«Люди будут работать, пока не умрут». Лиепниекс убежден: оптимизм и патриотизм помогут решить проблемы

Демографическая ситуация в Латвии и снижение рождаемости вызывают все больше опасений относительно будущего социальной системы. Люди живут все дольше и, следовательно, дольше наслаждаются пенсионными благами. Но по мере того как демографическая яма становится все больше, однажды просто может не хватить денег на пенсии и пособия. На вопрос: «Что делать с социальной системой в Латвии?» — отвечает писатель Юргис Лиепниекс.

Проблемы социальной системы и убыль населения вызывают напряжение и в других отраслях, говорит писатель: «Наша школьная сеть рассчитана на другое число учеников. Количество больниц – для другого числа жителей. Нам необходимо все это изменить (сократить), что создает дополнительные проблемы для оставшихся. Есть только две вещи, которые могут помочь, – оптимизм и патриотизм».

Оптимизм, по мнению Лиепниекса, является единственным фактором, который способствует росту рождаемости: «Если вам кажется, что дела идут в правильном направлении, если вы уверены в будущем, если у вас растут доходы и кажется, что будущее будет лучше сегодняшнего, то это способствует рождаемости. Это мы видим и в Латвии. Оптимизм — это чувство, больше уверенности в том, что вещи развиваются в правильном направлении. Тут каждый из нас может спросить себя: «Есть ли у нас ощущение, что Латвия развивается в правильном направлении?» Есть ли у нас оптимизм, думаем ли мы, что в Латвии в обозримом будущем жизнь будет лучше, что дела пойдут вверх, будут лучше, чем они есть сейчас? Если у нас этого ощущения нет, дети не будут рождаться. Это очень просто».

Для того, чтобы был такой оптимизм, необходим миллион других вещей, подчеркивает Юргис Лиепниекс: должна развиваться экономика, должна возникнуть социальная безопасность и так далее. После оптимизма приходит патриотизм, и это уже более сложная вещь: «Если у вас болит сердце за то, что нация вымирает, что она слабеет, что она исчезнет с лица земли, то это действительно может сказаться на рождаемости».

В качестве примера Лиепниекс привел чеченцев. Это народ, который в сталинских репрессиях пострадал гораздо тяжелее латышей. Депортировали почти на 100% всех чеченцев, геноцид был немыслим. В первые недели значительная часть ссыльных умирала. Уже в поздние годы была и первая, и вторая Чеченская война. Но чеченцы вернулись, а в их семьях стандарт в этих тяжелых условиях — пятеро детей. Эта потребность в детях упирается в патриотизм и поэтому недооценивать ее не стоит. Рождение детей не особенно рационально, на это влияют иррациональные факторы на уровне эмоций, чувств и ценностей:

«Это плохая новость для тех, кто думает, что проблемы демографии можно решить пособиями — 100 евро больше или меньше. Это, конечно, важно и существенно, но рождение детей не рационально. Это не причина того, почему мы рожаем или не рожаем своих детей».

В то же время мы должны считаться с тем, что стиль жизни ныне работающих не будет таким же, как у нынешних пенсионеров — большинство из нас не сможет выйти на пенсию по достижении 65 лет и потом просто жить за счет пенсии.