Огрский трикотажный комбинат, который в свое время гремел на весь СССР, теперь остановил свою работу. Но мало того, что страна лишилась качественной продукции и без работы остались больше двух сотен человек, им еще и не выплатили зарплату. «Ogres Trikotāža», к нашему великому сожаление, теперь банкрот, но станут ли такими же банкротами его бывшие работники, выясняла «Наша тема» на телеканале ТВ5. Известный на всем постсоветском пространстве мастодонт латвийской легкой промышленности Огрский трикотажный завод распустил своих работников и закрылся, но некоторым людям не заплатили зарплату аж за 3 месяца. «Мне за 3 месяца не выплачена зарплата — ноябрь, декабрь и январь. Мы не знаем, что с нами будет, выплатят нам эти деньги или нет. Никто нам ничего не говорит», - рассказала телезрительница, проработавшая на Огрском трикотажном комбинате 30 лет. На самом деле коммуникация между рабочими и работодателем должна была состояться гораздо раньше дня Х. «В законе не сказано, что он обязан информировать работника о своих делах в бизнесе, но для этого есть закон, который говорит, что в случае, если у работодателя идут плохо дела, то они должен за месяц предупредить, что будет сокращение штата или снижен объем продукции», - пояснила руководитель Отдела трудового права Государственной трудовой инспекции Марите Нориня. Ближе к Рождеству ситуация на комбинате начала усугубляться, работы не было и мастерицы начали бить тревогу. «Мы приходили в бухгалтерию, мы туда заходили, но в цехе сначала было темно, никого не было, а потом и цех был закрыт», - рассказала сотрудница. Женщина решила, что лучше уж встанет на биржу, чем будет ждать у моря погоды. И она, как и сотня других рабочих, подписала увольнение по обоюдному согласию. «Или трудовой договор работник расторг по собственному желанию, или по инициативе работодателя — вне зависимости от причины, если работнику не выплатили зарплату, то это не является предлогом или причиной ее не выплачивать», - пояснила Нориня. «Мне должны 600 евро», - отметила пострадавшая. Но эта сумма – только цветочки. Ягодки «Нашей теме» продемонстрировал администратор неплатёжеспособности. И это – 237 дел. 237 человек, которым не заплачено за их работу. Информацию по каждому нужно сравнить с госданными, с налоговой базой. Если хоть один сантим будет отличаться, то прошение будет возвращено назад. Но специалист с 15-летним опытом надеется, что за месяц ситуация разрешится. Процесс запущен и остается лишь ждать результата. Но что будет с самим «Ogres Trikotāža»? «Он идет на ликвидацию, на продажу. Вопрос — в каком виде, целиком или по частям. На данный момент у меня нет покупателей, кого интересовал бы весь завод целиком, чтобы было бы интересно и самоуправлению, и что было бы интересно тем, кто остался без работы», - пояснил администратор неплатежеспособности Эдгарс Карелис. На следующей неделе станет известна цена недвижимости и всего оборудования, которое, кстати говоря, в совершенно рабочем состоянии. Обидно, но Огрский трикотажный комбинат умер не из-за кризиса или отсутствия рабочих рук, и даже не из-за каких-то ошибок руководства. «Он стоит из-за некорректного отношения партнеров к заводу, иностранных партнеров, потому что завод в основном работал на экспорт», - пояснил Карелис. Несколько лет назад компания «OT STILS», которая называет себя официальным представителем «Ogres Trikotāža», попыталась возродить интерес к бренду и даже привлекла к этому известных латвийских дизайнеров. Сейчас в Риге и Юрмале функционирует 10 магазинов с вывеской «Ogres Trikotāža» и ценниками, достойными бутика «Made in Latvia». Возможно, рижане и в состоянии позволить себе свитер за 100 евро, но для таких, как героиня из Огре, которая 30 лет отработала на трикотажном комбинате, это – пол зарплаты. И для женщины цитата из рекламной кампании о том, что «комбинат является ведущим производителем трикотажа в Европе» и «обслуживает всемирно известные бренды», звучит как насмешка над людьми, чья зарплата не больше стоимости произведённого ими же пальто.