У этого крохотного кусочка эфира на русском — был другой смысл: Урбанович о противостоянии за язык и не только

«Четко видна диспозиция между теми, кто мог бы быть целевой аудиторией этой программы (довольно маленькой), и теми, кто бросается бороться с этим предложением «во имя идеи» — ссылаясь на Конституцию, угрозу государственному языку, геополитическую ситуация, великорусский шовинизм, путинизм и т. д. бесспорно существующие в реальности.

Но есть ощущение, что придавая такую гипертрофированную значимость крохотному кусочку эфирного времени они «стреляют из пушки по воробьям». Эти минуты в эфире общественных СМИ были возведены на высоту символа, чтобы позиционировать совершенно другие вопросы – про власть и «против русских».

Те партии, которые заявили, что не будут говорить с русскими ни по-русски, ни по-латышски, — они, несомненно, из раздела про власть. Они поставили Латвию в лужу экономической отсталости, и единственный способ уйти от ответственности – это раздражать чувствительную точку электората. Эмоции следует поднять до максимума, тогда есть шанс, что избиратель забудет и зарплаты в конвертах, и незаконные пожертвования, и шантаж и угрозы в адрес бизнесменов, которые до недавнего времени были в центре внимания СМИ. Это проверенная тактика, которая десятилетиями приносила успех этой правящей элите.

В рядах борцов против «русский дебатов» можно наблюдать и творческих людей, у которых не было возможности устроить букетную или зонтичную революции, похороны олигархов или объявить о рождении новой политической звезды, которая прольет свет на «темные беззаконные дебри нашей страны». Мне бы очень хотелось, чтобы их большой потенциал был направлен не только на регулирование СМИ, но и на более активную позицию в отношении качества образования в латвийских школах, особенно в отношении изучения латышского языка и культуры детьми национальных меньшинств. Я думаю, что нехватка учителей и неразбериха в учебных программах представляют большую угрозу для латышского языка, чем конкретные политические дебаты в годы выборов.

Вторжение России в Украину, конечно, меняет фокус политических дебатов, а также меняет нашу политику в целом. Но это не дает никакого права относиться к латвийским русским — гражданам Латвии — как к виновникам этой войны, которых следует «наказать», лишив их хотя бы чуточки эфирного времени на родном языке. Хочу отметить, что абсолютное большинство политически активных русских хорошо понимают и используют национальный язык. Главным вопросом здесь является вопрос взаимного уважения и тона ведения взаимоотношений. «Мы имеем право говорить в этой стране только по-латышски». «Но у нас есть вариант ненасильственного сопротивления — не слышать вас». Так политическая нация не строится. Так возникает двухобщинное государство.

Недавно наши СМИ опубликовали интервью с профессором Ицхаком Брудным из Еврейского университета в Иерусалиме. Он отмечает, что ситуация меняется после каждого израильско-палестинского конфликта: «Война в 1973 году привела к заключению мирного договора с Египтом, первая палестинская интифада – по сути, восстание мира – привела к созданию Палестинской автономии, в свою очередь вторая интифада потерпела военное поражение, после чего Израиль вывел свои войска из сектора Газа. Он прогнозирует, что итогом нынешнего кровавого конфликта может стать провозглашение палестинского государства. Но по мнению профессора, израильскому обществу важнее думать об устойчивости своей страны, а не просто настаивать на собственной справедливости.

История палестинской (и не только арабской) и израильской (и не только еврейской) ненависти очень стара. Почти безнадежно бесконечна. Но и там вам придется найти формулу сосуществования/выживания.

То же самое касается всех нас в Латвии. Все больше и больше кажется, что мы в этом плане выберем долгий путь. Думая не о сегодняшнем и завтрашнем дне, а через прошлое – доказывая каждый свою правоту. К сожалению».