Экс-премьер Эмсис: ощущение как в сумасшедшем доме

— Вы были премьер-министром Латвийской Республики в 2004 году. Как вы оцениваете сегодняшнее премьерство Эвики Силини?

— Ощущение, как в сумасшедшем доме… Все началось с этого ненормального ковида, а теперь безумие продолжается: ни у кого нет ни позвоночника, ни плана на будущее, ни силы воли. О сиянии глаз и говорить не будем. В целом ощущение плачевное.

— Что бы вы поменяли, будь вы премьером?

— Мой основной принцип всегда был таков: если ты сталкиваешься с проблемой, ее надо раскопать. Так как я пришел из науки, то, если возникает ситуация, в которой не хватает ясности, первое дело — это осознать, что ты сам в состоянии сделать, а потом надо найти друзей и специалистов, которые могут тебе помочь.

В самых сложных ситуациях я позволял столкнуться двум или нескольким различным мнениям, после их высказывания можно было принимать решение.

В мое время это были очень сложные решения, например, о водохозяйстве Латвии, нужно было принять решение: этим хозяйством будет управлять самоуправление или оно будет частным. Государству не хватало денег, а самим решать эти вопросы было исключительно трудно. Это была середина 90-х.

Тогда я попросил совета у своих друзей по всему миру, и они провели конференцию, где участвовали и те, кто приватизировал водохозяйство, и те, кто оставили его в руках государства или самоуправления. Мы слушали, как каждый из них рекламирует свое решение. Тогда мы приняли очень правильное решение — водохозяйству остаться в руках самоуправления.

Представляете, если бы у нас было частное водохозяйство, его бы купила какая-нибудь российская или дружественная к России компания, тогда мы бы могли лишь представить, какие открылись бы возможности шантажа. Но вода — это ресурс, без которого мы жить не можем. И таких ресурсов у нас много.

— К счастью, мы избавились от БРЭЛЛ.

— Да, теперь мы в западной системе. Но что очень важно: мы должны пересмотреть концепцию безопасности. Поскольку 5-я статья НАТО становится ненадежной. Думаю, мы должны обратиться к своим скандинавским друзьям.

Мы должны пойти к нашим старым добрым знакомым — немцам. Конечно, надо обратиться и к странам Балтии.

Я удивляюсь тому, что до сих пор на высочайшем уровне не восстановлена Балтийская ассамблея. Мы ее создали до восстановления независимости. Это было сотрудничество парламентов стран Балтии. Как такое может быть? Мы в кризисной ситуации, а эта ассамблея не восстановлена. Инструменты, доказавшие свою необходимость, надо восстановить. После восстановления независимости мы ведь понимали, что означает сотрудничество. И я бы это делал в направлении внешней политики.

— А что бы вы делали во внутренней?

— Я бы немедленно поговорил со странами Балтии: может быть, нам нужен референдум о необходимости трассы Rail Baltica? Это огромные вложения — в то время, когда у нас другие приоритеты. Этот вопрос не может решить правительство — его может решить только народ.

— Вы упоминали о вопросе безопасности.

— Надо создать совместную линию обороны — такую балтийскую линию Маннергейма. Не болтать, а копать и бетонировать. Надо закупить мины, все необходимое. Это надо делать сейчас, немедленно.

Я бы задал вопросы мировым военным экспертам: как вовлечь другие отрасли? Надо ли нам сажать леса в предполагаемой зоне  военных действий? Надо ли высаживать леса полосами, как в Украине? Если это необходимо, леса надо сажать прямо сейчас. Не только тот процент от ВВП, который выделяется на военные нужды, важен. Надо думать о системе обороны, какой она будет? Людей, живущих в приграничной зоне, надо подготовить до последнего нюанса.

— А что с народным хозяйством?

— Я бы смелее действовал в направлении Китая. Мы видим, что экономика в Европе буксует, дела все хуже и хуже. Однако направление народного хозяйства Китая мне кажется симпатичным. Вижу возможности для нашей маленькой страны обеспечить хороший рынок для сельхозпродуктов. Оценив конкурентоспособность и поговорив с людьми, я почувствовал, что Китай захватывает рынок — в том числе в сфере ИТ.

— Пока Китай захватывает рынок, наша премьер выгоняет трех министров и называет это «прорывом».

— Неясно даже, что решает этот «прорыв». Уволить министров, если у тебя нет лучших на их место, глупо. Сначала надо найти министров получше, выяснить, чем они лучше, что они будут делать правильнее.

А что происходит сейчас? Людей увольняют, заменить их некем. Однако теперь это все выглядит, как сваливание ответственности на процедурное мероприятие — мол, мы тут пытаемся улучшить ситуацию. По правде говоря, нужно было бы, например, Бришкенсу расхлебывать всю кашу, что он заварил. Однако ничего подобного не происходит.