На латвийскую землю Рерихи попали из Скандинавии более двух столетий тому назад и поселились на побережье Балтийского моря, вблизи Лиепаи. Руководителю латвийского рериховского общества Гунте Рудзите по архивным книгам удалось установить названия мест, где они проживали. Это Гробини, Газенпот (Айзпуте), Дурбе, Виндава (Вентспилс).
Дед художника, Фридрих Иоганнович (1801–1905), родился в Дурбе под Тукумсом, но бОльшая часть его жизни прошла в Риге. Он служил архивариусом в Лифляндском губернском управлении, любил литературу, музыку, занимался садоводством. Его любовь к домскому органу — «молитве духа», как он говаривал, передалась и его потомкам. Особенно внукам — Николаю и Борису.
Отец художника, нотариус Константин Федорович Рерих, женившись в 1860–м на псковитянке Марии Калашниковой, оставляет Латвию и переезжает в Петербург, где открывает нотариальную контору. В столице 27 сентября 1874 года и родился Николай Рерих.
Нотариус Петербургского окружного суда Константин Рерих занимает видное место в обществе. Среди друзей семьи — известные литераторы, музыканты, ученые. Но и отчий край Константин не забывает. Почти каждое лето всей семьей приезжает отдыхать в Майоренгоф — на дачу к отцу.
Летняя резиденция архивариуса находилась ближе к Рижскому заливу, на одной из перпендикулярных улиц, пересекающих центральную магистраль Йомас. Своей ухоженностью и обилием цветов она обращала на себя внимание прохожих.
Уже в начале мая дача архивариуса приводилась в порядок: окрашивались окна и двери, устанавливались на столбах детские качели, а под развесистой яблоней в глубине сада вешался гамак для жены сына — Марии. В саду, рядом с домом, была восточная беседка, где в вечерние часы семья Рерихов пила чай.
Поездки в Ригу обычно связывались с концертами Иоганна Баха в Домском соборе. Как–то по просьбе Константина Федоровича состоялась необычная «сверхпрограммная» поездка в Газенпот (нынешний Айзпуте), где он родился…
Спустя много лет Николай Константинович, уже признанный художник и многообещающий ученый–востоковед, напишет в своих воспоминаниях о Латвии:
«В те далекие дни услышались впервые сказания о народных героях Латвии, о зыбучих песках Куришгара (Куршского залива), о развалинах замков, хранивших увлекательные предания. Одним из самых ярких впечатлений было собирание янтаря. Может быть, в поисках янтаря заключалось какое–то смутное представление будущих курганских находок, доказывающих существование далеких общений уже в неолите…»
Связи с Латвией продолжились для Николая Рериха и в ту пору, когда он стал студентом Петербургской академии живописи. Его сокурсником был Вильгельм Пурвит (впоследствии классик латышской живописи), а на старших курсах он знакомится с другим выходцем из Латвии — Янисом Розенталом.
Впрочем, с Пурвитом долгое время дружеские отношения не складывались. Самолюбивый, легкоранимый Вильгельм вначале сторонился, как ему казалось, барственного, материально независимого сына известного петербургского нотариуса. Считал его баловнем судьбы. Вот что вспоминал Рерих:
«Нас сблизила дружественная демократическая обстановка мастерской маэстро Куинджи. Для профессора Куинджи все студенты, независимо от их сословия, положения в обществе, были равны. Определяющими качествами учеников он считал их личные способности и трудолюбие…»
В 1896 году Рерих с блеском окончил Академию художеств. После окончания академии творческие пути Вильгельма Пурвита и Николая Рериха часто пересекаются.
В апреле 1906 года Рерих становится директором школы Общества поощрения художеств. Преподает композицию, создает музей и мастерские. К нему в ученики поступают и латышские одаренные юноши, желающие стать профессиональными художниками.
У многих из них сопроводительные письма Пурвита. Среди них — Карлис Миесниек, Альберт Кроненберг, Индрикис Зебериньш, Франциск Варславан.
Через четыре года в одной из своих публикаций, посвященной работе школы и тому огромному признанию, которым она пользуется во всей Российской империи, Александр Николаевич Бенуа напишет:
«Самое закостенелое из российских художественных учреждений оказывается вдруг способным на обновление и жизненность. Это чудо произошло благодаря энергии одного человека, одного художника — Рериха…»
В 1910 году Рерих избран председателем объединения «Мир искусства». В комиссию по отбору произведений для столичных салонов он пригласил участвовать и Пурвита.
4 марта 1917 года под председательством Максима Горького была создана Комиссия по делам искусства. В ее состав вошли Александр Бенуа и Николай Рерих. Комиссия занималась вопросами охраны памятников древности, проектированием новых, организовывала народные торжества, возобновляла работу музеев и театров.
При непосредственном участии Горького и Рериха было создано Общество друзей и любителей искусства. Деятельность Николая Константиновича была связана и с работой Красного Креста.
Большая общественная нагрузка не мешала, однако, заниматься творческой работой. Осенью 1918 года Рерих заканчивает свою повесть «Пламя», в которой призывает «прозреть», «обратиться к свету»…
В 1923 году Рерих с семьей уезжает в Индию. Там продолжаются его научные исследования, изучение древних памятников, философии и духовных богатств Востока. Путь к познанию Живой Этики становится основной жизненной целью всех членов семьи Рериха.
Вскоре у него появляются последователи и в Латвии. Уже в сентябре 1923 года рижский востоковед Владимир Анатольевич Шибаев, интересовавшийся учением Живой Этики, встретился в Санкт–Морице (Швейцария) с Николаем Константиновичем и его супругой Еленой Ивановной.
Вскоре состоялась их совместная поездка в Индию. О ней в своих «Воспоминаниях очевидца» Владимир Шибаев написал:
«Долгое чудесное путешествие по тихим морям наедине с Николаем Константиновичем, постоянные беседы с ним… открыли мне всю глубину замечательной личности… Покидая Индию, я вез с собой много рукописей и много разных поручений от Н. К. Рериха…»
В Риге Шибаев создает кружок друзей Рериха, готовит к изданию его рукописи. Вскоре он вновь выезжает в Индию и становится секретарем Института гималайских исследований «Урусвати», а в Латвии его полномочия перенимает доктор Феликс Денисович Лукин.
Ему и суждено было открыть в 1930 году Латвийское общество имени Рериха. Произошло это с разрешения самого ученого, с которым Лукин не раз встречался. Вот что писал об этом Рерих:
«Когда мы узнали, что Ф. Лукин стал во главе нашего латвийского общества, почувствовалось, что устои общества будут прочны… И не на время, но, по существу, навсегда. Основы культуры нерушимы, если они любовно заложены…»
Рерих не только помогал обществу советами и книгами, но и подарил 55 картин. Сегодня они — в музеях Риги. Это одно из самых богатых собраний картин Рериха в бывшем СССР, и Латвия этим действительно может и должна гордиться…
Илья ДИМЕНШТЕЙН
Подпишитесь на главное за день
Telegram-канал PRESS.LV — срочные новости и эксклюзивы.
Будьте первым, кто прокомментирует
Для участия в обсуждении нужен аккаунт PRESS.LV.