Как сейчас, в связи с ростом заболеваемости Covid-19, работает «скорая», когда здоровье нации пошатнулось так, что звонок в 113 кажется единственным спасением? Об этом Дириня рассказала в большом интервью «Латвияс авизе», приводим его в переводе и сокращении.

- Руководитель NMPD Лиене Ципуле выражает в социальных сетях свою обеспокоенность тем, что с быстрым ростом числа пациентов растет и уровень общественной агрессии, а ругань и унижения стали повседневной рутиной для медиков. Чем угрожают?

- С началом ЧС мы стали очень тщательно оценивать, когда к пациенту нужно выезжать, а когда он сам может добраться до ближайшего лечебного учреждения. И если мы принимаем решение, что жизни пациента ничего не угрожает и он своими силами сможет пойти в амбулаторное учреждение или в больницу – мы просим его это сделать. Понятно, что в этих случаях люди не всегда довольны. Диспетчеров не редко ругают, в том числе с употреблением нецензурных слов. Угрожают тем, что если им станет хуже, то мы ответим за это.

- В социальных сетях можно встретить публикации, в которых призывают создать группы, чтобы следить за передвижением скорых и проверять, не ездят ли они со включёнными сигналами без цели… Вы видели такие публикации?

- Люди, работающие сейчас на «скорой», так заняты, интенсивность работы так велика, что на такие публикации нет времени обращать внимания.

- Кто решает, отправлять бригаду на вызов или нет?

- Звонки от людей принимают диспетчеры – помощники врачей, но в непонятных случаях консультируют врачи, сертифицированные для оказания неотложной помощи. Если в процессе обработки звонка у помощника врача возникают вопросы, на которые он не знает ответа, то вызов перенаправляется к консультанту.

Помощник врача учитывает алгоритм приема звонков, который определяет вопросы, которые он должен задать звонящему. Если есть какие-либо сомнения относительно того, почему медицинская бригада NMPD не поедет на конкретный вызов, консультант все разъяснит пациенту и порекомендует, в каком медицинском учреждении звонящий может получить медицинскую помощь.

- Скольким за день отказывают в выезде бригады?

- Число меняется – в день 70-100 людям мы рекомендуем отправится за помощью в лечебные учреждения самостоятельно.

Во время чрезвычайной ситуации бригада «скорой» не выезжает к пациентам, которым не угрожает смертельная опасность.

Например, если роды начались и протекают без осложнений; если ожог меньше размера ладони пострадавшего; если травма руки или ноги без сильного кровотечения, включая переломы костей; если боль в животе не сопровождается обильной рвотой или диареей...

В этих случаях вам предложат отправиться в медицинское учреждение на собственном транспорте, такси или с помощью друзей и соседей. «Скорая» также может отказать в отправке бригады, если наблюдается обострение хронического заболевания (например, высокое кровяное давление); при длительной боли в ногах, спине; при повышенной температуре тела без осложнений. В таких ситуациях следует обратиться к своему терапевту, дежурному врачу или в пункт неотложной помощи.

- Не кажется ли вам, что виртуальные консультации не очень безопасны, учитывая, что людей, чье здоровье подорвал ковид, становится все больше, а проблемы со здоровьем усугубляются, и поэтому конфликты между пациентами и «скорой» становятся все более частыми и неприятными?

- Я согласна с вами, что в эту вспышку ситуация со здоровьем пациентов намного серьезнее и тяжелее, чем раньше, потому что многие не получили запланированной медицинской помощи после предыдущей вспышки.

Например, за предыдущий день мы получили около 1400 звонков. Бригады выезжали на 900 вызовов, 390 из которых были связаны с необходимостью доставки пациента в больницу.

Сейчас люди крайне обеспокоены своим здоровьем – они не могут так быстро, как хотелось бы, дозвонится до семейных врачей, они боятся за своих родных. Живущие за границей дети боятся за оставшихся в Латвии родителей. Поэтому они нам звонят и задают вопросы, но эти вопросы не всегда по адресу, наша служба должна реагировать только на угрожающие жизни ситуации.

Я хочу попросить людей не звонить в 113 без веской причины.

Например, звонят люди, чтобы узнать, как им сдать анализы, чтобы убедится, что они не ковид-положительны. Такие звонки ставят под угрозу те жизни, которым на самом деле в этот момент необходима срочная помощь, потому что их жизни угрожает опасность.

- Куда сейчас отправляют людей с инсультом или инфарктом?

- Больных с инсультом мы отправляем как всегда туда, куда возили до сих пор. Инсультные отделения не прекратили свою работу, потому что она очень специфическая и ее обеспечивают больницы. С инфарктниками та же ситуация.

Ежедневную рутину NMPD никто не отменял – жертв ДТП, пожаров, травм на рабочих местах, все это никуда не исчезло.

Работу NMPD усложняет и нехватка кадров. Например, в Риге из-за этого каждый день десятки машин не выходят на службу, потому что некому работать.

Медики работают в непрерывном режиме уже больше года. Им полагаются отпуска, кто-то может и заболеть. В бригадах работают молодые, у них семьи, дети болеют, поэтому у многих сейчас больничные. Наши коллеги получают и травмы. Все это влияет на наши возможности укомплектовать бригады.

- Сколько ваших работников болеют ковидом?

- Сейчас это 23 медика. Но нужно принять во внимание, что в «скорой» очень высокий процент вакцинации у работников – примерно 94-100% наших медиков привиты.

- Глава NMPD Лиене Ципуле в интервью Латвийскому радио сказала, что в больницы поступают только те пациенты, у которых падает насыщение крови кислородом. Насколько низким должен быть уровень кислорода, чтобы вас доставили в больницу?

- Это более сложный алгоритм, которому следуют медики. Оценивается не только уровень кислорода, но и другие симптомы пациента. Все это оценивается медиками бригады во время вызова.

- Не следует ли NMPD беспокоиться о том, что по мере увеличения числа пациентов с ковидом, может возникнуть нехватка вариантов подачи кислорода?

- В каждом автомобиле NMPD есть два кислородных баллона. Если в баллоне закончился кислород, его можно заменить в любом центре поддержки бригад. Если медики везут пациента, например, из Видземе или Латгалии в Ригу, и в баллоне не осталось кислорода, нет проблем быстро обменять его на заправленный баллон.

Но возникает беспрецедентная ситуация, когда команда стоит в очереди в больнице, чтобы передать пациента. Вот почему мы придумываем новые и нестандартные способы доставки дополнительного кислорода в эти места, если ожидание затягивается.

- Почему у некоторых больниц «скорые» выстраиваются в очереди», а у других нет? Например, такая ситуация возникла в Елгаве, где к ним за несколько часов привезли 55 пациентов. Машины собирались и у других стационаров. Не означает ли это какой-то проблемы в планировании потоков?

- Распространённость ковида варьируется от региона к региону. Центр по профилактике и контролю заболеваний ежедневно сообщает, в каких регионах наблюдается высокий уровень инфицирования, и не нужно быть математиком, чтобы понять, что если сегодня насчитывается более 2 000 инфицированных, то через 7-10 дней 10% из них будут пациентами больниц.

Пациента с ковидом доставляют из его региона в больницу в его области. Больницы, зная этот алгоритм, должны быть готовы к тому, что поток пациентов будет увеличиваться с каждым днем.

Действительно, бывали ситуации, когда наши служебные автомобили выстраивались в очередь перед больницами. Например, так было в региональной больнице в Екабпилсе, потому что в этом регионе довольно высокая заболеваемость, и нам приходилось ждать, когда пациент будет принят.

Но принимая во внимание, что в стране объявлено ЧС, больницы должна переориентироваться на работу с повышенной интенсивностью.