Знают, но не говорят: почему банки не выдают кредиты

На ежегодной экономической конференции Банка Латвии (LB) в этом году главной темой стал вопрос: «Как увеличить кредитные мощности в Латвии?». Организаторы в аннотации отметили, что ещё в 2023 году «двигатель кредитования» работал слабо, порой даже на холостом ходу, но сейчас достигнута точка перелома.

Казакс недоволен «добрыми и милыми» речами

В этом году активность как ипотечного, так и корпоративного кредитования выросла не только по сравнению с собственной низкой базой, но и относительно других стран еврозоны. С одной стороны, в Банке Латвии похвастались успехами своей и государственной политики, с другой — уже начали беспокоиться о том, будет ли этот рост устойчивым.

В приветственном слове президент LB Мартиньш Казакс призвал «иметь смелость обсуждать неприятные вещи и сталкиваться с разными точками зрения», а в заключительной речи долго и эмоционально говорил о том, что цель так и не была достигнута: «

В некоторых случаях казалось, что мы стараемся быть очень дружелюбным. Здорово, ладно. Публично нечего там артачиться, но все равно — чтобы достичь хорошего результата, нам эти противоположные… [в аудиозаписи конференции ясно слышно слово, многоточие здесь и далее обозначает эмоциональные паузы], противоположные мнения, с которыми нам иногда хочется… Ну, опять встречное течение… Мы же знаем лучше. Но хороший результат будет только тогда, когда мы сможем соединить противоположности и понять, как двигаться вперёд вместе».

В статистике каждый видит то, что ищет

Данные можно подать по-разному. На конференцию LB принесла цифры, позволившие Казаксу заявить: «Рост кредитования приближается к 15 % по сравнению с прошлым годом, то есть кредитование стало локомотивом экономики, который тянет её вперёд и даёт возможность улучшать качество жизни населения и рост бизнеса».

Однако регулярные квартальные отчёты LB по надзору за коммерческими банками (по состоянию на 30 июня 2025 года) показывают примерно в два раза более медленный рост. Да, кредитование опережает рост ВВП и действительно подтягивает его вверх, но за первое полугодие 2025 года портфель кредитов небанковскому сектору вырос примерно на столько же, сколько за весь 2024 год. При этом номинальный рост кредитного портфеля отстаёт от инфляции.

С 31 декабря 2020 года по 30 июня 2025 года объём выданных небанковских кредитов вырос на 4,14 млрд евро (примерно на треть), тогда как совокупная инфляция за тот же период составила 39,4 %. Вывод: банки лишь частично компенсируют обесценивание денег, позволяя экономике просто функционировать, но не развиваться.

Принятый закон задергает банкиров

Спор «что первично — курица или яйцо» в латвийском варианте звучит так: экономика не растёт, потому что банки не кредитуют, или банки не могут кредитовать, потому что экономика не растёт по независящим от них причинам? Споры длились годами, пока государство не ввело штрафы за «невыдачу» кредитов.

В декабре 2024 года Сейм принял, а президент подписал Закон о налоге солидарности — специальный платёж с доходов банков в 2025–2027 годах. Формально цель — «защита общественной безопасности в условиях повышенных рисков национальной безопасности», но статья 6 позволяет банкам получить скидку, если темпы роста их кредитования в 1,75 раза превысят прогноз роста ВВП.

По расчётам Финансовой отрасли, государство получит 90 млн евро в 2025 году и около 110 млн в 2026-м, а заёмщики — соответственно меньшие суммы. Представитель ассоциации банков Улдис Церпс заявил, что эти деньги теперь «уйдут мимо» заёмщиков. На что глава департамента монетарной политики LB Улдис Руткасте спросил у Церпса: «А не наоборот ли — эти меры появились именно потому, что кредитование было слабым?» Церпс в ответ начал длинно рассказывать про последствия кризиса 2008 года, хотя вопрос касался периода после 2018 года, когда долговая нагрузка домохозяйств была низкой, качество кредитов — хорошим, а ставки — нулевыми или отрицательными.

На Латвию напал «бубулис» со многими лицами

То, что мешало кредитовать тогда, мешает и сейчас — некий страшный «бубулис» (бог воды в латышской мифологии, — прим. press.lv; как Волдеморт, имя которого нельзя произносить). Впервые он громко рыкнул 13 февраля 2018 года, когда FinCEN США обвинил ABLV Bank в финансировании северокорейской ядерной программы (доказательств до сих пор нет, банка тоже). Затем, 23 августа того же года, в кабинет премьера Кучинскиса явился председатель Moneyval с угрозой «экономических последствий».

3 октября 2018 года Мартиньш Казакс, ещё будучи членом совета LB, заявил, что главной задачей следующего правительства должно стать выполнение требований Moneyval. С декабря 2019 года он — президент LB.

Правительство послушно выполнило всё: вычеркнуло из планов развития финансового сектора цель сделать Латвию региональным финансовым центром, провело «капитальный ремонт» сектора, ликвидировало банки, публично таскало по судам экс-главу LB Илмара Римшевича и т.д.

«Намордник» становится послабее, но не снимается

Слова о «региональном финансовом центре» никогда не означали разрешения на отмывание денег, но вместо них не написали, что латвийскую экономику нужно упростить до одной коровьей фермы, двух киосков с мороженым и одного банка. Главное — чтобы все расчёты были безналичными и в любой момент доступными FinCEN, Moneyval и всем, кто громче всех прикрикнет на латвийских чиновников.

Генеральный секретарь LB Андрис Страздс, ссылаясь на «Uzpasakas» Иманта Зиедониса, сказал про вступительное слово премьер-министра Эвики Силини: «В контексте „Сказок“ я бы интерпретировал так: намордник становится послабее, иногда его даже можно будет снять полностью».

К сожалению, добрые слова Силини не сравнятся по силе с той кампанией, которой этот «намордник» был надет: ликвидация крупного банка, показательное заключение под стражу экс-главы LB, угрозы отключения от международных платёжных систем. Пока не будет проведена столь же мощная контркампания, кредитные портфели банков будут сокращаться — если не номинально, то точно по покупательной способности», — пишет Клунис.