В прошлый четверг в интернете распространился пост министра иностранных дел Швеции Марии Мальмер Стенергард. В публикации утверждается, что с тех пор, как в 2022 году Москва начала полномасштабное вторжение в Украину, импорт ЕС из России превысил объем помощи, направляемой Киеву. По словам Стенергард, "европейские страны (ЕС) и Европа" оказали Украине помощь в размере 187 миллиардов евро.

"За тот же период мы импортировали российской нефти и газа на сумму 201 миллиард евро", - сказала Стенергард. "А если добавить другие импортные товары, то общая сумма составит 311 миллиардов евро".

Министр заявила журналистам в Брюсселе, что это представляет собой "негативную поддержку Украины в размере 124 миллиардов евро".

Но верны ли цифры Стенергард? Euronews проанализировали ее заявления, используя общедоступные данные, и пришли к выводу, что ее расчеты в целом точны, в зависимости от того, какие данные использовались и как определялась "помощь".

Сколько Европа импортирует из России?

После полномасштабного вторжения РФ в Украину ЕС ввёл санкции на российские энергоносители, стремясь снизить сильную довоенную зависимость Европы от российской нефти и газа.

По данным Евростата, с начала вторжения импорт Европы из России сократился примерно на 89 %, но остается значительным.

По данным независимого Центра исследований в сфере энергетики и чистого воздуха (CREA), с февраля 2022 года страны-члены ЕС закупили российское ископаемое топливо - нефть, нефтепродукты, трубопроводный газ и сжиженный природный газ (СПГ) - на сумму более 216 миллиардов евро.

По данным CREA, в октябре 2025 года ежемесячные доходы России от экспорта ископаемого топлива упали до самого низкого уровня с начала полномасштабного вторжения.

Однако ЕС по-прежнему остается крупнейшим покупателем СПГ. Только в октябре 2025 года пять крупнейших импортеров - Венгрия, Словакия, Франция, Бельгия и Румыния - заплатили за российское ископаемое топливо в общей сложности 938 миллионов евро, сообщает CREA.

В октябре Европейский совет заявил, что в 2025 году доля российского газа в импорте ЕС составит 13 % - это меньше, чем 18 % годом ранее, - но все равно она значительна.

Природный газ остаётся вне санкций, и ЕС установил крайний срок для всех 27 государств-членов — 2028 год — чтобы они постепенно отказались от всех оставшихся закупок. Этот срок был оспорен, в частности, Венгрией, которая добивалась освобождения от предлагаемых мер.

Данные Евростата, проанализированные агентством Reuters в августе, показывают, что с учетом нефти и газа, а также других видов импорта, с февраля 2022 года ЕС импортировал 297 млрд евро, включая удобрения, никель, железо и сталь.

Сколько Европа дала Украине?

Сравнение Стенергард в целом совпадает с данными Европейской комиссии и оценками общего объема импорта. Согласно данным, опубликованным Европейской комиссией, с февраля 2022 года ЕС и его государства-члены предоставили Украине более 187 миллиардов евро, из которых около 35 % приходится на льготные кредиты.

The Cube обратился в Европейскую комиссию, которая сослалась на эту цифру. Исходя из этого, данные Стенергард в целом соответствуют действительности: с начала войны Европа действительно импортировала из России больше — в частности, российскую нефть и газ — чем потратила на помощь Украине.

Исследование Кильского института, который отслеживает выделенную Украине помощь, показывает, что по его определению выделенной помощи, первоначально эта сумма была меньше. Выделенные средства демонстрируют, что правительства согласились предоставить, а не то, что было полностью выплачено. Фактические выплаты могут быть меньше или занять больше времени.

По данным Кильского института, с начала вторжения учреждения ЕС и государства-члены уже выделили Украине 150 млрд евро.

Таким образом, сравнение Стенергард в целом верно, если использовать объявленную Европейской комиссией помощь и сравнивать её с общим объёмом импорта ЕС из России.

Однако, если включить будущие обязательства в общий финансовый ответ Европы на войну, как сообщает Кильский институт, а также хотя бы определённый объём поддержки, оказанной Европой украинским беженцам, разрыв, отмеченный министром, сокращается, но не обязательно исчезает.