Полицейский года: знаю почти всех нарушителей района

Дайнис Сваринскис знал, что его выдвинули на звание «Лучший полицейский года», но особенно не надеялся: столько «друзей–соперников» участвовало в этом конкурсе. Каждое отделение рижской полиции выдвигало своих самых–самых профессиональных, дисциплинированных, успешных и ответственных работников.

Всем этим показателям соответствовал на все сто инспектор Латгальского управления муниципальной полиции Дайнис Сваринскис, который и был назван лучшим полицейским 2017 года.

Сейчас ему 29, рижанин, который родился и провел детство в Баложи. Как все мальчишки, не прочь был попроказничать, но не зловредно, а для адреналина. Так что редкие встречи с полицией оканчивались всегда по–хорошему. Тем более что поселок небольшой — все на виду. Отец — электрик, мама — бухгалтер. Вполне мирные люди, испытавшие даже некоторый шок, когда узнали, что сын решил стать полицейским. Но все в этой жизни не случайно.

Я б в полицию пошел…

Как Дайнис стал полицейским и что ему нравится (или не нравится) в жизни, работе, отдыхе — наш разговор с ним в «боевой обстановке», то есть в отделении муниципальной полиции.

— Все началось еще в школе, — рассказывает Дайнис, — когда нас тестировали на предмет будущей профессии. У меня выходило всегда три варианта: военный, полицейский или адвокат. После школы решил попробовать себя в муниципальной полиции. Понравилось, и по сей день прихожу на работу с интересом. Закончил курсы, сейчас в звании инспектора полиции.

— Помните своей первый рабочий день?

— Помню. 2009 год. Так получилось, что два новичка патрулировали район около парка и заметили парочку, которая громко выясняла отношения. Подошли узнать причину конфликта. Начали проверять документы, мужчина повел себя агрессивно. Мы проинформировали о ситуации дежурную часть, нам сообщили: «Ждите, скоро будем». Мы с напарником смотрели друг на друга, не понимая, в чем дело. Оказалось, что этот мужчина числится в розыске. Группа приехала и без шума его задержала…

— Со временем вы разобрались, что важно для такой профессии, как полицейский, чтобы чувствовать себя на своем месте?

— Есть люди, которые жалуются, что им скучно, нет подходящих дел… Но они сами в этом виноваты, не хотят видеть, что вокруг происходит, не проявляют интереса к людям, к жизни… С таким настроением тяжело работать в полиции. И так несладко: ты должен быть для людей одновременно и за «маму», и за «папу». За «маму» — любить людей, за «папу» — уметь их наказывать. Приходится в свой адрес слышать ругань, крики и все остальное. Но ты должен уметь с этим справляться, чтобы не оставалось осадка на душе. И еще надо постоянно думать, иметь быструю реакцию…

Опыт спасает от беды

— Что вам помогает набираться опыта и необходимой сноровки?

— Надо учиться не только на своих ошибках, но и перенимать чужой опыт. И помнить, что у иных ошибок могут быть плачевные последствия. Я работаю уже девять лет, но стараюсь, как и в самом начале, учиться у своих коллег, что–то брать на вооружение. Четко знаю, что на задании должен быть в постоянном контакте с коллегой, прикрывать его в случае необходимости. Ведь когда мы заходим по вызову в квартиру, мы не знаем, что там.

Успокаиваться нельзя: один случай на миллион может оказаться роковым. Не секрет, что у нас в Латвии полицейские погибают при исполнении.

— А в чем специфика ваших служебных обязанностей как муниципального полицейского?

— Вся повседневная жизнь — это наше. Мы дежурим на улицах, чтобы люди нас видели, чувствовали себя в безопасности, а злоумышленники, наоборот, чувствовали себя неуютно, зная, что мы неподалеку. Когда сталкиваемся с явно криминальным делом, вызываем на место Госполицию. Во всех других случаях делом занимаемся мы, муниципалы.

— Со временем стало безопаснее в вашем районе? Или сложностей прибавилось?

— Сегодня мы стараемся действовать превентивно, чтобы человек сам не хотел совершать правонарушения. Такой стиль характерен для Скандинавских стран — и мы ему тоже следуем. Но при этом нельзя забывать о правах человека. Знаете, сейчас даже бездомный твердит, что у него есть право находиться там, где он хочет. Мы ему объясняем, что это право у него есть, но до той поры, пока он не мешает другим.

Я в своем районе нарушителей уже почти всех знаю. В первый раз я веду с ними переговоры, надеясь, что люди поймут и откажутся от противоправных действий. Кстати, все мои переговоры с людьми снимаются на видеокамеру. Не помогают разговоры — составляем протокол или задерживаем и везем в отделение. Часто случаются семейные скандалы, шумные сборища, драки, в праздники бывают самоубийства, потому что люди в эти дни особенно чувствуют свое одиночество…

Бумажные дела и оперативность

— Посоветуйте нашим читателям, когда им не надо молчать, а еще лучше — надо помогать вам?

— Если вы заметили, что в подъезде вашего дома решил обосноваться бомж или в доме живет явный наркоман и существует притон для алкоголиков, надо быстро действовать. Пишите коллективное заявление в разные инстанции. Толк будет. К примеру, мы зачастую не можем войти в квартиру, где, по нашим данным, точка продажи алкоголя. Тогда мы передаем это дело в Госполицию — у них свои оперативные методы. Другое дело, что не всегда быстро удается пресечь явное нарушение.

— А что мешает оперативности?

— Считаю, что у нас много бюрократии. Столько бумаг надо заполнить на одного человека! И планируется составлять на человека небольшую картотеку со всеми его данными, привычками, образом жизни и так далее. С одной стороны, это неплохо, потому что эти данные позволяют быстрее разобраться в происходящем, в том же семейном скандале, и не допустить ошибок.

— Очень серьезная тема — дети. Муниципальные полицейские теперь обязательно дежурят у школы. Почему агрессия растет и принимает порой недетские формы?

— Я бы не сводил дело к жестокости. Проблема в том, что сегодня у детей много прав и они об этом знают. Зато об обязанностях они забыли напрочь. Конечно, немало семей, где детей бьют, и это ужасно. Но бывают случаи, когда ребенка надо по–отечески наказать, хотя бы шлепнуть по попе. Нет, нельзя, можно только разговаривать с ним, убеждать словами, что он не прав.

Даже у специалистов–психологов руки опускаются. Порой родители боятся своих детей: а вдруг вызовут полицию и начнутся проблемы? Учителя себя часто чувствуют беспомощными с такими «правозащитниками». Жаль, что у детей редко бывает наставник, который учит их правильной жизни.

— Какими способами защиты вы обладаете?

— Во–первых, нас обучают джиу–джитсу, еще занимаюсь боевыми искусствами. Есть и разные спецприспособления — электрический тейзер, газовый баллончик, томфа. Если кто–то нападет на меня с ножом, я предупрежу его, но если он не успокоится, применю тейзер и задержу. Мой совет тем, кто ходит по безлюдному району: носите с собой газовый баллончик, особенно девушки. Главное — не прятать его куда–то в сумочку, а положить так, чтобы можно было быстро достать. Но и о голове не забывайте: надо быстро соображать, как действовать, заранее прогнозировать ситуацию…

Объехать весь мир

— Чем вы любите заниматься, когда отдыхаете?

— У меня мало свободного времени: спорт, тренировки, стрельбище, бои. Играю в компьютерные игры, общаюсь с друзьями, люблю по морю прогуляться. У нас на работе много адреналина, и когда я в отпуске, то через какое–то время ощущаю его нехватку. Тогда не прочь хотя бы с парашютом прыгнуть с вышки.

— А мечта есть?

— Моя мечта — объехать весь мир. Мне очень нравится смотреть, как люди живут в других странах. Это нужно для собственного развития. Планирую каждый год открывать новую страну для себя. Особо интересуют азиатские страны. Уже побывал в Скандинавии, России, Белоруссии и на Украине.

— Есть свой рецепт оптимизма?

— Высыпаться…

Людмила АНИСИМОВА