DW: Путь к миру или тупик? Эксперты о боях ВСУ под Курском

Украинская армия расширяет плацдарм в Курской области России в течение уже двух недель. Очевидно, что украинские военные контролируют несколько сотен квадратных километров российской территории. Судя по действиям военных на местах и заявлениям властей из Киева, ВСУ не намерены покидать занятую ими территорию. Эксперты, опрошенные DW, отмечают, что наступление под Курском значительно изменило эмоциональный фон в обеих странах и повысило шансы на мирные переговоры, хотя и не в краткосрочной перспективе.

Оптимизм в Киеве, разочарование в Москве

Наступление ВСУ в Курской области привело к подъему оптимизма среди украинцев, говорит украинский политолог Владимир Фесенко, глава Центра прикладных политических исследований «Пента». «Люди, конечно, понимают, что это вряд ли приведет к быстрому окончанию войны. Есть крайности, но для большинства характерна такая реакция — это луч надежды после длительного периода, когда украинские войска только отступали, были тяжелые бои, была масса проблем и на фронте, и в тылу, когда больше было поводов для разочарования и недовольства, а сейчас сам факт наступления украинских войск, да еще на российской территории, стал поводом для оптимизма», — говорит Фесенко.

Обратную реакцию можно наблюдать сейчас в Кремле, говорит российский политолог Аббас Галлямов: «Разочарование, депрессия, упадок сил — вот настроение». По словам Галлямова, многие в России, наоборот, осознали, что «никаких радужных перспектив нет». Описывая настроения в Кремле, Галлямов уверен, что наступление ВСУ в Курской области стало неприятным сюрпризом — «украинцы притворялись, когда делали вид, что выдохлись, а на самом деле готовили такой вот жесткий удар во фланг», а выяснилось, «что нет никаких резервов». «Все надеялись, что границы-то прикрыты как-то. А получается, что все, что есть, бросили в Донбасс, что, даже все собрав, крайне медленно двигаемся, ценой огромных потерь и перенапряжения ресурсов, а все остальное вообще… То есть, получается, что это не Украина истощена, это Россия уже на последнем издыхании. И что с этим делать, вообще непонятно», — резюмировал Галлямов.

«Попытка воздействовать на настроения в российском обществе»

Отчасти именно эту цель  и преследовали украинские власти, уверен Владимир Фесенко, а именно попытаться воздействовать на настроения в российском обществе. «От себя скажу, что, конечно, серьезные наблюдатели прекрасно понимают — влияние на российское общество неоднозначно, — заметил Владимир Фесенко. — С одной стороны, у кого-то это будет вызывать агрессию и ненависть к Украине, будет усиливать призывы вести войну до конца, но, с другой, это будет приводить к тому, что часть общества, особенно в приграничных регионах, но не только, осознает, что масштабы войны расширяются, и что эту войну надо рано или поздно завершать».

Наступление ВСУ в Курской области преследовало несколько целей, в том числе, перехватить инициативу, говорит украинский политолог. «Как ни парадоксально, на территории Украины это было сложно, почти невозможно, потому что на юге эшелонированные системы оборонительных сооружений, прорваться не удалось даже летом прошлого года, сейчас возможностей еще меньше. На востоке, на донецком направлении большое преимущество у российских войск, они там наступают, там бы их остановить, там не до наступления», — анализирует Фесенко.

Возможен ли «размен» и мирные переговоры?

Очевидно, говорят эксперты, что основная цель продвижения ВСУ на российской территории — сохранить плацдарм на территории другого государства, тем самым усилить позиции Украины на возможных будущих переговорах. Для Галлямова очевидно, что захват российской территории ВСУ это «просто дополнительный козырь». «Ребята, хотите назад Курскую область — отдавайте, что захватили у нас. Это очевидно», — добавляет Галлямов. Фесенко не исключил, что может быть реализован «такой размен: украинские войска могут отойти из Курской области в обмен на уход российских военных из Харьковской области. Такого рода размен я допускаю». По его мнению, скорее всего, по итогам переговоров между Россией и Украиной «максимум, о чем можно будет договориться — прекращение огня по определенной линии фронта».

«В возможность какого-то большого, системного договора между Россией и Украиной» Фесенко не верит. Проблема, по его словам, в том, что невозможен компромисс «в главном и наиболее проблемном вопросе, статусе оккупированных РФ территорий Украины, которые Россия захватила и аннексировала». Фесенко описывает сложившуюся ситуацию как безвыходную. «Россия ничего отдавать нам не будет, что бы ни писали некоторые комментаторы, потому что уже включила (часть оккупированных территорий Украины. — Ред.) в свой состав. А мы не будем соглашаться на российский статус ни Крыма, ни Донбасса, ни тем более Запорожской и Херсонской областей, точнее, тех частей, захваченных российскими силами. И здесь тупик полный», — говорит Фесенко. Соглашение о прекращении огня на линии фронта не означает отказа Украины от оккупированных РФ территорий, добавляет Фесенко: «Мы 10 лет не контролируем Крым и большую часть Донбасса, но это же не значит, что мы от них отказались».

Переговоры будут, но «точно» не сейчас

В ближайшие недели и даже месяцы Фесенко «точно» не ожидает мирных переговоров. Первая причина, по его словам, это желание России отыграться за потери части территории в Курской области, до тех пор «пока эта задача не будет решена или пока не будет понятно, что не удается решить ее. Тогда через некоторое время там придут к мысли, что придется договариваться о размене, но не сейчас». Вторая причина, по словам Фесенко, что Путин ждет результата выборов в США. «Путин же хочет договариваться не только и не столько с Украиной, сколько с американцами. И, естественно, он будет ждать, кто придет: Трамп — одна стратегия, тем более что Трамп хочет переговоров. Вряд ли, они будут на российских условиях, но тем не менее. Если Камала Харрис, то несколько другая. Возможно, не сразу придут к мысли о переговорах. Но какие-то попытки начать переговоры могут быть не раньше конца года, а реальные переговоры — не раньше будущего года», — заключил Владимир Фесенко.

«Тактически, конечно, Путину сложно сейчас начать переговоры, потому что получается, что он прогнулся, а он принципиально этого впечатления избегает», — добавляет Аббас Галлямов. А вот с точки зрения долгосрочной перспективы, шансы значительно увеличились, уверен политолог. «Теперь в России как бы понимают, что вот, ребята, если у нас даже возникли иллюзии, что Украина сдулась, это ошибка. А раз подозревают, что враг в любой момент готов нанести неожиданный удар, это обстоятельство подталкивает тебя к переговорам», — анализирует Галлямов.

Однако для того, чтобы переговоры состоялись, необходимы более активные действия потенциальных посредников, говорит Фесенко, в том числе для выхода из эмоционального тупика, по его выражению. «Ведь Россия хотела и надеялась, что переговоры пройдут на их условиях, и в Москве не понимали, что Украина не согласится на эти переговоры. А теперь Путин должен прийти к мысли: либо переговоры на равноправных условиях, без ультиматумов, либо война будет продолжаться, в том числе на территории России. Сейчас ситуация достаточно тупиковая, в том числе и эмоционально», — говорит он.