В июне 1983 года по Центральному телевидению показали фильм Александра Каверзнева "Афганский дневник". Он вышел на экраны уже после смерти автора. Талантливый журналист скоропостижно скончался в марте 1983–го, через шесть дней после возвращения из командировки в Афганистан. Его смерть до сих пор остается загадкой. Каверзнев — наш земляк, родился в Риге в 1932 году. Родители переехали сюда в 1920–е из большевистского Петрограда. Отец был преподавателем русского языка и литературы, в доме была богатая библиотека. Жили они в Московском форштадте, который летом 1941–го фашисты превратили в еврейское гетто. Отец Александра при новой власти числился в неблагонадежных. Был арестован, попал в Саласпилсский концлагерь. Уцелел чудом — немецкий офицер узнал в нем своего школьного учителя. Мать — Вера Михайловна — видела, как мимо дома гнали колонны еврейских узников. Когда конвоиры отворачивались, украдкой давала им картошку, хлеб… После войны Каверзнев–старший заведовал кафедрой языкознания в Рижском педагогическом институте. Александр вспоминал, что главное, что ему дал отец, — умение самостоятельно мыслить. Саша поступил в 22–ю среднюю школу. Из этой школы вышло много известных людей. Достаточно назвать Михаила Таля, Михаила Барышникова, банкира Виктора Красавицкого, публициста Отто Лациса, Бориса Пуго. После школы — учеба на историко–филологическом факультете Латвийского университета. Первой пробой пера стали заметки в газете "Советская Латвия", но в штат он попал в другую газету — "Латвийский моряк". Появилась возможность увидеть мир — корреспонденты этого издания могли бывать за границей. Вместе с газетой пришли и интересные темы — о море, о людях, связанных с ним долгие годы. С 1959 года Каверзнев — корреспондент Всесоюзного радио в Латвии, а еще через 12 лет — собкор Центрального телевидения в Венгрии. Это и стало поворотным пунктом в его биографии. — Он был рожден для телевидения и заболел им, — рассказывает рижский историк Олег Пухляк. — И экран ответил взаимностью. Первой крупной работой Александра стала документальная лента о семье Яношик с ее городским укладом и сельскими корнями, с надеждами и политическими страхами после венгерского восстания 1956 года. Первому документальному фильму Каверзнева сопутствовала удача. В 1974 году Александр Каверзнев получил огромную аудиторию как политический обозреватель на ТВ. Начался московский период его жизни. Он первым на советском ТВ вел передачу, прохаживаясь по студии, первым показал в новогоднем выпуске шведскую группу АВВА, за что получил партийный выговор "за отсутствие классового подхода". А мне вспоминается его репортаж 1980 года из Никарагуа, где свершилась революция. В 1979–1980 годах об этой маленькой стране в Союзе постоянно говорили — в связи с борьбой повстанцев против президента Сомосы, которого наши СМИ называли диктатором и американской марионеткой. Когда после победы повстанцев Сомоса бежал из страны, Каверзнев снял интересный материал с улиц никарагуанской столицы — Манагуа. Гвоздем сюжета стал автомобиль диктатора, который журналисту предоставили революционеры. Это был шикарный по тем временам лимузин. Каверзнев даже открыл "бардачок" и показал водительские права Самосы…