Речь идет об украинских «Поездах непобедимости», призванных поднять моральный дух населения и обеспечить некоторое утешение в условиях суровой зимы, совпавшей с усилением российских атак.
В одном из вагонов Алина наблюдает, как ее маленький сын Тарас играет с игрушками, предоставленными международными благотворительными организациями, которые помогают поддерживать работу «Поездов непобедимости».

«Сейчас зима, и на улице довольно холодно», — говорит Алина, несколько преуменьшая ситуацию. С учетом ветра температура в Киеве на этой неделе опустилась до -19°C. Стоит сильный мороз.

«Я живу в новом здании на 17-м этаже, но у нас ни лифта, ни электричества, ни водоснабжения», — говорит Алина. Пока Тарас играет с игрушками, она добавляет, что поезд также относительно безопасное и удобное место для ее дочери. Она может встретиться здесь с друзьями.

Для Алины, муж которой целыми дням работает на заводе, это еще и редкая возможность отвлечься. Внезапно она начинает заикаться и плакать, рассказывая мне о своем 54-летнем отце, который два года назад погиб на фронте во время летнего наступления под Бахмутом.

Вернув самообладание, Алина говорит, что обязательно придет сюда еще, и приветствует облегчение, которое приносит поезд, спасая от непогоды и ночных российских ударов.

Президент Украины Владимир Зеленский обвинил Россию в том, что она намеренно использует суровую зиму для нанесения ударов по электростанциям, объектам энергохранения и другой критически важной инфраструктуре.

А мэр Киева Виталий Кличко на этой неделе высказал несколько спорное предложение о том, что жители города, у которых есть такая возможность, должны покинуть Киев, чтобы помочь снизить нагрузку на жизненно важную инфраструктуру.

Россия ухватилась за эти слова, истолковав их как признак капитуляции и проигрыша. И все же, несмотря на столь очевидные трудности, большинство жителей Киева сохраняют стойкость и готовы терпеть лишения.

Для Юлии Михайлюк и Игоря Гончарука с их годовалым сыном Маркианом это означает нагревать строительные кирпичи на газовой плите, пытаясь таким образом согреть остальную часть своей маленькой квартиры.

Эта квартира, расположенная в старом советском многоэтажном доме на восточном берегу Днепра, служит семье временным жильем, поскольку их собственный дом был поврежден в результате российского обстрела в августе прошлого года.

«Сегодня у нас было где-то четыре минуты электричества, — рассказывает мне Игорь. — Все наши зарядные станции и пауэрбанки полностью разрядились».

«Впервые за долгое время в Украине наступила настоящая зима, — с некоторой иронией говорит Юлия. — При минус 12-ти или минус 16-ти и без отопления в квартире очень быстро становится холодно».

Как и многие жители города, супруги купили большие аккумуляторы, чтобы заряжать их, когда электричество вернется. Однако для обогревателей они бесполезны, потому что разряжаются слишком быстро.

Пока единственным выходом остается одевать ребенка в несколько слоев одежды, но Юлия говорит, что на выходных они последуют призыву мэра Кличко и временно уедут из Киева в загородный дом ее родителей. По ее словам, это их собственное решение, на которое не повлияло давление со стороны мэрии.

Энергетический кризис — не единственная причина для переезда. Прямо через двор от их нового временного жилья российский дрон недавно попал в жилой дом, сильно повредив несколько квартир.

Проблемы Киева усугубляются тем, что город неоднократно подвергался российским авиаударам по жилым домам и объектам критической инфраструктуры, а также тем, что, поскольку в городе проживает более трех миллионов человек, он особенно остро ощущает последствия дефицита электроэнергии.

Последние российские атаки на энергетические объекты в столице и других крупных городах привели к накопительному эффекту, который оказался гораздо более серьезным, чем раньше.

Кличко говорит, что удары, нанесенные Россией в понедельник вечером, привели к самому серьезному отключению электроэнергии, которое когда-либо происходило в городе, и во вторник более 500 жилых домов по-прежнему оставались без электричества.

«По сравнению со всеми предыдущими зимами сегодняшняя ситуация самая тяжелая», — заявила Олена Павленко, президент киевского аналитического центра DiXi Group, в интервью сайту Kyiv Independent.

«Каждый раз восстанавливаться становится все труднее. Все покрыто льдом, и ремонт кабелей и электросетей теперь в два-четыре раза сложнее», — сказала она.

По всему городу инженеры частных энергетических компаний и муниципальных властей круглосуточно ремонтируют электростанции, поврежденные прямыми попаданиями российских ударов, или объекты, пострадавшие от их последствий.

В очередное морозное утро мы увидели, как инженеры с помощью экскаваторов и работая голыми руками пытались найти и отремонтировать поврежденные силовые кабели, питающие огромные многоэтажные дома на восточном берегу реки.

Городские власти неоднократно просили жителей и коммерческие предприятия не использовать энергоемкие устройства, поскольку они потребляют слишком много электроэнергии, и когда электроснабжение возобновляется, резкий скачок нагрузки приводит к сбою системы — отсюда и поврежденные электрокабели, которые мы видели во время ремонта.

Но инженер, с которым мы говорили, признал, что это временное решение.

«Это займет годы. Сейчас мы работаем буквально в аварийном режиме, —говорит Андрей Собко из ремонтной бригады DTEK Grids. — Оборудование работает на пределе своих возможностей, чтобы у жителей хотя бы был свет».

По мере того как война затягивается, в Украине становится трудно найти людей, которых она не коснулась лично.

Станислав (Стас) тоже пришел в «Поезд непобедимости», чтобы погреться, встретиться с друзьями и зарядить свой телефон. Одиннадцатилетний мальчик говорит, что в его доме очень холодно, а недавно в их квартире 36 часов не было электричества.

Он ясно помнит день начала войны почти четыре года назад. Когда Россия начала свои атаки, он видел яркие вспышки в небе — «яркий шар».

В последнее время именно угроза российских беспилотников не дает ему спать по ночам.

«Когда я слышу, как что-то летит, это действительно страшно, потому что ты не знаешь, взорвется ли это сейчас или пролетит мимо, и ты выживешь», — говорит Стас.

Мы сидим на верхней полке вагона вместе с его другом, и Стас откровенно рассказывает о том, как война повлияла на его поколение.

«Я забыл, когда не было войны, я не помню тех дней — жить тяжело», — говорит Стас с широкой улыбкой и необыкновенно жизнерадостным видом.

Поезд полон самых разных людей, ищущих тепла, уюта или компании. Но мой следующий разговор с пожилой дамой, которая говорит, что ее неудобства не идут ни в какое сравнение с тем, что переживают солдаты на фронте, внезапно прерывает знакомый высокий звук сигнала воздушной тревоги, раздающийся из наших телефонов.

Проводник велит пассажирам покинуть поезд и идти в убежище, расположенное примерно в километре отсюда. Большинство из них вместо этого отправляются домой, где холодно и нет света, но все, включая Стаса и Алину, говорят, что завтра вернутся.

В Киеве все стараются держаться мужественно.

На ФОТО scanpix.ee: Пункт непобедимости