Асада свергли, а счастья нет и вряд ли будет. Какой урок должен выучить Запад: Марис Зандерс

И возникает неприятное чувство дежа вю. В 2011 году был свергнут ливийский диктатор Муаммар Каддафи. Куда более харизматичный человек, чем Асад, был убит самым жестоким образом. Что означал крах режима для Ливии? Через 14 лет со дня смерти диктатора страна по-прежнему разделена между двумя группировками, поддерживаемыми внешними игроками: Турцией, Объединенными Арабскими Эмиратами и Россией.

Самая мощная сила сирийской оппозиции, «Хайят Тахрир аш-Шам» (ХТШ) когда-то была связана с «Аль-Каидой», но сейчас, говорят, стала более умеренной. Но то же самое я читал, когда Талибан вернулся к власти в Афганистане. Писали, что в 2021 году он совсем не тот, что в 1996-2001 гг., а его лидеры действительно обещали, например, не ограничивать права женщин. Обещания выполнялись не более года: Талибан оказался столь же агрессивен и мракобесен как и раньше. Не вижу причин полагать, что ХТШ будет чем-то отличаться. Что меня озадачивает, так это почему западные эксперты (или «эксперты») игнорируют это сходство с Талибаном.

Короче говоря, я думаю, что наивно ожидать, что после падения Асада в Сирии возникнет демократический режим в западном понимании, который, в отличие от Асада, не наводнит Запад наркотиками или беженцами.

Какой же урок Запад может вынести их событий в Сирии? Я думаю, что демократиям следует наконец отказаться от политики «пусть кусочек перемен, но кусочек наших перемен». Здесь следует напомнить, что семья Асадов правила Сирией 53 года, а Запад в отношениях и с Башаром, и с его отцом Хафезом долгое время руководствовался принципом: да, эти господа не демократы, но они — меньшее из двух зол: враждуют с исламистскими «братьями-мусульманами», не притесняли христиан и друзов. Точно так же в свое время Запад поддерживал иракского диктатора Саддама Хусейна как меньшее зло в противовес Ирану…

Но рано или поздно это «меньшее зло «начинает игнорировать своих партнеров по «конструктивным отношениям» на Западе. В последние годы Запад, и в частности Германия, наступает на те же грабли в отношениях с семьей Алиевых в Азербайджане и с другими странами Центральной Азии. Поиск альтернативных России поставщиков ископаемого топлива заманчив, но в долгосрочной (даже среднесрочной) перспективе цена не оправдывает себя. Было бы хорошо, если бы Запад наконец понял, что авторитарные типы невозможно приручить.

Второй урок: если вы (Франция, Великобритания, Италия, США и т. д.) при развале колониальной системы бездумно провели границы новых стран, включив в них слишком разнообразные этнические и религиозные группы, не думайте, что вы сможете оказать реальное влияние на то, что происходит в этих странах — Сирии, Сомали, Конго и других. Я не считаю, что Запад виноват во всем, что происходит сегодня в Африке или Азии, но былое умение Запада закладывать туда бомбы замедленного действия достойна, в плохом смысле, восхищения.

На мой взгляд, причина неудач Запада заключается не в отсутствии доброй воли или слабости, а в том, что Запад… для собственного удобства создал эти странные образования. Поэтому лучшее, что может сделать Запад — в том числе и в Сирии, — это оказать помощь в области прав человека, но, ради Бога, не учить строить правильную политическую систему. Вся история исламского мира показывает, что он всегда был зоной жарких споров между различными религиозными группами. Династия Омейядов со столицей в Дамаске сменилась багдадской династией Аббасидов, школа Ханбали до сих пор враждует со школой Ханафи. Посторонним лучше не соваться в их разборки.

Наконец, если кто-то в Европе воображает, что миллионы сирийцев теперь вернутся домой, то он заблуждается. Во-первых, этого вовсе не происходит (и не произойдет с украинскими беженцами), а во-вторых, смена власти может спровоцировать новые потоки беженцев – например, сирийских шиитов.