— Скажите, что за политэкономическое время у нас сейчас на дворе?

— У нас есть только две поры года — после выборов еще не разобрались, а накануне выборов уже ничего нельзя решать. У нас всегда одно и то же время — предвыборная ситуация. Других временных факторов у нас, к сожалению, не существует.

Но я как аналитик хочу сделать маленький срез того, что было, что есть и что будет при таком подходе к вещам. Я хочу сказать, что за фактически тридцать лет независимости (это почти в полтора раза больше того времени, которое имела возможность быть независимой Первая республика) мы разрушили старое — замечательно, не создали новое — тоже замечательно, не знаем, как делать будущее еще более замечательным.

— Значит, мы тут просто прозябали. Возможно, строили что–то свое, но не государство. Так ли и почему?

— К сожалению, у нас тут одни и те же рассказы. Все, что плохо, — это наследие коммунизма. Сегодня смена поколений происходит значительно быстрее. Раньше было 40 лет, сегодня — 30 лет. Ну, давайте за одну генерацию уйдем от всех серьезных проблем и не будем их ни на кого спихивать.

Значит, за последние 30 лет Латвия стала самостоятельным государством. И в первые 15 лет чувствовались удовлетворение, радость… Было настроение. Сегодня, к сожалению, как это ни прискорбно, мы абсолютно не самостоятельное государство.

Десять лет страной управляло "Единство". Фактически оно не продвинуло народное хозяйство ни на йоту. Кончили они тем, что создали идею фикс: народно–хозяйственный план, над которым не издевался только ленивый. В плане не было ни одного практического действия. Это был набор неких непонятных, нереальных деклараций. Но самое страшное из всего этого дела то, что мы в "жирные" годы имели шанс провести реальные реформы для нашей страны. Сделать реформацию сельского хозяйства, сделать реформацию образования и, наконец, провести реформу здравоохранения. То есть все то, что определяет суть страны. Но не сделали этого.

— В чем, по–вашему, причина отсутствия реальных дел?

— Трудно в это поверить, но в 2006 году у нас численность государственного управления, включая все институции самоуправления, составляла 160 тысяч человек. При численности населения немногим более двух миллионов. А сегодня количество управленцев — более 220 тысяч человек. А количество населения не один миллион 900 тысяч, а только один миллион 550 тысяч. Эту цифру никто не опротестовывал. То есть неадекватное соотношение поедания бюджета паразитарными фирмами и структурами достигла гигантского размера.

Да, сейчас новая коалиция, там уже не только "Единство", там и другие партии. Но скажите, сделали ли они хоть один шаг для оптимизации расходов государственного управления? Ни один! Каждый раз начинается одна и та же песня. Недавно я предложил сократить эти расходы. Мне сказали: мы не сумасшедшие, за нас голосовать не будут.

Тогда я задаю вопрос: а для чего они избираются? Сделать что–нибудь хорошее государству? Нет! Сегодня политика стала бизнесом. Люди идут в политику, чтобы иметь собственный бизнес. Партии не самостоятельны. Их спонсоры требуют отдачи за финансирование. У нас создалась очень болезненная система, которая ведет в никуда, которая позволяет маленьким группам людей действовать согласно их интересам, решать государственные вопросы за счет всего населения в угоду себе. Вот поэтому я часто вспоминаю Карлиса Улманиса.

— Я еще раньше заметил, что вы благоволите к нему.

— Да, я вспоминаю 1934 год, когда произошел так называемый переворот. Я не склонен считать Улманиса диктатором. Потому что таких диктаторов была полна вся Европа. За исключением агрессивного диктатора Сталина и агрессивного диктатора Гитлера. Даже Муссолини называли мягким диктатором. Но диктатура была еще в Словакии, Чехии, Венгрии, Югославии… То есть это была норма поведения того времени.

Что сделал Улманис? Он разогнал партии, которые раздирали государственное одеяло на лоскутки. Там тоже у кормушки собралась масса партий, которые разводили демагогию, но ничего не решали. Но Улманис с 1934 года за пять лет сделал страну. И она была достаточно независимой. Она имела свой вес, она имела тенденцию к богатству. И если бы не было входа Советского Союза в Латвию, то я считаю, что его правление принесло бы достаточно много успехов. Потому что недаром его называли хозяином. А у нас сегодня в стране хозяина нет.

Виктор АВОТИНЬШ.