Займется борьбой с пиратами NEPLP, боровшийся до сих пор главным образом с теле- и интернет каналами, признанными враждебными Латвии. И отъеме лицензии у каналов, которые были связаны с подсанкционными лицами и бенефициарами, которые вовремя не подтвердили право собственности на каналы, транслировавшиеся в Латвии.

В феврале этого года, при повторном назначении на пост главы NEPLP Ивар Аболиньш заявил, что продолжит начатое: "NEPLP будет последовательно и твердо продолжать текущий курс – защищать информационное пространство Латвии, резко выступать против пиратства и укреплять местные СМИ".

Экономисты ищут деньги

На выступлениях экономистов, чиновников и политиков основной нитью проходила мысль о том, что потеря доходов от использования пиратского контента создает конкретные убытки не только для госказны (не уплачиваеются налоги), но и тормозит создание нового авторского контента. Исследователь теневой экономики страны, профессор Стокгольмской школы экономики в Риге, Арнис Саука   подсчитал, что 13-28% жителей Латвии, в зависимости от устройства и типа контента, незаконно используют цифровой контент, защищенный авторским правом и смежными правами. В исследовании описывается ситуация на конец 2021 и начало 2022 года.

Данные согласуются с результатами других исследований.Например, исследование, проведенное Ведомством интеллектуальной собственности Европейского союза (ЕС) в 2021 году, показывает, что в Латвии самый высокий уровень пиратства цифрового контента, защищенного авторским правом и смежными правами, среди всех стран ЕС.

Саука говорит, что с момента его предыдущего исследования пиратства при использовании телевизионного контента в 2016 году нельзя сказать, что ситуация улучшилась, но и данные не показывают, что она стала хуже.

Вопрос с нелегальным контентом связан с теневой экономикой в ​​целом, с отношением — можешь использовать, потому что не попадешься, и с отношением к государству в целом — если я заплачу, куда пойдут деньги. Если человек чувствует, что начать бизнес в Латвии очень сложно, он начинает обманывать, а если обманывает в одном месте, то может обманывать и в другом месте. А если ты видишь, что другие обманывают, то это становится нормой в обществе, — объясняет Саука.

"Мы не можем купить новое общество!" - производители

Бизнесмены, которые имеют непосредственное отношение к произведению местного контента, к обещаниям законодателей и чиновникам – будет меньше пиратского контента, будет лучше местный контент, - отнеслись с некоторым скепсисом.

Эдгарс Гранданс, член правления SIA "Tet", коммерческий директор, подчеркнул, что платформы нелегального контента, с которыми приходится бороться, глобальны, и Латвия может проиграть в этой битве. Производство контента на латышском языке становится все более невыгодным и дорогим. Точно так же «контент, который мы создаем, не достигает все большей части латвийской аудитории, и часть общества невосприимчива к нашим усилиям, и мы не можем пойти и купить новое общество». К сожалению, ценой нелегального контента может стать национальная безопасность страны, поэтому необходимо воспитывать в обществе нетерпимость к пиратству, - заключил он.

Байба Лиепиня, председатель правления Ассоциации рекламы, также подчеркивает, что система является глобальной и не видит, как ее можно будет ограничить в ближайшем будущем. Кроме того, ограничения могут привести к тому, что деньги уйдут туда, куда мы не хотим. «Но на местном уровне мы можем договориться с нашими рекламодателями потому, что у нас есть список сайтов, которые воруют контент», — добавляет она.

Председатель правления Латвийской ассоциации вещателей, член правления "TV3 Group Latvia" Иева Мельке рассказала об опыте своей компании, когда за последние пять лет было возбуждено 18 уголовных дел, минимальные убытки, причиненные пиратством оценивается в полмиллиона. «Судебные разбирательства — это долгий и сложный путь, который длится три-четыре года, и трудно добиться ощутимого результата в финансовом плане», — признается она. Мельке в качестве одного из механизмов борьбы с пиратством рекомендует делать так, чтобы легальный контент не был дорогим.

Представитель SIA "Acme Film" в Латвии Инесе Апсе утверждает, что незаконные сайты открыты уже много лет, ими пользуются все, никто не может их закрыть, потому что нет политического интереса. При этом есть желание ограничить легальные, например, запретив субтитры на русском языке для фильмов в Латвии, что, по ее словам, не сократит использование русского языка, но еще больше увеличит нелегальный контент.

Представитель Латвийской ассоциации книгоиздателей, присяжный адвокат Юрис Балодис сообщает, что с 2011 года в Латвии также существует книжное пиратство, которое становится все более распространенным, масштабным и неприятным. Забавно и любопытно, что есть случаи, когда школьные библиотекари рекомендуют учащимся пользоваться нелегальными книжными сайтами, и эти сайты заносятся в списки литературы, используемой в научных работах в вузах.

При обращении представителей организации в правоохранительные органы были получены оговорки о том, что ущерб, причиненный одному автору, слишком мал для проведения расследования, отсутствия документов и доказательств. С другой стороны, иностранные издатели предупреждают Латвию, что «ваши издатели могут обанкротиться, если вы не позаботитесь о своем языке». Адвокат предлагает, чтобы правоохранительные органы получали ресурсы за счет обучения полицейских, чтобы они могли бороться с пиратами, «не отправляя их в тюрьму, а давая знать общественности, что кто-то охотится за этим».

Где повесят замок

Тем не менее, похоже у чиновников и политиков основной план борьбы – это создание новых организаций: в Сейме создана подкомиссия по борьбе с теневой экономикой и блокировка «пиратских» сайтов как это было ранее с «запрещенными» телеканалами.

На вопрос, можно ли будет блокировать нелегальный контент, доступный и на YouTube, руководитель отдела мониторинга NEPLP Дита Ремберга ответила, что ее коллеги уже готовят отчеты для YouTube. Коммуникация, которая идет успешно, и подобный контент удаляется. Но «блокировка YouTube не выдержит тест на соразмерность в любом суде».