Любить по-французски? Последнюю постановку Римаса Туминаса привёз в Ригу театр «Гешер»

Если коротко, впечатление такое, будто побывала в Париже, в этом вольном городе, где всё дышит любовью — к женщинам, к мужчинам, к жизни, к свободе…Казалось бы, в финале почти «все умерли», но осталось освежающее послевкусие, ощущение лёгкости и светлой грусти. Декораций — минимум: томный лавандовый свет, фортепьяно, краешек опоры Эйфелевой башни, иногда, едва уловимо колеблется в зеркале (или в волнах Сены?) отражение её железного кружева. И конечно, шансон!

Из всего этого — предметов, музыки, людей, их голосов и движений соткана удивительно гармоничная — французская — атмосфера. Удивительно красивые актёры: главные роли исполнили звезды израильской сцены и экрана — Шломи Бертонов, актриса и модель Юваль Шарф, Ави Азулай и Исраэль (Саша) Демидов. 

Спектакль в итоге получился умный, стильный, невероятно красивый во всех отношениях, и…очень лёгкий! Несмотря на то, что тема, на первый взгляд простая, житейская, на самом деле содержит в себе несколько пластов, весьма глубоких и серьезных. 

Перед началом спектакля директор театра Лена Крейндлин (одна из основателей театра) советовала тем, кто не перечитал пьесу Ростана, смотреть спектакль дважды: один раз — чтобы читать текст, второй — чтобы собственно смотреть на действо. Спектакль идёт на иврите с титрами на латышском и русском языках. Совет стоящий, однако второго раза у рижской публики посмотреть его (во всяком случае в Риге) уже не будет, пришлось совмещать. 

Что сказать о «совмещении» — сначала немного устаёшь чисто физически. Стихи гениальные, перевод отличный, читать просто хочется, хотя по смыслу и так ясно, о чем речь. Да и сюжет же известен. Но постепенно всё больше включаешься в происходящее на сцене — энергетика от актёров исходит мощнейшая, и она, похоже, заряжает зал. И постановка так рассчитана (работа Мастера!), что многие сцены просто не нуждаются в словах. А когда начинают говорить, всё чаще ловишь себя на том, что уже понимаешь слова.  

Изначально пьеса Эдмона Ростана «Сирано де Бержерак» была героической комедией в стихах и в 5 актах, в ней было около 50 персонажей, одна из ключевых сцен разворачивалась у Нельской башни в Париже.

Римас Туминас, оставив стихи, сократил текст вдвое, а количество действующих лиц – до 14, разрушенную несколько веков назад Нельскую башню заменил на Эйфелеву, а героическую комедию сделал любовной. И по-своему её, конечно, пересказал. Чрезвычайно удачно. Добавив своих изюминок. Один мсье Эйфель чего только стоит!

Время от времени он появляется у подножия своего творения с рулеткой, до миллиметров вымеряя соответствие проекта с тем, что получилось. Иной раз даже пытается чуть передвинуть башню, очень старается — но не выходит. Так она и стоит все эти годы, немного «не по плану». А то пройдется по Парижу невесть откуда взявшийся Чарли Чаплин — смешной человечек в грустной маске…

Кстати, Эйфелева башня (построенная в 1889 году) почти ровесница пьесы «Сирано де Бержерак, написанной в 1897 году. Хотя прототип главного героя, Сирано, поэт, драматург, философ и дуэлянт, «настоящий гасконец», он родился в 1619 году и умер в 1655-м. Но по сию пору он живее многих живых. И не только во Франции и для Франции. Почему? 

На первый взгляд в этой истории всё просто: Сирано, талантливый и красноречивый, но обладающий уж слишком некрасивым носом, едва не с детства любит Роксану. Однако Роксана влюбляется в Кристиана — паренька красивого, но умом и красноречием не блещущего.  А для неё ум в мужчине — фактор определяющий.

Сирано, как кажется, от великой любви готов отдать свой голос и свои мысли Кристиану — пишет за него письма и читает стихи возлюбленной. Кристиана убивают на войне, Роксана уходит в монастырь, утешаясь перечитыванием писем своего жениха, а Сирано долгих 14 лет навещает её каждую неделю, так и не решившись открыть своих чувств.

Роксана сама неожиданно вычисляет автора этих писем и мгновенно воспламеняется любовью к Сирано. Однако насладиться счастьем влюбленные не успевают, Сирано, как знатный вояка, умирает от старых ран. Правда, перед смертью он успевает прозреть. И осознать главное: 

Я прожил, как суфлер, мой дорогой Рагно!
Мольер и Кристиан? Вы оба были правы.
Вы — оба разные, а вы — всегда одни.
Вся жизнь прошла, как ночь, когда я был в тени…
И поцелуй любви и лавры славы
Они срывали за меня,
Как в поздний вечер памятного дня.

…Из глубины сегодняшних обстоятельств во всей этой старинной поэзии можно рассмотреть горькие сожаления о судьбах наших продажных современников — тех же артистов, режиссеров, журналистов. Которые, отдав однажды свои способности в услужение другим, теряют сами себя. И таланты их медленно, но верно тают. Как закон.

В этом, на мой взгляд, и финальный посыл: мало быть талантливым, умным и даже честным, нужно ещё обладать смелостью быть собой. Чтобы жить собственной жизнью, не прячась за маской или темнотой. И это то самое завещание Мастера — оно относится не только и не столько к «любовной сфере». Это — разговор с душою каждого человека. Важно, можно и нужно оставаться собой при любых обстоятельствах, иначе можно пропустить целую жизнь…Сирано, кстати, уходя в Вечность, это понял и смелость — быть собой — наконец, обрел. Надел свой страшный нос и ушел собою, счастливым, потому что — настоящим… 

Директор театра «Гешер» Лена Крейндлин и директор продюсерской фирмы ART Forte Юлия Лочмеле

…Театр «Гешер» уже несколько лет подряд в мае месяце привозит в Ригу свои спектакли, благодаря организатору гастролей, продюсерской компании ART Forte. Гастроли проходят в рамках культурного обмена между Латвией и Израилем, при поддержке Государственного фонда культурного капитала.  «Майский зов» — так в шутку назвала эту традицию директор театра. И обнадёжила рижан: в следующем мае к нам собираются привезти новую громкую постановку Авдотьи Смирновой «Не тот свет». 

Хотя, как призналась Лена Крейндлин, в наше время израильскому театру гастролировать по миру совсем не просто: в большинстве израильские деятели искусств сидят дома.  Одних не хотят приглашать, других — боятся. Потому что нужна мощная охрана. И «Гешер», намечая гастроли,  не всегда уверен, что всё пойдет по плану. К счастью, получается. И даже литовцы, уже после смерти своего знаменитого земляка Туминаса, пригласили его «Сирано» к себе. Всё-таки Мастер хоть и таким непростым путём, но вернулся домой… 

Елена СЛЮСАРЕВА

Пресс-фото