Третий после «Челюскина»: как в 1983 году в Арктике погиб советский теплоход

Об пароходе «Челюскин» слышали многие – по крайней мере жившие в СССР. Но вот последний случай — гибель 9 октября 1983 года теплохода «Нина Сагайдак» — в советской прессе описывался крайне скупо, и в основном в специализированных изданиях.

В 1960-70-х в ГДР по советскому заказу было построено 32 судна. По какой-то прихоти морского начальства их назвали в честь пионеров-героев, расстрелянных немцами в годы войны. Вряд ли, конечно, этим хотели как-то задеть перековавшихся немецких товарищей из Восточной Германии, но факт остается фактом.

Водоизмещение теплоходов составляло 4 700 тонн, длина 106 метров, скорость хода 15 узлов. Суда имели ледовый класс — Л1, что позволяло безопасно работать в Арктике летом под проводкой ледоколов. Что касается осенней погоды, то тут были вопросы.  

Советская Арктика делилась на два больших сектора: Западный и Восточный. Западный снабжался из Мурманска и Архангельска, Восточный – из Владивостока. На Тихом океане Северный завоз начинается в июле. Сначала грузы доставляют в порт Певек, а из него – в Тикси и другие пункты на побережье Арктики. Северный завоз в Восточном секторе обеспечивали линейные дизель-электрические ледоколы Дальневосточного морского пароходства типа «Москва» финской постройки.

Среди торосов и айсбергов

Лето 1983 года начиналось как обычно, но в сентябре погода испортилась, северо-западный ветер усилился до 15–20 метров. Он стал смещать льды из центральной Арктики к берегу.

Ледяные поля блокировали пролив Лонга, мыс Шмидта и остров Айон. Толщина льда составляла 2,5 – 3 метра, а в торосах свыше 11 метров — больше осадки дизельных ледоколов. Пошел процесс устойчивого накопления льда, с которыми «финны» справиться уже не могли. 

3 октября теплоход «Нина Сагайдак» (Судно названо в честь пионерки из города Щорс на Черниговщине, расстрелянной немцами в 1943 году) под командованием капитана В. Соловьева вместе с двумя танкерами «Камец-Уральский» и «Уренгой» шел шел в составе каравана под проводкой ледоколов «Ленинград» и «Капитан Сорокин». Вскоре суда были обложены тяжелыми льдами и стали дрейфовать на восток вдоль кромки припая. Они оказались в «ледяной реке» – так называют стремительный дрейф льда различной формы и возраста под воздействием штормовых ветров вдоль берегов, в проливах и узкостях.

У «Сагайдак» заклинило винт и руль. При подвижке льда руль произвольно перекладывало с борта на борт на 90 градусов. Ледоколы подойти к судну не могли из-за подвижки льда и общего дрейфа массива на юго-восток с нажимом льда на судно, навалившегося кормой на прочный припай. Похожая ситуация в своё время произошла с «Челюскиным», что также стало причиной гибели судна.

Между судами каравана образовалась подушка спрессованного льда. Теплоход «Каменск-Уральский», который в неуправляемом состоянии носило в дрейфе, кормой навалило на левый борт «Нины Сагайдак». Крен судна «Нина Сагайдак» достигал 13 градусов. Положение осложнилось, когда на теплоход «Каменск-Уральский» боком навалило еще и танкер «Уренгой». Некоторое время все три судна дрейфовали вместе. Торошение льда достигало такого уровня, что льды поднимались выше фальшборта.

8 октября на «Нине Сагайдак» произошла деформация левого борта – теплоход явно не был рассчитан на такие суровые ледовые условия. В борту образовалась трещина. К судам подошло поле многолетнего льда, сжатие усилилось. Произошел разрыв борта теплохода, механизмы, находящиеся в машинном отделении рядом с бортом, были вдавлены внутрь корпуса. Трубопроводы различного назначения – системы орошения, осушения, масляный трубопровод – оказались разорваны. Были оборваны электрические кабели, питающие электродвигатели насосов, откачивающих воду. В машинное отделение стала поступать вода. Крен достиг значения в 30 градусов. Судно затонуло.

Экипаж успели вертолетами эвакуировать на ледоколы «Ленинград» и «Владивосток». Все линейные ледоколы в Советском Союзе и современной России оборудованы вертолетной площадкой и ангаром для постоянного базирования вертолета в рейсе.

Обычно вертолеты используются для ледовой разведки, но в критической ситуации с их помощью можно провести спасательную операцию. Забегая вперед, скажем, что на помощь теплоходу шел атомный ледокол «Леонид Брежнев» (так ненадолго переименовывали «Арктику»). Но льды были настолько тяжелы, что атомоход потерял в борьбе с ними лопасть гребного винта и был вынужден зайти в Певек для установки новой лопасти. Это задержка и решила судьбу теплохода.

В другом караване теплоход «Коля Мяготин» (из той же «пионерской серии») попал в аналогичное положение. Разница была в том, что у «Мяготина» пробоина образовалась в первом трюме, и с помощью водоотливных средств теплохода удавалось удерживать его на плаву. Тогда успели завести на пробоину пластырь. С линейного ледокола «Ермак» вертолетом доставляли на борт цемент и песок. Теплоход смогли спасти.

Для флота, обеспечивающего Северный завоз в Восточном секторе Арктики, итоги навигации 1983 года были ужасны. С 1 октября по 4 декабря – тогда последние суда были вырваны из ледового плена – повреждения получили 19 судов Дальневосточного морского пароходства, один теплоход был потерян. Льды были настолько тяжелыми, что пять линейных ледоколов вернулись на базу с повреждениями корпуса и винторулевых групп.

Такой тяжелой навигации в советской Арктике больше не было. Теплоход «Нина Сагайдак» лежит на дне Чукотского моря недалеко от того места, где затонул пароход «Челюскин».

Ещё одна трагедия

Во многих публикациях пишут, что «Сагайдак» — второе после «Чеклюскина» советское судно, затонувшее в Арктике. Но это не так. Была еще одна жертва.

20 сентября 1965 года теплоход «Витимлес», следуя из Провидения в Певек с грузом угля для северян, в районе острова Шалаурова попал в зону тяжелого льда. Абсолютно лишенное возможности двигаться самостоятельно судно простояло здесь в ожидании ледокольной проводки ровно 30 (!) дней. 20 октября на выручку подошли сразу два линейных ледокола — «Москва» и «Ленинград». Только недавно полученные из новостроя в Финляндии, на тот момент это были самые современные, самые мощные ледоколы на Дальневосточном бассейне (мощность силовой установки у каждого — по 22 тысячи лошадиных сил). Однако и они уже ничего не могли поделать.

К этому моменту в том месте, где находился «Витимлес», началось мощное и беспрестанное торошение льда — жуткое явление, которое опытные полярники называют «ледяная река» и в результате которого корпус судна получил повреждения и начал пропускать забортную воду. Оба ледокола практически сразу потеряли ход. Попытки передать с «Москвы», а затем и с «Ленинграда» мощные электропомпы производительностью до 500 тонн в час к успеху не привели. Арктика, захватив свою добычу, не собиралась ее отпускать. 24 октября в точке с координатами 70 градусов северной широты и 175 градусов восточной долготы над ушедшим в пучину «Витимлесом» сомкнулись льды. Весь экипаж был эвакуирован ледоколами.

Судьба этих трех судов напоминает, что природа Арктики непредсказуема.