Ситуация совпала с ремонтом павильонов, из-за которого торговцев постоянно переселяют. Павильон, недавно открытый под вывеской «овощной», оказался занят промтоварами. Уже 17 сентября Ратниекс в X (бывший Twitter) написал: «С Центрального рынка убраны матрешки, газеты на русском и другая продукция, символизирующая государство-агрессора».

В соцсетях эта запись вызвала волну споров. Торговцы утверждали, что матрешки — украинские, а не российские, и что к их продаже претензий раньше не было.

«Если бы проблема была только в матрешках — можно было бы поговорить. Но выселили всех “островков” — и с одеждой, и с сумками, и даже аптеку», — рассказала LSM одна из продавщиц.
Многие из них работают на рынке десятилетиями. «Мы пережили 90-е, рэкет, торговлю на улице. Тут прошла вся жизнь. А теперь нас выставляют, будто мы какие-то ущербные», — говорит другая.

«Теперь приходят блогеры с фиолетовыми волосами, снимают нас на видео, смеются: мол, у вас тут немодно. Но люди ведь приходят — им нужна и такая одежда. Пожилые женщины тоже хотят быть красивыми».
После твита вице-мэра представители Rīgas Nami, включая Владимира Казаринова, уведомили торговцев, что в октябре им, вероятно, придётся съехать. Спустя несколько дней Казаринов оказался среди задержанных Бюро по предотвращению и борьбе с коррупцией (KNAB) по делу о взятках при распределении торговых площадей. Позже его отстранили.

Юристы подчеркивают: ни один нормативный акт Латвии не запрещает торговлю матрешками. Присяжный адвокат Эрик Шталбергс пояснил, что предмет может вызывать ассоциации с Россией, но юридических оснований для изъятия нет, если на нём нет запрещённой символики — например, буквы Z или герба СССР.

Муниципальные правила также не предусматривают ограничений по происхождению товара. Запрет возможен только в договоре аренды, но, как подтвердил сам Казаринов, таких пунктов не было.

«Мы просто поговорили, объяснили, что матрешки вызывают неадекватную реакцию. Попросили убрать, чтобы не разжигать ажиотаж. Это даже вопрос их безопасности. Торговцы любезно согласились», — сказал он в беседе с LSM до своего отстранения.
По наблюдениям журналистов, место убранных матрешек заняли деревянные шкатулки и фигурки с традиционной росписью. Пресса на русском осталась: по данным Rīgas Nami, она латвийского издания, а значит, не подпадает под какие-либо ограничения.

Бывший исполнительный директор Риги Юрис Радзевич напомнил, что ни мэр, ни его заместители не имеют права давать указания муниципальным предприятиям. Решения принимает исполнительный директор самоуправления как держатель долей капитала.

«Политики могут просить, но юридической силы такие просьбы не имеют. Министр или вице-мэр может что-то сказать — и структура решает, что с этим согласна. Но это не распоряжение», — отметил Радзевич.
В Министерстве смарт-управления LSM пообещали уточнить законные границы полномочий на примере ситуации с Центральным рынком. Запрос был отправлен 26 сентября, но к моменту публикации ответа не поступило.

А тем временем в «овощном» павильоне торговцы, привыкшие за десятилетия переживать любые реформы, только разводят руками:

«Мы давно поняли, что законы — это для юристов. А у нас всё по-другому: сегодня улыбнулись — завтра скажут “съезжайте”. Мы просто хотим работать».