Финны, решившие взять у него уроки мастерства, увидев места, где рыбачит, — посреди порогов и перекатов, воскликнули: «Нет, спасибо, нам жизнь дорога!» Хотя уж кто–кто, а финны считаются отчаянными рыбаками… «ВЕСТИ» связались с Борисом и поинтересовалась, как у него идут дела в этом сезоне.
— Неважно, — честно признает собеседник. — Поймал всего 20 сомов. И ни одного крупного — лишь до 15 килограммов…
Для кого другого «всего 20» и «до 15 килограммов» — отличный показатель. Но не для Бориса СПАСКОВА. И это не бравада. В прошлом году в это время у него уже было больше 40 усачей, в другие годы — 60–70 за сезон. И размером повнушительнее. К примеру, в 2013–м взял сома на 35,8 кг.
— В чем же дело? Может, повыбивали сомов в Даугаве?
— В этом году на Двине очень низкая вода — в этом главная причина, — считает опытный рыбак. — Ледохода не было, и рыбы, возможно, пришло меньше. В мае, когда вода была выше, и клев был лучше. Но я тогда болел и на рыбалку не ходил…
Его постоянная спутница на водоеме — супруга. Нередко именно она помогает мужу вывести крупную рыбу.
По мнению рыбака, серьезный урон водоемам наносят те, кто ловит троллингом. Приезжают из Риги на крутых джипах, с дорогими катерами — и одновременно ставят по три–четыре удочки. Обычным спиннингом и блесну забросить не умеют, а тут на дурочку вытаскивают по несколько сомов. Их, кстати говоря, привлекает шум мотора.
— В этом году у меня гостили россияне. Уж на что нам кажутся их правила рыбной ловли нестрогими, но и они удивлялись: почему у нас полно тех, кто ловит троллингом, почему не ограничат эту рыбалку, количество удочек? — рассказывает Борис.
В новых рыболовных правилах, которые подготовлены и скоро должны вступить в силу, ограничен лишь минимальный размер сома — от 60 до 70 сантиметров. Меньшего запрещено будет брать. Спасков поддерживает это ужесточение.
А как он относится к тому, что на Западе крупную рыбу вообще принято отпускать, — там ее только фотографируют на память? Может, и нам стоит взять с них пример? Или сом так заглатывает снасть, что потом уже не жилец?
— Отпустить можно, и снасть можно вытащить. Дело не в этом. Там люди богаче, а у нас для многих рыбаков (в частности, в Латгалии) рыбалка — это еще и пропитание, заработок. Сам не съешь, так продашь улов, — честно разъясняет Спасков.
А что он готовит из сома?
— Много рыбы раздаю. Друзьям, знакомым, которых у нас хватает. Ну и сами тоже готовим. Из головы большого сома очень вкусное заливное получается, хорош он жареный…
Уху известный рыбак не любит. Если только в компании с друзьями, у костра. Прямо на речной воде, в которую опускают рюмашечку с водочкой. Бывает, и зимой готовит уху — но тогда со льда Борис ловит, естественно, не сома, а окуня.
Поинтересовался я, как с ягодами, грибами в их краях, — они ведь с женой еще заядлые грибники и ягодники.
— Малины было много — хорошо собрали. А лисички только пошли. Боровиков мало, и все пока червивые. Не то что в прошлом году. Мой зять за один раз тогда 640 собрал, обставил меня. А по 300 мы не раз находили. Еще и сейчас едим прошлогодние боровички — маринованные. Вкуснотища! — говорит на прощанье рыбак из Екабпилса.
Как мы тащили сома
А чтобы проиллюстрировать, как ловит Спасков, привожу его рассказ о том, как он вываживал последнего самого крупного сома — на 35,8 кг:
— На рыбалку мы поехали с женой — Анной Петровной. Она постоянный мой попутчик на рыбалке; не едет, если только какие–то чрезвычайные обстоятельства. Ловим мы с резиновой лодки «Крутая волна». Вдвоем на небольшой резиновой лодке не очень комфортно, но мы привыкли. Начали день с поимки небольшого сомика — килограммов под шесть. Настроение уже поднялось. Потом на порогах встали на якорь, хотя мой друг Василий не рекомендует это делать, но у нас своя тактика.
Жене звонит дочка, говорят по телефону, я делаю забросы. Вдруг — удар. Пошла бешеная размотка, катушка буквально обжигает пальцы. Успеваю включить трещотку. Аня сразу прерывает разговор и спрашивает, что готовить: сетку или багорчик. Говорю, что пока ничего не надо, что здесь — на таком сильном течении — нам не вытащить сома, хотя тест спиннинга — 150–300 граммов.
Первым делом нужно как–то сняться с якоря. Выпустить из рук спиннинг не могу. Жена каким–то чудом умудряется достать якорь и вытащить его. На пороге сделать это очень непросто, тем более что Аня сидит в другом конце лодки. Потом она сразу начинает грести, чтобы найти место, где можно начать вываживать рыбу.
Место найдено, начинается борьба. Она продолжается около 30 минут, и мы вдвоем затаскиваем сома в лодку. Изо рта у него торчит блесна с крючком. В любой момент она может зацепить за борт лодки — и тогда мы все трое поплывем… Впрочем, все обошлось. Наконец, жене удается взять трубку мобильника. Все это время он звонил не переставая. Дочь, услышав в трубке треск, после которого прервалась связь, решила, что что–то случилось…
Борису Спаскову приходилось вываживать и более крупных сомов — весом от 50 кг и выше. Но обычно в Плявиняс, где нет таких порогов. А под Екабпилсом вытащить сома намного сложнее.
Однажды на озере Лубанас
Люблю слушать рассказы бывалых удильщиков. Возвращаясь с рыбалки на озере Лиласте, разговорился на перроне с собратом по увлечению — высоким седым рыболовом. Вот его рассказ:
— До середины 90–х я и не знал, что такое — уезжать без рыбы. А все потому, что ездил на прекрасное озеро Лубанас. И расстояние не пугало — 220 километров от Риги в одну сторону. Какие там были лещи, щуки, окуни! Зубастую меньше полутора килограммов мы называли головастиком и отпускали.
В советское время ходила поговорка: в Лубанас столько рыбы, сколько пчел в улье. Все начало меняться с середины 90–х, когда на озере разрешили промышленный лов. Появились километры сетей. Однажды на лодке приподнял небольшое звено: там были десятки щук, лещей, окуня… А удильщикам перепадало все меньше и меньше.
И вот в такие времена приехал я по обыкновению на Лубанчик. В три утра сел на весла, но до обеда похвастаться было нечем. Встал на якорь, достал термос и бутерброды. Вдруг слышу метрах в сорока какие–то всплески из воды. Через минуту — снова. Будто кто–то плещется на поверхности воды, а ловил, надо сказать, я в глубоководной части озера. Бутерброды я быстренько сложил в рюкзак и осторожно начал подплывать. 20 метров до цели, 10, 5…
Примерно с трех метров увидел огромную рыбу, отдыхавшую в верхних слоях воды. Это был то ли здоровенный карп, то ли язь — я мог различить лишь хвост и спину. Крадусь к носу лодки, не дыша, достаю подсачек и только пытаюсь подвести его под рыбину, как она вдруг оживает, выбивает у меня из рук подсачек и вместе с ним исчезает в глубине водоема…
Для интереса я позвонил знакомым в Латгалию: что сейчас ловится на Лубанас? «А мы туда не ездим. Загубили отличное озеро. Плотва, окунь, подлещик для такого озера — несерьезно…»
За окунем — на дамбы
А как сейчас клюет?
С дамб в Болдерае и Мангальсале хорошо ловится окунь. Неплохо берет он и в устье Гауи, а в заливе, куда в это время обычно выходят за окунем на лодках, клев слабый. За линем можно ехать на озеро Лобес, на озера Лимбажской стороны. В Лиласте неплохо ловится судак. С прикормкой леща и линя ловят на озере Дзирну. С озера Бабитес народ возвращается налегке — уловы слабые…
Подпишитесь на главное за день
Telegram-канал PRESS.LV — срочные новости и эксклюзивы.
Будьте первым, кто прокомментирует
Для участия в обсуждении нужен аккаунт PRESS.LV.