигрантов, но большинство неместных разносчиков пиццы имеют в кармане легальный вид на жительство. Однако мнение о том, что Латвия не является целью для большинства иммигрантов, может вводить в заблуждение и убаюкивать. В какой-то момент эти иммигранты могут обнаружить, что перевозить наркотики в больших коробках с продуктами выгоднее, чем пиццу, и тогда сценарий Мальме может повториться в Риге.

Достаточно ли возможностей нашей системы внутренних дел, чтобы предотвратить этот сценарий? Не уверен. Наши чиновники и пальцем не пошевелят, чтобы существенно пресечь эту миграцию. Например, заставив поставщиков пиццы соблюдать латвийское трудовое законодательство, требуя от работников сферы услуг знания латышского языка.

Но если пиццу не будут доставлять мигранты с Глобального Юга, то кто еще это сделает? Не местные же жители. Так какой же выход? Если выхода нет, то все, что мы можем сделать, — это развести руками и ждать, когда на смену пицце придет что-то другое, более опасное. Тогда полиция сможет начать действовать и просить денег на борьбу с этими уличными бандами.

А пока будем продолжать говорить о нехватке рабочей силы и утешать себя рассказами о том, что Шпенглер предсказал упадок Западной Европы еще сто лет назад, и что то упадка не видно. Или, может быть, уже видно?»