В студии прозвучал вопрос: каких нововведений ждать в 2018 году детсадам и школам нацменьшинств в Латвии – будут ли такие, например, проекты, как эстонское языковое погружение, и не планируется ли сократить использование русского языка в них?

«Мы с Эстонией находимся на разных стадиях опыта. И наша дискуссия показывает, что мы сейчас больше говорим о качестве образования, независимо от языка преподавания. Эстонская сторона дискутирует о том, о чем мы дискутировали уже 7-8 лет назад.

Отвечая на ваш вопрос, скажу: это будут одинаковые для всех школ изменения, речь идет о постепенном их внедрении на протяжении нескольких лет – мы это сделаем в течение четырех лет. Это будет достаточно большой вызов для всех школ, независимо от того, на одном языке там идет обучение или на двух.

Что касается выбора языка – это тоже будет вызовом, потому что язык является одной из компетенций, которая используется для изучения других предметов и получения других компетенций. Это не значит, что будет изменение в пропорции или какие-то другие изменения, потому что в отличие от Эстонии, (...) у нас есть пять моделей на выбор, и школа выбирает то, что может реализовать».

Ведущий Алексей Дунда возразил, что интересовался не существующей ситуацией, а тем, как она изменится в будущем. Папуле повторила:

«У нас один общий вызов относительно нового стандарта образования – в плане содержания. (...) Это не бюрократия, которой просит государство – это бюрократия, которую создает школа, и учитель это делает или отказывается это делать.  Мы сейчас не видим, если мы говорим об основном образовании или о среднем образовании – мы не видим со стороны министерства необходимости изменений».

Оппозиционный политик Борис Цилевич поделился своим беспокойством по поводу того, что билингвальная модель образования оговорена лишь переходными правилами Кабинета министров. Но не в самом законе об образовании. Предложения оппозиции внести соответствующие поправки в сам закон неизменно отклоняются. Несмотря на то, что существующая пропорция доказала свою эффективность, и молодежь из школ нацменьшинств осваивает и знания, и госязык, при существующем правовом регулировании пропорцию ничего не стоит изменить или вовсе отменить, предостерег Цилевич.

Папуле заявила, что она «не будет комментировать политический аспект», отметив, что министерство, продвигая ту реформу, советовалось со специалистами и избегало политических дискуссий.

«И сейчас могу сказать, что – определенно нет, потому что это один из подходов, как это делать: можно учиться на одном, двух и более языках, и это – тот методический подход, который не нужно устанавливать как единственный подход в законе».   

Следует отметить, Национальное объединение (входят в правящую коалицию) последовательно декларирует идею полного перевода школьного образования на госязык – и не далее как в декабре 2016 года приняло соответствующую резолюцию.

Звучат подобные призывы из уст многих политиков и перед каждыми выборами Сейма. В частности, осенью 2014-го кандидаты от Союза «зеленых» и крестьян, партии «От сердца – Латвии» и Национального объединения заявили в предвыборных теледебатах на LTV7, что все школы должны стать латышскими. Правда, политики разошлись в оценке сроков: кто-то считает, что это возможно осуществить уже с 2018 года, а кто-то – что процесс должен быть постепенным, и займет он лет 15.