«После долгих дебатов — голосуем», — завершила обсуждение поправок к Закону об образовании председатель парламентской комиссии по бюджету и финансам (налогам) Анда Чакша, руководившая процессом. В дебатах для защиты позиции правительства выступила также премьер-министр Эвика Силиня. При голосовании правящая коалиция победила — 49 голосов «за» против 42 голосов оппозиции «против» и одного воздержавшегося депутата.

«Деньги последуют за учеником» — но только в крупные школы

Суть поправок заключается в том, чтобы дать правительству право определять минимальное количество учеников в школах и классах, необходимое для получения софинансирования школ из государственных средств. В ходе многолетних тяжёлых дискуссий вроде как были достигнуты договорённости о таких минимумах, которые различаются между городскими школами и сельскими, между сельскими и отдалёнными сельскими школами, а также в зависимости от образовательных программ для разных возрастов и детей с особенными потребностями.

В итоге получается почти так, что минимальное количество учеников будет рассчитываться индивидуально для каждой школы. Все эти расчёты в условиях стремительного сокращения числа учеников настолько тонкие и постоянно меняются, что закрепить их в законе невозможно — это будет сделано постановлениями правительства.

У депутатов Сейма были основания раздражаться, поскольку от них требовали отказаться от части парламентских полномочий в пользу исполнительной власти. В принципе, следует согласиться с опасениями оппозиции, что здесь может возникнуть форма политической коррупции, позволяющая правящей коалиции покупать лояльность самоуправлений. Но в конечном итоге Сейму пришлось согласиться, что количество школ нужно сокращать, чтобы сохранить те, которые останутся: чтобы учителя не разбегались, чтобы здания было возможно отопить и т. д.

Иными словами, нынешнюю школьную реформу можно сравнить с реформой избирательной системы после восстановления независимости Латвийской Республики. Тогда в отношении школ был введён принцип «деньги следуют за учеником». Государство выделяло школам деньги пропорционально числу учеников — это можно сравнить с полностью пропорциональной системой выборов в Сейм 1920–1930-х годов. Но сейчас кандидатов в депутаты допускают только при условии, что их партия набрала определённый минимальный процент голосов. Голоса тех партий, которые порог не преодолели,— то есть соответствующее им количество депутатских мест — перераспределяются между партиями, прошедшими минимум. С школами будет так же: школы, где учеников меньше минимума, подлежат закрытию, а их финансирование будет передано более крупным школам, пропорционально числу учащихся.

Государство стремится к тому, чтобы люди не жили в селе

Концентрация учеников в максимально крупных школах обосновывается цифрами: стоимость одного учебного года на ученика в малых сельских школах достигает 3500 евро, тогда как в городских школах эта цифра обычно составляет 1500–2000 евро. Однако одного такого сравнения недостаточно, ведь тогда речь идёт о том, что не только ученикам, но всем жителям — семьям с детьми — следует переезжать в города. Иначе остаётся вопрос: как школьники из малонаселённых территорий будут добираться до школ? Если их перевозку берёт на себя государство или самоуправление, это становится серьёзной расходной статьёй, которая уменьшает разницу в общей стоимости между городскими и сельскими школами. Продолжая рассуждать в том же духе, в расходы на образование нужно включить и ремонт дорог и — главное — мостов, чтобы школьники могли добраться до школы и обратно домой в приемлемые сроки.

Другой вариант — существование больших школ требует восстановления интернатов, которые были частью школьной системы с царских времён, о чём писал Янис Порукс (1871–1911). Он учился в такой школе с 1881 по 1885 год и на основе этого опыта в 1897 году написал рассказ «Битва у Книпски». Рассказ ничуть не радостный, поэтому восстановленная Латвийская Республика в 1990 году взяла курс на ликвидацию интернатов, что теперь практически завершено. Если плохих интернатов физически больше нет, то плохие условия невозможно скрыть за табличкой «общежитие». Устройство таких общежитий требует денег, нехватка которых и является корнем нынешней реформы.