…Маленькая худенькая женщина, как будто незаметная, не сразу решилась прийти в редакцию. Она мужественно терпела придирки дочери, даже обращалась в полицию. Потом поняла, что должна уйти: так будет лучше, и ей — в первую очередь. Она попросила помощи у социальной службы, чтобы ей выделили угол на старости лет, где она сможет спокойно прожить остаток дней.

Несколько лет назад умер муж, с которым они жили душа в душу. В свое время, когда приватизировали квартиру, муж принял решение оформить собственность на дочь, которой тогда было 20 лет. Так многие поступали. Одна из причин — чтобы дети не тратились на оформление наследства после смерти родителей. Но, как часто бывает, благие намерения оборачиваются против благодетелей.

Хоть из дому беги

— Пока муж был жив, все было хорошо. Я понимала, что он сделал правильно: дочь у нас приемный ребенок, мы удочерили Еву, когда нам уже было за 40, — рассказала Мария. — Девочка была трудная, еле окончила школу и потом не могла устроиться работать. Пусть хоть ей после нас квартира останется, говорил муж…

Но без мужа Марии пришлось нелегко. При приемном отце Ева соблюдала правила приличия, побаивалась его, а тут — как с цепи сорвалась. Старушка жила в одной комнате, Ева — в другой. Так та стала приводить гостей, которые пьянствовали, шумели допоздна, и Мария начала запирать дверь к себе.

— В доме стало грязно: она не убирает за своими гостями, а у меня уже сил нет, чтобы каждый день мыть полы и выносить бутылки. Полная раковина грязной посуды, а еда, которую я с пенсии покупаю на неделю, съедается за один вечер, — жалуется старушка.

А когда в доме появился друг Евы, стало совсем плохо. Тот постоянно курил вонючие сигареты, не работал. К нему приходили какие–то странные люди. Потом Мария узнала, что он торговал наркотиками. К счастью, то ли они поссорились с дочерью, то ли того наконец–то арестовали, но "зять" пропал.

Однако дочь приводила других "друзей", а матери велела вообще из комнаты не выходить. Как–то в гости к Марии пришла подруга, с которой они давно не виделись, и та ужаснулась, как изменилась квартира: настоящий притон. Подруга научила Марию написать заявление в полицию, чтобы там приструнили дочку и она более уважительно относилась к матери. Действительно, пришел полицейский, все осмотрел, поговорил с ней и дочерью, но ничего не изменилось: противоправных действий дочь не совершала, а остальное — дело семейное.

И тут Еве вроде бы повезло. Она привела в дом приезжего парня из провинции, который работал, хорошо относился к дочери. Но оказалось, что теперь Марии нельзя входить в кухню, потому что там хозяйничает Ева и что–то мастерит новый зять. Мария начала ходить питаться в суповую кухню. Там встретила таких же бедолаг и наслушалась разных историй. У нее хотя бы есть крыша над головой.

— Зять задекларирован в другом городе, а постоянно живет у нас. К нему то и дело кто–то приезжает из родни или друзья остаются ночевать: спят на кухне, в коридоре. Не дом, а ночлежка. Но Ева довольна: у нее семья и скоро будет ребенок…

С одной стороны, Мария рада, что у Евы все сложилось: в конце концов, новый зять — заботливый семьянин. Просто она оказалась лишней в этом доме, и ей надо уйти.

— Я пошла в социальную службу и попросила найти мне место в пансионате: буду отдавать свою пенсию, у меня будет своя кровать, еда, вокруг такие же люди, — говорит старушка. — Но у меня пенсия 236 евро, и этого мало для пансионата — надо, чтобы родственники доплачивали…

Она всю жизнь проработала в фирме "Латвия", была швеей, потом бригадиром, тогда трудились в три смены. Возвращаясь с ночной, прибирала в квартире, готовила — в доме всегда был порядок, который так ценил покойный муж. Хорошо, он не видит, во что превратились квартира и их жизнь… Теперь Мария надеется, что все–таки ее возьмут в пансионат.

Жить невмоготу

Бывает так, что пожилой человек устал бороться с постоянными жизненными проблемами, связанными с нищетой. Пенсия такая маленькая, что не на что купить лекарства, а дети или живут за границей, или человек одинок. Так случилось у Дайги. Ее единственный сын погиб много лет назад — разбился в автоаварии, муж умер. Для чего жить, на что жить? Эти вопросы пенсионерка задает себе последние 10 лет. Пенсии хватает только, чтобы уплатить за квартиру.

— Спасибо, соседка принесет иногда супа, пирожки, а то я целый день ничего не ем. Задумаюсь о чем–то, вспомню сына, мужа — так день и проходит, — рассказывает пенсионерка.

Сердобольная соседка беспокоится о Дайге. Она–то и подняла тревогу: что делать, ведь пропадет человек — или с голоду умрет, или газ не выключит, или выйдет из дому и забудет, где живет. Позвонила в социальную службу, попросила навестить пенсионерку. И вот уже пожилая женщина готовится к переезду в пансионат. Там о ней позаботятся…

Иван Иваныч, как он представляется, живет в съемной квартире, вернее — в съемном углу. После денационализации дома в центре он оказался должником, и его без разговоров выселили из квартиры. Это было 15 лет назад, когда царил хозяйский беспредел. Он уже тогда получал пенсию по выслуге лет как бывший милиционер и поэтому смог найти и снять комнату в Московском форштадте — без удобств, в старом деревянном доме, но за 50 евро в месяц.

— Потом дом начал разрушаться, и жильцов расселили, а я мыкался по углам — благо уже знал многих в этом районе. Даже в ночлежке жил. Спасибо, мне посоветовали идти в социальную службу и просить место в пансионате: здоровье–то уже не то, — рассказывает читатель…

Виктория Николаевна давно уже живет в своем мире. После смерти мужа, который о ней заботился, следил, чтобы она вовремя поела, умылась, выводил на прогулки, она заметно сдала. И немудрено. Сын заходит раз в неделю в выходной — у него своя семья, среди недели раза три забегает невестка. Она приносит продукты, кормит свекровь, помогает умыться, убирает в квартире. А потом проверяет, плотно ли закрыты окна, и уходит, закрыв дверь на ключ с наружной стороны. Потому что выходить Виктории Николаевне нельзя: она уже два раза терялась — искали всем миром.

— Мне многие говорят: почему вы не отдадите маму в пансионат, где за ней будет постоянный уход? Но мы еще не решились на такой шаг. Сейчас договорились, что из социальной службы каждый день будет приходить помощница и кормить свекровь, гулять с ней, — рассказала читательница Алена. — Посмотрим, как будет дальше…

Как попасть в пансионат

Как мы видим, спрос на места в пансионате есть, а есть ли предложение? Ситуацию с пансионатами для пожилых людей разъясняет руководитель отдела информирования жителей департамента благосостояния Рижской думы Лита Брице:

— В пансионаты Рижского самоуправления мы устраиваем жителей Риги — в первую очередь тех, кто уже не может сам за собой ухаживать. В таком случае житель или его родные должны обратиться в свою социальную службу, написать заявление с просьбой о предоставлении места в пансионате и приложить справку от врача о состоянии здоровья человека…

После этого заявителя навестят социальные работники, которые обследуют условия проживания человека, состояние его здоровья и заполнят специальную анкету: что заявитель может делать сам, а с чем он не справляется.

— Надо знать, что Рижская социальная служба в том числе предоставляет различные услуги ухода на дому, — разъясняет представитель департамента. — Однако, если социальные работники определят, что человеку некому помочь или ему нужен уход в течение 24 часов, то предлагают место в пансионате…

На домашней страничке департамента размещена информация о пансионатах — Рижской думы и других, места в которых софинансирует РД, куда можно устроить пожилого человека. Здесь же указана и стоимость проживания в день.

Согласно установленному порядку, обитатель пансионата передает на свое содержание 90% своей пенсии, а 10% остается ему на карманные расходы. Если пенсии не хватает — доплачивают родственники или Рижское самоуправление (в зависимости от семейного и материального положения пенсионера).

Цены за проживание в столице сохраняются в среднем на уровне 20 евро в день, в других городах Латвии — Павилосте, Рауне, Талси — проживание может быть дешевле: от 15 евро в сутки. В среднем в месяц плата за проживание в пансионате составляет от 360 до 640 евро, в зависимости от места расположения и категории учреждения.

В пансионате человек находится на полном содержании: ему обеспечены кроватное место с постельными принадлежностями, трехразовое питание, регулярный медицинский осмотр, услуги социального работника, а также мероприятия досуга.

Вместе с тем есть специализированные центры социальной заботы, где проживают люди с деменцией, есть места для людей с нарушением двигательных функций, которые передвигаются в коляске…

Еще не так давно мысль о пансионате вызывала негативные эмоции как у родных пожилого человека, так и у самого пенсионера. Как бы ни было тяжело, старые люди должны жить дома — болеть, лежать и, простите, умирать.

Родственников, которые ходатайствовали о помещении старого человека в пансионат, окружающие считали бессердечными и корыстными. Говорить о том, что ваша мать (отец) живут в пансионате, считалось неприличным, было равнозначно тому, что вы признаетесь, что не любите родителей и их судьба вам безразлична (хотя бывает именно так).

Об этом мы беседовали с г–жой Брице и раньше. Вспомнили, что были годы, когда старики боялись идти в пансионат, а родственники, если вынуждены были поместить туда беспомощного человека, делали это тайком от друзей и знакомых.

— С годами отношение поменялось. Сейчас оно стало вполне цивилизованным, — говорит Лита Брице. — Люди видят, как живут в других странах, да и мы стараемся, чтобы наши учреждения были современными, чтобы людям там жилось комфортно. И спрос на места повышается…

Люди понимают, что дома обеспечить подобный уход трудно: надо, чтобы кто–то постоянно находился рядом. А в пансионате его обитатели получают не только профессиональный уход, но и общаются друг с другом, и главное — они знают, что не будут в тягость родным…

знай!

Кто может претендовать на место в пансионате?

Это жители, которые по возрасту или состоянию здоровья (1–я и 2–я группы инвалидности, кроме незрячих и лиц с тяжелыми психическими отклонениями), не имеют возможности за собой ухаживать и нуждаются в социальной помощи, если она выходит за рамки того, что может предоставить Рижская дума, а также в случаях, когда люди нуждаются в длительном уходе.

Пансионаты обеспечивают клиентов: жилплощадью, трехразовым питанием, семейным врачом, выполнением плана лечения, рекомендованным врачом, а также  бельем, одеждой, обувью, предметами гигиены.
Клиенты пансионатов могут получить услуги парикмахера, мастеров по маникюру и других специалистов. Они также имеют возможность принимать участие в культурных мероприятиях, экскурсиях, по своему желанию и в соответствии со своей конфессией общаться с духовником. В пансионатах заботятся о том, чтобы их обитатели вели по возможности полноценный образ жизни.

(!) Перед тем как устраивать родственника в пансионат, лучше на месте ознакомиться с условиями проживания там.

V Центры социальной опеки (пансионаты) Рижского самоуправления:

MeZciems, ул. Малиенас, 3, тел. 67181955;
GaiLezers, ул. Хипократа, 6, тел.  67539453б, 67536895;
Stella maris, ул. Бирзес, 54, тел. 67012698.  

Что делать, если человек достаточно бодр, чтобы попасть в разряд социально опекаемых, но условия жизни таковы, что он видит единственную возможность — жить в пансионате, где есть уход, забота, или родственники считают, что ему будет там лучше, чем дома? На этот случай есть частные пансионаты, в которые можно устроиться или поместить родственника, где будет обеспечен профессиональный уход. Таких у нас уже тоже достаточно. Но это другие деньги…

Кстати, если муниципальные пансионаты не практикуют прием клиентов на время (как в гостинице), то в частном заведении можно договориться на разный срок.

V Как оплачивается проживание в пансионате?

Если одинокие пенсионеры или инвалиды поступают в муниципальный пансионат на постоянное место жительства, они платят 90% от своей пенсии или государственного социального пособия. Если этих денег не хватает, чтобы покрыть расходы на пребывание в пансионате, разницу покрывает самоуправление. Пребывание в частных пансионатах, с которыми у самоуправления заключены договоры, оплачивается таким же образом, как в муниципальном пансионате.

Если же клиент выбирает пансионат, у которого нет договора с Рижским самоуправлением, то клиент платит 90% из своей пенсии или иных доходов. Если клиент и его опекун не в состоянии оплатить полную сумму стоимости пребывания в пансионате, то разницу между ценой услуги пансионата общего типа и оплату за содержание клиента в пансионате покрывает самоуправление (если достигнута договоренность), но на сумму не более 400 евро в месяц в пансионате общего типа и 640 евро в месяц — в пансионате семейного типа. Если у пенсионера или родных средств не хватает, тогда надо пробовать встать на очередь в муниципальный пансионат…

телефон

80005055

— бесплатный  информационный телефон департамента благосостояния Рижской думы (в рабочее время). По этому номеру можно узнать о том, какие услуги предоставляет Рижская социальная служба, а также нужный адрес территориального социального центра столицы, часы приема и другую информацию…

(!) Подробнее — на домашней страничке департамента благосостояния Рижской думы:

www.ld.riga.lv

вопрос — ответ

В ожидании своей очереди

Читатель написал, что он пенсионер, в свое время подал заявление о предоставлении места в пансионате и сейчас ожидает своей очереди. Но он хотел бы знать, как продвигается очередь, сколько времени ему ожидать — ведь пожилому одинокому человеку трудно позаботиться о себе:

"Хотел бы задать вам вопрос относительно очереди в пансионаты Рижской думы. Почему стоящим в очереди не присваивается номер? Почему ничего нельзя узнать о продвижении очереди? Процесс присвоения места должен быть абсолютно прозрачен".

Ситуацию разъясняет представитель департамента благосостояния РД Лита Брице:

— О том, как продвигается ваша очередь в пансионат, всегда можно узнать у своего социального работника. Также можно поинтересоваться в пансионате, куда вы записались. Например, в пансионате "Межциемс" при входе на доске объявлений вывешен график продвижения очереди в пансионат.

Обычно, если человек записался в определенный пансионат, то ожидать приходится 3–4 месяца, если его устраивает любой и даже за пределами Риги, то очередь продвигается быстрее. Заверяю, что без очереди никто не проходит…

Кто будет опекуном?

Читательница Стефания ухаживает за своей взрослой дочерью — инвалидом с детства. Ее беспокоит, кто будет заботиться о дочери в случае ее смерти, не останется ли инвалид без опеки.

— Если человек признан недееспособным, то после кончины одного опекуна будет назначен другой опекун, который примет наследство опекаемого, — разъясняет юрист Владимир Васильев.

— Этим распоряжается сиротский суд. Мать может оставить завещание дочери. Но чтобы дочь не оставалась без заботы ни дня, лучше попросить друзей, знакомых, составить договор с юристом, чтобы те известили сиротский суд в случае кончины матери.

Один из вариантов заботы о недееспособном человеке — это пансионат. Там будет обеспечен постоянный уход, а, оставляя наследство, мать может сделать соответствующие распоряжения…

Татьяна АНДРИАНОВА