На сыром ветру, тянувшемся с Даугавы к бастионам и складам, имя капитана первого ранга Ивана Фомича Елагина исчезло раньше, чем истлели дубовые причалы Рижского порта. Молодые офицеры уже не знали, кто этот седой человек с тяжёлым кашлем, медленно проходивший по набережной среди канатов, смолы и гнилой балтийской воды.
На сыром ветру, тянувшемся с Даугавы к бастионам и складам, имя капитана первого ранга Ивана Фомича Елагина исчезло раньше, чем истлели дубовые причалы Рижского порта. Молодые офицеры уже не знали, кто этот седой человек с тяжёлым кашлем, медленно проходивший по набережной среди канатов, смолы и гнилой балтийской воды.