«В горы бросаются миллионы золота»: как Грузию присоединяли к Советской России

Во время Гражданской войны Грузия старалась соблюдать нейтралитет по отношению и к красным, и к белым. Тем не менее, она не избежала боевых столкновений и с теми, и с другими. На какой-то период под контроль грузинской армии перешли Сухум, Сочи с Адлером и побережье вплоть до Туапсе. Одной из задач Грузии являлся выход на границу с Кубанью, откуда планировалось наладить поставки хлеба в обмен на нефтепродукты. Сложившаяся ситуация практически гарантировала в будущем столкновение Грузии с белой Добровольческой армией, чей главнокомандующий Антон Деникин претендовал на имущество бывшего Кавказского фронта, за счет которого комплектовались грузинские вооруженные формирования.

В конце 1918 – начале 1919 года войска генерала Деникина отвоевали у грузин Сочи, Адлер и Гагру, заставив противника отступить за реку Бзыбь и взяв в плен 750 солдат и офицеров. По мнению председателя меньшевистского правительства Грузии Ноя Жордании, конечной целью белых являлось упразднение независимости республики. Поэтому грузины отвергли предложенный англичанами союз и подчинение Деникину с обещанием, что после победы над большевиками белогвардейцы дадут Грузии автономию.

Вместе с тем грузины принципиально отказывались и от военного союза с Советской Россией, которая настойчиво предлагала объединиться для победы над Деникиным. Примерно тогда же лидеры Абхазии начали переговоры с белыми на предмет вытеснения грузин со своей территории. Деникин сохранил для России Сочи и Туапсе, однако от дальнейшего наступления в Грузию был вынужден отказаться из-за угроз Англии разорвать отношения.

 Одновременно одно за другим вспыхивали просоветские восстания в Южной Осетии. В июне 1920 года осетинские отряды, нанеся поражение грузинским войскам, заняли Цхинвал. Это послужило поводом к началу давно готовившегося широкомасштабного вооруженного вторжения. Меньшевистское правительство направило в Южную Осетию карательные отряды, объявив осетин «виновниками всех бед Грузии». Грузины расстреляли местных большевистских руководителей и устроили преследования лояльного им населения, в результате чего 5 тыс. человек бежали в Северную Осетию. Усиление РСФСР заставило Грузию отказаться от антибольшевистской борьбы. Советская Россия признала независимость Грузинской Демократической Республики, полномочным представителем в которую был направлен близкий друг Иосифа Сталина, член Кавказского бюро ЦК РКП(б) Сергей Киров.

Весной 1920 года РККА изгнала белых с Северного Кавказа и подошла к грузинской границе. Разбитые части Деникина и гражданские беженцы по Военно-Грузинской дороге перешли в Грузию. Попав туда, они были обезоружены и интернированы в Поти. Советское правительство, однако, категорически запретило своим войскам вторгаться в Грузию, но разрешило наступать в направлении Баку. В конце апреля красноармейцы въехали на территорию Азербайджана на бронепоездах и вместе с местными большевиками провозгласили советскую власть.

Один из лидеров кавказских большевиков Григорий Орджоникидзе тщетно призывал Москву дать отмашку в отношении его родной Грузии.

Ленин занял выжидательную позицию, поскольку в случае вторжения в республику РККА пришлось бы воевать на три фронта: значительную опасность представляла Польша, кроме того, белому генералу Петру Врангелю удалось реорганизовать разбитые войска Деникина в сильную и боеспособную Русскую армию в Крыму. Поскольку дела на этих направлениях у красных шли не совсем так, как хотелось бы Совнаркому, 4 мая 1920 года Ленин послал Орджоникидзе телеграмму следующего содержания: «ЦК обязывает вас отвести части из пределов Грузии к границе. После переговоров с Тифлисом ясно, что мир с Грузией не исключен».

Мирный договор был подписан в Москве 7 мая 1920-го. РСФСР признавала независимость грузинского государства. Грузия обязывалась легализовать коммунистическую партию и обещала не давать убежища враждебным РСФСР силам. Данное условие грузины попытались выполнить в сентябре, отказавшись пропустить на свою территорию двухтысячный отряд кубанских казаков под командованием Михаила Фостикова, который от Сочи преследовали красные. Врангель из Крыма послал для эвакуации этих частей морской транспорт под охраной миноносца. Грузины пытались помешать казакам начать погрузку, из-за чего белым морякам пришлось открыть огонь по берегу.

Грузинскую Республику между тем начали признавать иностранные державы. 6 ноября 1920 года это сделало правительство Германии. В то же время Лига наций принимать Грузию, а также Литву и Армению после сделанных ими обращений наотрез отказалась.

В конце 1920 года, заключив перемирие с Польшей и выбив белых из Крыма, красные вплотную занялись Грузией, куда теперь можно было перебросить большие силы.

Но сначала большевики советизировали Армению – это произошло в начале декабря 1920-го.

А уже 15 декабря Орджоникидзе доложил Ленину: «Мы решили, чтобы Красная армия завтра же перешла границу Грузии». Однако глава Совнаркома и председатель Реввоенсовета Лев Троцкий в совместном ответе наложили вето на данную инициативу, отметив, что вторжение РККА «в корне противоречит решению ЦК и может иметь пагубные последствия». Тем не менее, Орджоникидзе и Киров продолжили убеждать Москву в необходимости немедленной советизации Грузии, которая, по их формулировке, превратилась в базу контрреволюции Закавказья и оказывает помощь врагам РСФСР.

О том же самом просили и военные. 18 декабря командующий 11-й армией Анатолий Геккер изложил Реввоенсовету Кавказского фронта свое мнение о том, «в каких условиях должно произойти вторжение в Грузию». Он уже обеспечил приход коммунистов к власти в Армении и хотел повторить этот трюк в соседней республике, хотя и признавал, что местное население враждебно настроено к РККА.

21 декабря 1920 года Ленину задали прямой вопрос на VIII съезде Советов: «Что будет дальше с Грузией?» Ответ вождя был довольно странным: «Этого не ведает даже мусульманский Аллах, но если мы будем выдержанны, мы, ничем не рискуя, кое-что приобретем».

Ситуация все более накалялась. За развитием событий внимательно следили газеты всех политических окрасов. Например, печатавшаяся во Владивостоке «Русская мысль на Дальнем Востоке» в номере от 29 декабря 1920 года писала: «Советское правительство предъявило Грузии новый ультиматум, обвиняя ее в укрывательстве контрреволюционных элементов и в пособничестве им по работе на Северном Кавказе, где до сего времени не прекращаются восстания. Грузия на ультиматум ответила новыми арестами большевиков, находившихся на грузинской территории».

Через несколько дней издание со ссылкой на телеграмму из Лондона передавало новую тревожную информацию: «Несколько дивизий Красной армии и отряд тяжелой артиллерии собраны в Баку с целью советизировать Грузию. Скопление красных войск обозначает собой намерение Советов стереть республику Грузии с лица земли. В Тифлисе ходят слухи, что союзники, считая положение весьма серьезным, намереваются послать войска в Грузию для облегчения ухода оттуда иностранных миссий».

В начале 1921 года вопрос дважды обсуждался на Пленуме ЦК РКП(б). И если 12 января установление советской власти в Грузии посредством наступления РККА вновь было сочтено преждевременным, то 26 января 1921-го высший партийный орган фактически дал добро на проведение операции. Проект постановления Пленума по актуальной проблеме надиктовал Ленин.

В третьем пункте, в частности, сообщалось: «Дать директиву РВС Республики и Кавфронту готовиться на случай необходимости войны с Грузией».

«Предложить Кавфронту разработать вопрос о тех реальных гарантиях, которые мы могли бы дипломатическим путем потребовать от грузинского правительства в целях ограждения нас от помощи со стороны Грузии повстанцам Дагестана и Чечни», — также указывалось в документе.

В свою очередь, Высшему совету по железнодорожным перевозкам при Совнаркоме поручалось составить доклад о возможности увеличить подвоз войск на Кавказ. Наркомату по иностранным делам было поручено «оттягивать разрыв с Грузией, систематически собирая точный материал по поводу нарушения ею договора и более настоятельно требуя пропуска припасов в Армению».

6 февраля 1921 года Орджоникидзе писал Ленину, Сталину и Троцкому о том, что «Грузия окончательно превратилась в штаб мировой контрреволюции на Ближнем Востоке».

«В горы бросаются миллионы золота, создаются в пограничной полосе с нами грабительские банды, нападающие на наши пограничные посты. Считаю необходимым еще раз подчеркнуть надвигающуюся на Бакинский район смертельную опасность, предупредить которую можно лишь немедленным сосредоточением достаточных сил для советизации Грузии», — резюмировал он.

12 февраля из района Сочи, а также с территорий советских Армении и Азербайджана выдвинулись части РККА. 16 февраля советская 11-я армия перешла грузинскую границу для поддержки местных повстанцев, а уже 25-го – вступила в Тифлис. 17 марта в Кутаиси министр обороны Грузии Григол Лордкипанидзе и полномочный представитель РСФСР Авель Енукидзе заключили перемирие. 18 марта грузинское меньшевистское правительство капитулировало. В Грузии была провозглашена советская власть. По Карсскому договору от 13 октября 1921 года, заключенному при участии РСФСР между тремя советскими республиками Закавказья, с одной стороны, и Турцией, с другой, Грузия сохраняла Батум, но утрачивала часть территорий к югу от него с городом Артвин.

12 марта 1922-го Азербайджан, Армения и Грузия заключили союзный договор о создании Закавказской Социалистической Федеративной Советской Республики (ЗСФСР), которая в том же году стала одной из республик-учредителей СССР. В первой половине 1930-х первым секретарем Заккрайкома ВКП(б) работал Лаврентий Берия. При нем ЗСФСР была упразднена, а Грузинская, Армянская и Азербайджанская ССР вошли в состав СССР как самостоятельные республики.

Газета.ру