Видео
В мире
"Неаткарига" взяла интервью у руководителя отдела общественной истории Музея оккупации Латвии Улдиса Нейбургса в "Неаткариге". Говорили в онсовном о перепетиях Второй мировой, но в конце лита Вейдемане задала такой вопрос: "Какое значение сейчас имеет идея сопротивления?" И вот что ответил Нейбургс:
- Мне хотелось бы думать, что сейчас мы живём в независимом, демократическом государстве, у нас есть сильные союзники, мы являемся страной-членом Европейского Союза и НАТО, и избранные нами представители как в Сейме, так и в Европарламенте защищают интересы народа… Но иногда кажется, что так могло быть, но не всегда так есть.
Проводя параллели с моим исследованием о Латвии во время Второй мировой войны, я задаюсь вопросом: готовы ли мы сегодня защищать свою страну? Сможем ли наряду с военным сопротивлением оказать гражданское? Знаем ли, что должен будет делать каждый гражданин Латвии, если такая ситуация возникнет? Давайте начнём с того, подготовлены ли люди к тому, чтобы защищать хотя бы свою семью?
Есть ли у нас какое-либо государственное учреждение, которое чем-то таким занимается, в том числе объясняя людям, как им следует поступать в случае возможной агрессии? Касательно союзников, у нас есть 5-я статья договора НАТО о коллективной безопасности. Но есть ли у нас стопроцентная уверенность, что он сработает, и на кого нам полагаемся больше - на себя или союзников? Может быть, возможно некое взаимодействие, резервные варианты?
В последнее время популярны разговоры о национальной безопасности, но разве всесторонне информированными по этим вопросам не должны быть кроем разработчиков секретных планов и простые граждане - насколько это допустимо. Следует понимать, что успешным сопротивление будет только тогда, если все звенья цепи будут задействованы. Но все не будут выполнять одни и те же функции и задачи.
Во время Второй мировой войны было бы важно, чтобы политическая элита проделала свою работу, чтобы она признала - Латвия оккупирована, а не сюда "входят войска дружественной страны". Не менее важно, чтобы тот же самый Паул Калниньш или другой политик, которые позже претендовали на то, чтобы на высшем уровне представлять Латвию, не боялись в 1941 году открыто осудить уничтожение еврейских граждан Латвии в Холокосте или два года спустя с гораздо большей твёрдостью отказаться от создания латышского легиона СС.
Но тогда политики были слишком далеки от народа. Так это, по большому счёту, и сейчас".
