Видео
В мире
Необыкновенный подарок
О чем вспоминает Любовь НИКОЛАЕНКО Наша читательница живет в Вентспилсе, ей 77 лет. Любовь НИКОЛАЕНКО рассказала, что ее семья — многолетний подписчик любимой газеты "ВЕСТИ", и поделилась тем, что особенно дорого ее сердцу… Разъехались мои дети и внуки с семьями по четырем странам — Ирландия, Германия, Англия, Швейцария — в поисках работы в кризисное для Латвии время. Слава богу, работу нашли — живут неплохо, довольны. Плохо, что оставили свои квартиры, родину, родителей. Вернутся ли? В разлуке жить тяжко. Очень редко видимся, хотя созваниваемся; скучаем, волнуемся за них, а они за нас. Ничего не поделаешь — такое время пришло… Но написать хочу не о грустном, а о том необычном и радостном, что произошло с нами в 2013 году. В Латвию из России меня привез муж Василий. Тут его родители жили. А познакомились мы в Сибири. Он после армии приехал по комсомольской путевке на строительство Братской ГЭС. Встретились и больше не расстались. Сыграли комсомольскую свадьбу. Уже 52 года вместе. Вырастили пятерых детей. Дети знают мою давнюю несбыточную мечту: навестить мою единственную тетю Мотю, проживающую в Подмосковье. В семье знали, что выросла я в детском доме (виновата война). Так тетя в годы войны сберегла шестерых детей от своих умерших сестер. Растила, воспитывала, но когда наступил сильный голод после войны, ей пришлось отдать в детдом меня и брата. Спасла нас от голодной смерти. Низкий поклон ей. Мы все помним. Что придумали мои дети? Они втайне купили нам с дедом билеты на поездку туда и обратно. Безумно обрадовали нас. И 24 ноября 2013 года произошла наша великая незабываемая встреча, которую я так ждала. С радостью, со слезами на глазах. Спасибо детям за такой волнующий, щедрый подарок. Там я познакомила своего мужа с тетей и родственниками. Тогда же и отметили 100–летие тети Моти. Из Латвии мы привезли гостинец — замечательный латвийский бальзам, который и нам самим нравится, настоящий ржаной черный и кисло–сладкий хлеб. Они дружно посмеялись, что мы в Россию хлеб привезли. Что, мол, у нас хлеба нет? Но потом с удовольствием уплетали и восхищались необыкновенным вкусом национального латышского хлеба…Золотой песок
Что увидел Павел ВОВИНСКИЙ Умение видеть красоту природы показал в своем письме наш читатель из Даугавпилса. Пенсионер рассказал, что он покупает "ВЕСТИ" в киоске и читает вместе с семьей и друзьями. Ему 71 год… Июльским днем, идя домой с вырубки, где валили деревья, наткнулся на озеро. Оно лежало неподалеку от тропы и было похоже на огромное овальное зеркало, оброненное в лесной чаще. Я подошел ближе и хорошенько разглядел распахнувшуюся передо мной неожиданную, как подарок, картину. Озеро в поперечнике нешироко — как в народе говорят, переплюнуть можно. У берегов плотной стеной толпился камыш, за ним поигрывала волна, перекатывая в своих ладонях солнечные блики, на волне там и сям плясали широкие зеленые листья кувшинок. Гладь озера ничто не нарушало: ни рыбачья лодка, ни дикая птица, и только в бездне воздушных потоков над озером плавал кругами ястреб.
Мне приглянулся кусочек берега, он был относительно сух и густо порос веселой травкой. Скинув с плеч рюкзак, уселся на него у самого среза воды. Солнце стояло высоко, и его лучи пронизывали толщу воды до дна. По поверхности скользили водомерки на своих тонких упористых ножках. На дне лежал слой мертвого ила.
В нем я увидел шевелящийся ком, очень похожий на осиное гнездо, только более темный. Вглядевшись, увидел, что ком состоял из множества насекомых, похожих на мелких черных клопов. Зрелище не вызвало у меня восторга. Я поднял валявшийся рядом сук ольхи, опустил его в воду, но, не достав до этого отвратительного гнезда — сук оказался короток, поворошил рядом, в иле. Со дна вырвались рваные пузыри, понеслись вверх, а вслед за ними образовалось темное, бесформенное облако мути. И тотчас же в него обрадованно метнулась вся эта водяная орава, которой, я уверен, большинство людей и названия–то не знает. Она мелькала там и сям, прошивала облако во всех направлениях, жадно выхватывала невидимую для человеческих глаз добычу.
Я ткнул в ил еще раз и с силой стал ворочать сук в разные стороны. Водяная мерзость мгновенно исчезла. Вскоре и поднятый ил отогнало в сторону, и в просветлевшей воде открылся песок. Это был чистый желтый песок. Десятки, а возможно и сотни лет лежал он под илом и теперь, вдруг освободившись навстречу солнцу, радостно засветился, заблестел всеми своими гранями, и, мне показалось, я увидел перед собой личико впервые засмеявшегося ребенка. Я опустил руку в воду и зачерпнул песок ладонью. Песчинки были крупные, отполированные временем и походили на крохотные золотые слиточки.
Потом я шел домой. К вечеру поднялся ветер, и березы по бокам тропинки бесстыдно задирали передо мной зеленые подолы своих юбок, показывая из–под них высоко оголившиеся ноги. Я шел, а у меня из головы все не выходил золотистый песок. Он лежал под илом, но держал на себе целое озеро со всеми его обитателями. Как у людей (пришло сравнение): одни держат на своих плечах планету, другие создают на ней муть, чтобы удобнее ловить свою рыбку…
По следам Тристана и Изольды
Ариадна ГЕЦОВА побывала в местах древних легенд Наши читатели любят путешествовать, вот и рижанка Ариадна ГЕЦОВА поделилась впечатлениями о поездке в Баварию — родину захватывающих исторических сюжетов… Минувший 2013–й был годом Рихарда ВАГНЕРА: исполнилось 200 лет со дня рождения великого композитора. Эту дату мне посчастливилось отметить в баварском замке Нойшванштайн, в котором король–мечтатель ЛЮДВИГ II собрал образы персонажей и героев мифов немецкого Средневековья. Именно здесь на картинах, панно и в скульптурах изображен мир сценических образов Рихарда Вагнера: Лоэнгрин и Тангейзер, Тристан и Изольда, сюжеты легенды о Персифале. Этот восхитительный замок–сказка объединил могучий музыкальный талант Вагнера с искусством немецких художников, архитекторов и строителей и мечтой "сказочного короля" Людвига II. А ведь именно долгосрочная финансовая поддержка этого короля дала возможность Вагнеру творить и создавать свои оперы. Короля упрекали за меценатство и за тягу к строительству дворцов и замков (их три), которая привела тогда к оскудению государственной казны.
Вкус короля оценили потомки. Теперь эти шедевры художественного воплощения мифов привлекают в казну государства широкие денежные потоки, собирая туристов со всего мира. Поверьте, впечатление незабываемое…
