На Пурвциемском рынке этой осенью грустно даже голубям: рыбный павильон давно закрыт, торговцев овощами — не более 10 человек.

А поговорить?

Два раза в неделю проезжаю мимо базара в Пурчике (уж простите за сленг): спортивный зал и бассейн, куда я хожу бороться за вечную молодость, расположен в двух шагах от ул. Стирну, 25, — куска земли, где некогда шла весьма бойкая торговля чем угодно. Иногда я здесь и сегодня покупаю то творожок, то сметану с кефиром. Особенно мне нравятся молочные товары фермерского хозяйства Vangusalas (Огрский район) — вкус продуктов истинный. Натуральный. Опять же, львицы местного прилавка всегда милые, доброжелательные…

К слову, кондитерские радости — булочки, пирожки и прочая выпечка, что продается у входа в павильон (если не ошибаюсь этот отсек — одна из торговых точек фирмы Anada), — могу смело рекомендовать всем: сдоба добротная.

Лет двадцать назад, когда моя дочка была еще первоклассницей, на этом базарчике я часто покупала овощи и фрукты, так как жили мы тогда рядом, на улице Ницгалес. Тогда тут было не протолкнуться не только по субботам, но и в будни. Очень все изменилось с тех пор, рынок словно выдохся и поблек.

— Девушка, что это вы тут ходите, зачем киоски фотографируете? — спрашивает меня продавец одного из ларьков (не буду называть, какого именно). За «девушку», конечно, спасибо…

— Ностальгирую по юности, наверное, — честно признаюсь я. — Но как-то тут у вас печально: даже голубей, и тех стало меньше. Чего не скажешь про странных личностей с туманным взором, которые по утрам сидят на лавочках возле рынка — а рядышком нахохленные помятые коты. Как у вас, уважаемая, торговля-то идет?

— Не идет, а ползет, — продавец вздыхает. — Хозяин нашей фирмы после Нового годы нас переводит куда-то в другое место, говорит, что здесь все умирает, торговля совсем слабая стала. Ко мне приходят одни и те же клиенты, уже как родные некоторые. Кажется, что появляются в моем киоске больше для того, чтобы поговорить, — общения, особенно пожилым и одиноким, не хватает. Беда! Вот и добирают эмоций здесь, с нами, продавцами. Я считаю, на то и базар, чтобы первым делом пообщаться, а потом уж помидоры-огурцы взвешивать.

Спешно прощаюсь с Пурвциемским рынком. Между павильонами и грустными ослепшими ларьками одиноко гуляет зябкий сквозняк. Все нужное на выходные из продуктов докупаю в ближайшем супермаркете.

Новое платье короля

Жизнь городов испокон веков связана с рынками, которые, в общем-то, и определяли развитие поселений и были центром всего. Понятно, что раньше никто не строил торговых площадей на века, однако они дотелепали до нашего времени практически без изменений: лавки, навесы, весы. Но нынешние технологии и современный ускорившийся мир нанесли рынкам мощный удар: никому из занятых людей, особенно молодым и среднего возраста, не хочется топтаться по холоду среди плохо освещенных прилавков, многие горожане вообще заказывают все продукты по Интернету — с доставкой на дом.

Однако рынки остаются с нами как неотъемлемая часть цивилизации и культурного фундамента в устройстве городов. Но они резво, резко и реформаторски меняются. На больших и центральных появляются фуд-корты, кинотеатры, кафе, детские комнаты и еще бог знает что. Маленькие базарчики, меняя формат, органично прилипают к крупным торговым центрам и встраиваются даже в самые модные места мегаполисов.

По словам председателя правления АО Rīgas Centrāltirgus Артиса Друвиниекса (на портале Riga.lv): «Рынок остро реагирует на любые перемены, отражает ход времени. Такой формат, когда к нам хлынули китайские куртки-джинсы из той же Польши, был необходим. Рынок в те переломные годы дал многим элементарную возможность выжить. Но времена меняются, становится другой культура шопинга. Теперь люди чаще закупают одежду и обувь в сетевых магазинах больших торговых центров (или в интернет-магазинах. — Л. В.), где цены невысоки. Все определит спрос…»

Статистика упряма и лишена эмоций. Основная часть ежедневных покупок во всех трех странах Балтии совершается уже не на рынках или в небольших несетевых магазинах, а конкретно в супермаркетах. Именно их выбирает большинство жителей стран Балтии: 73 процента — в Латвии, 81 процент — в Литве и 71 процент — в Эстонии.

Конечно, рынок как таковой ни в нашей стране, ни в Европе не исчезнет как класс. Просто он уже шьет себе новое платье, которое как минимум не пахнет нафталином.

Текст и фото Людмила ВЕВЕРЕ, «Суббота»