Любимый город — репортаж в лицах: звёздный Засулаукс

Засулаукс мистически притягивает в свои объятия людей талантливых, гениальных — и точно нестандартных. О некоторых жителях Засулаукса (тогда Зассенгофа) стоит вспомнить, когда окажетесь в этом скромном пригороде столицы.

Космический мальчик

В августе 1887 года, 137 лет назад, на Землю из космоса сыпался сумасшедший звездный дождь, а до этого случилось солнечное затмение. Именно в эти часы в семье рижского доктора медицины Артура Цандера родился мальчик, которого назвали на немецкий манер Фридрихом. Мама малыша Елена Цандер была дочерью саксонского камергера и музыканта. Так под аккомпанемент космоса в доме №8 на улице Калькю появился новый жилец — четвертый ребенок в семье врача.

Через два года, в 1889 году, Фридрих лишился мамы, которая, жуткая история, умерла родами, что стало большим горем для всех Цандеров. Отец семейства, имевший отличное образование и крепость духа, какое-то время один воспитывал своих детей — причем делал это замечательно. В доме, что важно, имелась отличная библиотека, в которой кроме толстенных трудов по медицине были книги по астрономии и научно-фантастические, в частности, романы Жюля Верна.

В 1891 году Цандер-старший женился на двадцатилетней экономке Берте Конради, работавшей у в доме. Вскоре родилась девочка Маргарита, ставшая сестрой ранее родившимся детям и особенно близкой Фридриху. Приемная мама заботилась обо всех детях одинаково и была ими любима. Жилище в Старом городе стало уже совершенно тесным, и после того как Артур Цандер получил наследство от своего родителя, он купил одноэтажный деревянный домик в рабочем местечке Зассенгоф на улице Бартауской, 1 (сейчас — улица Цандера близ станции Засулаукс). Тогда это был малопрестижный район (уезжали-то из самого центра!), зато наконец-то всем членам этой большой семьи в доме стало хватать места.

Артур Цандер по собственному проекту — и многое своими руками — надстроил второй этаж здания на улице, которая теперь носит имя его сына Фридриха. Дом в частном владении, отремонтирован и словно не тронут временем. На крыше этого строения по ночам сидел подросток, которому папа в 1908 году подарил телескоп, и часами всматривался в ночное небо. Рядом с ним, привязанная за ногу к трубе (чтобы не дай бог не свалилась на землю), сидела его маленькая любимая сестренка. Семья посадила возле дома целый сад, за которым старательно ухаживали все дети — кое-какие деревья уцелели, шумят сегодня предосенней листвой.

Доктор Цандер не был богат, возможно, потому, что часто не брал денег с пациентов. Представьте, на калитке дома, как только семья переехала в Засулаукс, сразу появилась надпись на трех языках — латышском, русском и немецком: «Неимущих осматриваю бесплатно». Это о многом говорит. Какие люди жили в Риге! Я всегда об этом думаю, когда смотрю на какой-то очень добрый даже с виду дом Цандеров.

Папа Цандер заразил сына мечтой — полетом на Марс. Он же сделал все что мог, чтобы сын начал реализацию этой тогда совершенно безумной, фантастической идеи. Фридрих Цандер потом признавался, что в его сознании фантазии и реальность настолько сильно переплелись, что стали единой нитью первых воспоминаний. Он действительно верил, что помнит, что было 11 августа, ему даже иногда казалось, что он сам упал с неба вместе со звездами. Звездный мальчик — таким он стал для мира.

«Обычно он редко смеялся, но охотно улыбался, — напишет о брате сестра Маргарита (та самая, что сидела с ним на крыше). — Выглядел он хорошо: выше среднего роста, светловолосый, маленькие усики. Красивы были его зеленые глаза, мерцающие всеми полутонами. Он был худощав и казался почти хрупким, ходил чуть наклонившись, не так стройно и прямо, как другие члены нашей семьи».

В 1905 году Фридрих Цандер, юноша из пролетарского захолустья Риги, поступил на первый курс механического отделения Рижского политехнического института. В студенческие годы он сконструировал свой первый планер, на котором совершал полеты с… Кукушкиной горы.

Ну а дальше Первая мировая, потом завод «Проводник» и первые чертежи двигателя ракеты на жидком топливе, которая взлетит через восемь месяцев после его внезапной смерти. Из Риги он перебрался в Москву, чтобы еще активнее заниматься разработкой «аэроплана для вылета на другие планеты». И все получилось.

Фридрих Цандер умер в 1933 году в результате сыпного тифа (приобретенного в поезде) в Кисловодске, куда он по совету друзей отправился поправить слабое здоровье.

Добавлю только еще одну цитату. Фридрих Цандер называл сестру Звездочкой и Марсианкой, рассказывал ей о планетах. А еще (с ее слов) говорил: «Немыслимо и дерзко предполагать, что только на нашей маленькой планете есть живые существа… определенно где-то тоже существует жизнь, нужно только смочь и найти». Может, и найдем, кто знает? А пока только вижу какого-то очень уж умного кота, который сидит возле знаменитого в узких кругах дома и буравит меня своими глазищами. Если бы я верила в реинкарнацию, то подумала бы: а не Фридрих ли наш Цандер вернулся на звезды посмотреть?

Агент Фифи — друг животных

В двух шагах от дома, где когда-то жило семейство Цандеров, еще одно интересное строение — приют для животных общества Dzīvnieku drauga fonds, дом добра Dzīvnieku draugs. Здание построено в 2001 году при участии мэра Риги (на тот момент Андриса Аргалиса), а также посольств США и Великобритании. Идея принадлежит Кристине Чилвер, которая владела этим участком земли.

И вот тут начинается самое интересное. Мария Кристине Чилвер, женщина потрясающей красоты, родилась в 1920 году в интернациональной семье латышки и британца. Ее отец Фрэнк Чилвер был корреспондентом английской газеты The Times of London в Риге, здесь и познакомился со своей будущей женой — латышкой Ирмой Юлианной Йиргенсон, дочерью владельца ресторана «Отто Шварц», кафе в Опере, «Римского погребка» и других подобных элитарных мест.

Кристине и ее старшую сестру обучали французскому и английскому домашние учителя, потом сестры учились в немецкой школе. Кристине свободно говорила на четырех языках — латышского она не забыла и говорила без акцента даже в свои 80 с лишним лет.

Кристине получила блестящее образование в Риге, потом в университете Сорбонна в Париже. Там девушку застала Вторая мировая, там она попала в концентрационный лагерь, откуда, кстати, благодаря выдержке и смекалке бежала в 1941-м. Нет ничего удивительного, что Кристине попала в поле зрения британского Управления специальных операций, в котором увидели ум, смелость и твердость характера девушки. А еще, конечно, как теперь сказали бы, модельную красоту. Так 22-летняя Кристине стала секретным агентом Фифи — легендой Управления специальных операций.

На самом деле, жизнь Кристине — готовый сюжет для романа. Поэтому многие киносценаристы и литераторы использовали фрагменты ее биографии, но… вряд ли кто-то когда-то узнает все. Секретность ее деятельности сохранялась очень долго и строжайше, и только осенью 2014 года, через семь лет после смерти этой дамы, Национальный архив Великобритании рассекретил ее личность, высоко оценив клад агента Фифи в безопасность Великобритании во время Второй мировой войны.

Кристине Чилвер после войны жила скромно, тихо и закрыто, окруженная собаками. Я делала с ней короткое интервью, не подозревая, кто она на самом деле…

Практически все свои деньги, оставшиеся от былой империи родителей (кое-что она вернула), и силы эта удивительная и словно нестареющая дама отдала делу заботы о бездомных и больных животных. Жила в Великобритании, растила овощи, никому не доверяла.

В завещании Кристине подчеркнула, что не желает никаких пышных проводов — лучше пусть в ее память люди жертвуют приюту для животных. И подписалась: «Кристине, друг животных». Оставим за ней это право.

Зента Мауриня такая у Латвии одна!

На улице Кулдигас, 52, в семи минутах от бывшего дома семейства Цандеров, есть здание с розовыми стенами и красной дверью. Оно ничего особенного собой не представляло бы, если бы под его крышей с 1938 по 1944 год не жила Зента Мауриня…

Зента — удивительная. Она родилась в 1897 году в Леясциемсе (это недалеко от Гулбене) в семье врача и пианистки, которые говорили в основном по-немецки, так как мама латышского языка почти не знала. Вскоре отец получает врачебную практику в Гробине, куда переезжает большая семья: у Зенты были еще пять сестер и один брат. В пять лет, заразившись полиомиелитом, Зента обезножела. Папа возил девочку в лучшую по тем временам берлинскую клинику, где ей сделали операцию, но… она так и не смогла больше встать на ноги, навсегда оказавшись в инвалидном кресле. При этом надо понимать, что Зента росла очень красивой, умной, целеустремленной, любознательной девочкой. Он считала, что добьется в жизни всего, о чем мечтает.

В результате она блестяще окончила лиепайскую Русскую гимназию (1913-15 гг.). В 1921 году поступила на факультет философии и филологии Латвийского университета. После чего преподавала в Рижском педагогическом институте и читала лекции в Латвийском университете. Ей первой в истории Латвии присуждена степень доктора филологии. Она стала писателем (известны ее монографии о Райнисе и Данте, роман «Жизнь в поезде»), эссеистом, исследователем творчества Достоевского, философом и переводчицей. На русском она писала мало, в основном на немецком и латышском.

Думаете, жизнь Зенты была ограничена только работой? Как бы не так! Она вышла замуж за Константина Раудиве, который был на… 12 лет младше ее. Они поженились во Флоренции и почти 40 лет прожили вместе. «Никто не понимал мою жизнь так, как он», — отзывалась Зента о своем супруге. Было в семье всякое, но тем не менее союз этих двух очень разных по характеру и воспитанию людей, как ни сотрясали его внутренние и внешние бури, остался нерушимым.

Константина Раудиве Зента называла «мой Альбатрос» — наверное, потому, что он был для нее несущим через все бури и штормы. Муж был ее водителем, поваром, бухгалтером, сиделкой и возлюбленным.

«Не вступай в отношения с человеком, если не в силах нести его ошибки», — сообщает Зента в своих «Заповедях». Совершенно замечательно сказано, не правда ли?

В чем секрет привлекательности Зенты? В любви к жизни, железной дисциплине (она, пребывая в коляске, даже в зрелом возрасте не набрала лишнего веса), умении мечтать и… писать.

«Нельзя уставать удивляться. — напишет Зента в одной из своих работ. — Тот, для кого жизнь, любовь и смерть не являются чудом, еще при жизни, еще не погребенный, но уже мертв. Голод тела менее опасен, чем голод души». И еще: «Даже атлет превращается в развалину, если душа теряет свой центр…»

В 1944 году Зента с мужем эмигрировали в Швецию, где с 1949 по 1963 год она занимала пост доцента в Уппсальском университете. Она прочитала около 600 публичных лекций — в Латвии, Германии, Швеции, Финляндии, Австрии и Франции. Издано более 70 ее книг.

Зента ушла в лучший мир в 1978-м в швейцарском Базеле. Наверное, превратилась в Чайку и кружит со своим Альбатросом…

…И опять я ничего не успела вам рассказать. В Засулауксе еще так много интересного, но это — в следующий раз…

Людмила ВЕВЕРЕ