В ответ на строптивость 13-ю школу будут проверять на «качество обучения»: лучше бы помогли с учителями

Конкурс на должность директора школы, вызвавший скандал, о котором мы уже рассказывали нашим читателям, временно приостановлен до окончания результатов проверки его легитимности. Это press.lv подтвердили оба кандидата на эту должность — и замдиректора Рижской классической гимназии Инна Бурова, и и.о. директора Рижской 13-й средней школы Иева Маргарита Озола, (которая после второго тура конкурса была отсеяна конкурсной комиссией, не добрав нужное количество баллов).

Проверить, соответствует ли проведение конкурса на должность директора школы нормативным актам, а также соблюдено ли равнозначное отношение ко всем заявленным кандидатам, мэр Риги Вилнис Кирсис поручил исполнительному директору столицы Янису Ланге, о чем заявил отдел коммуникации Рижской думы. 

Так же, с учетом публично прозвучавшей неоднозначной информации об изменении числа учащихся школы и снижении результатов централизованных  экзаменов, мэр Риги поручил оценить работу 13-й Рижской школы за три последних года. При  этом Кирсис  призвал главу думского комитета по образованию Лайму Гейкену не обсуждать на комитете этот вопрос до окончания проверки.  

И.о. директора  13-й школы Иева Маргарита Озола убеждена, что учебное заведение пытаются втянуть в какие-то политические интриги, о чем свидетельствует недавнее посещение в расширенном составе представителями движения «Par!».

-В праздничный день 18 ноября, когда у нас в школе проводились мероприятия в его честь, нас посетила Лайма Гейкена. Мы  были не против гостей, но депутат привела с собой еще двух представителей партии «Par!». Это уже не первый раз, когда она приводит с собой своих однопартийцев, причем не депутатов думы. Скажу откровенно, все это выглядит странно — политикам, которые не имеют отношения к комитету образования, нечего делать в стенах школы.

— А что с проверкой вашей работы?

-Я о ней прочитала в прессе, знаю не больше вашего. Признаю, что нам сейчас непросто, испытываем некоторый психологический дискомфорт от всего этого ажиотажа. Но могу заверить, что не жалеем, что заговорили публично, поставив под сомнение честность проводимого конкурса на директорскую должность,  и убеждены, что все делаем правильно.

Свою роль, бесспорно,  сыграли последние три этапа конкурса на директорскую должность, и процедура, которая действовала для оценки кандидата, вызвала много вопросов.

Что касается прозвучавших в прессе упреков, что результаты экзаменов в школе ухудшились, тут могу сказать, что в чем-то они ухудшились, в чем-то нет. Надо понимать, что латышский язык школьникам еще предстоит осваивать и совершенствовать, и в нынешних условиях каждый учитель-предметник поставлен в условия, когда он вынужден стать  еще и учителем латышского языка. Ведь это огромная работа! Вдвое и даже втрое тяжелее — работать в школе нацменьшинств, где для многих детей латышский язык не родной, чем работать в латышской школе, где он фактически родной для всех!

— Министерство образования вам помогает сделать каждого учителя -предметника еще и специалистом по латышскому языку?

-Есть Консультационный  совет при министерстве, в задачу которого входит такая помощь.  А в  гимназиях по определению  должны быть такие Консультационные методические центры, для помощи другим окрестным школам,  за что гимназиям  доплачивают. Но одно дело теоретически что-то знать и слышать, и совсем другое так организовать урок, чтобы школьник смог как следует освоить учебный материал на латышском. 

Один яркий пример. На уроке химии столкнулись с тем, что при изучении щелочного и кислого мыла дети при помощи учителя разобрались, что означает щелочной и кислый, освоили эти химические термины, поняли, в чем разница между щелочным и кислым, но вот то, что речь при этом идет о мыле сразу не поняли, не зная до этого самого значения слова ziepes. Вот и получается, как говорят латыши — ziepes, только в значении «абсурд». Так что языковой барьер еще предстоит преодолеть.

-Говорят, проблема еще и в том, что учителя-предметники с родным латышским неохотно идут преподавать в школы нацменьшинств.

-Так и есть. Я сама долго колебалась — идти или не идти. Мне казалось, что могу не справиться, хотя хорошо ориентируюсь и в русской литературе, и в своем предмете — математике. Могу и теоремы доказывать на двух языках. Но все же сомневалась, смогу ли четко объяснить школьнику, если что-то не поймет, перевести, если меня о чем-то спросят. В средней школе практически все термины уже понимают, но  в основной иначе — там нужно ориентироваться в терминах на разных языках. Ведь у нас учатся дети разных национальностей из разных стран – есть и из Индии, Китая и Пакистана, а также украинские дети, как и дети российских семей, уехавших из своей страны  с началом военного конфликта и не принимающих происходящего на их родине. Со всеми детьми мы говорим по-латышски, с их родителями по-английски. Так и общаемся.  

Если говорить о результатах экзаменов, то мы в прошлом году были недовольны результатами по химии, не было преподавателя, но сейчас все в порядке — у нас химию даже докторант преподает. Теперь у нас несколько учителей химии и качество преподавания намного лучше. Да и вообще нельзя так оценивать итоги экзаменов в общем, под одну гребенку — без учета родного языка школьников. Конечно, на переходном этапе школьной языковой реформы результаты экзаменов у детей из русских семей могут быть хуже.

Все это повседневные школьные дела и рабочие вопросы, которые постепенно решаются.  Поэтому я не вижу смысла в объединении нашей школы с какой-то другой школой, о чем сейчас заговорил Департамент образования. Этой осенью, если помните, в Юрмале тоже объединили две школы объединили — основную школу нацменьшинств с латышской. И тоже не все проходило гладко, пришлось объявлять конкурс на должность директора.

У нас же, в Рижской 13-й школе сформировался отличный коллектив, из разных других школ пришло много новых преподавателей,  и общий дух школы очень позитивный. Хотелось бы это сохранить. Но если руководство школы сменится, многие преподаватели уйдут,  очень жаль, если так произойдет, не хотелось бы рушить то, что создавалось годами.