Инструктор по стрельбе Модрис Шмитс рассказал «7 секретам», что в последнее время в Латвии в ряды охотников стали вступать многие девушки. У них даже есть свои охотничьи коллективы. Модрис говорит, что во всем виновата заграница, где очень много таких женских охотничьих клубов. Стоит дамам один раз сходить в лес на загонную охоту, и им уже не хочется стоять у плиты и готовить принесенную дичь, а очень хочется снова пойти в лес.

Без эмоций

— Самое интересное, — смеется Модрис, — что иногда девушкам бывает сложновато что–то объяснить, но экзамен на стрельбу они сдают с первого захода. Сразу же и без нервов. Ребята обычно дергаются перед экзаменом, беспокоятся — бывало, у нас парни сдавали экзамен аж по 9 раз, а девушки совершенно спокойные, без эмоций. Как–то у нас сдавала экзамен семейная пара: жена сдала первой, а потом подтрунивала над нервничающим мужем — мол, соберись, тряпка.

Когда они еще тренировались, муж решил пошутить и подсунул ей охотничий патрон вместо спортивного, чтобы поняла, что такое настоящие патроны, от которых отдача больше. И что вы думаете – она стрельнула и почти ничего не почувствовала, хотя даже крепкие мужики чувствуют удар.

В сосновом лесу под Ригой светит солнце и поют птицы, но тут в тишине раздаются выстрелы, и поначалу кажется, что началась война. Но это всего лишь охотники, пристреливающие свои карабины перед настоящей охотой. Если же этим пренебречь, то и на охоте делать будет нечего. Модрис говорит, что если, например, перед загонной охотой ты не участвовал в коллективном отстреле, какие обычно устраивают охотничьи коллективы, то в загонной охоте будешь идти вместо собачки и гонять зверя без оружия. Такие вещи дисциплинируют охотников, они понимают, что надо стрелять не только на охоте.

— К нам на стрельбище очень часто заглядывают косули, лисы и зайцы, — показывает свои владения Модрис, — но здесь их никто не трогает, зато мне приходится гонять любителей стрелять по банкам из пистолета. Потому что есть ребята, которые покупают оружие для баловства, а это неправильно. Я бы таких любителей строго наказывал, так как стрельба по банкам может стать причиной несчастных случаев, особенно в лесу.

Ко мне сюда часто приезжает инспектор и говорит, что вроде у меня где–то рядом стреляли. Значит, кто–то опять балуется, а балуются в основном из пистолета. Самая большая проблема у нас в Латвии – это отношение к оружию. Некоторые относятся к нему, как к игрушке. А это не игрушка – оно убивает.

Модрис рассказал, что пистолет у охотников мало у кого есть. Он предназначен для близкой стрельбы, максимум на 25 метров. Пистолет в основном используется в качестве самообороны. И по латвийскому закону на охоте запрещено стрелять из пистолета, даже добивать зверя им нельзя, хотя за границей это разрешается. Точно так же и со стрельбой из лука и арбалета. За границей это разрешено, а у нас нет.

Наши законодатели посчитали, что если разрешить такое у нас, то появится очень много браконьеров, поскольку из арбалета можно стрельнуть, не выходя из машины. Открыл окно, выстрела не слышно, а зверь упал. Но, по словам Модриса, стрелять из лука скоро и в Латвии разрешат, так как, находясь в машине, очень сложно натянуть лук в небольшом пространстве.

— У нас постепенно разрешают делать то, что раньше было запрещено, — например, стрелять с глушителем. Также нельзя было стрелять с ночной оптикой, но уже года 3–4 как это разрешено. Хотя и не всех зверей. Животным ведь тоже надо дать шанс на выживание, чтобы у них был хоть какой–то тихий час и хотя бы ночью был покой.

Ночью можно стрелять только кабанов, которые все вскапывают и являются вредителями, а также лис и енотов, которые переносят чуму и бешенство. Вот их можно стрелять ночной оптикой круглогодично, а для остальных зверей есть свой сезон. Хотя сейчас технологии идут дальше, и появилась тепловая оптика. У нас в стране она пока запрещена, так как показывает лучше ночной оптики.

Бегущий кабан

Стрельбище, где работает Модрис, было создано специально для охотников, где они могли бы не только тренироваться, но и сдать государственный экзамен. Хотя сюда приезжают на тренировки и профессиональные спортсмены. Но пострелять тут могут не только профессионалы, но и совершенные новички. На пулевое стрельбище, где стреляют лишь настоящими охотничьими пулями, приходят охотники на кабана и лося. А на стрельбище, где стреляют по тарелкам из спортивных патронов, приходят спортсмены и новички. Хотя 80% тех, кто стреляет по тарелкам, – это охотники.

— Есть два вида патронов: спортивные и охотничьи, — объясняет Модрис. — В первых заряд сделан меньше, чтобы не было такой большой отдачи, а в последних заряд уже полный, чтобы можно было попасть в зверя. Для каждого животного предусмотрен свой вид оружия. Гладкими пулями стреляют на 35 метров в кабана – для этого специально стоит мишень, которая так и называется – «бегущий кабан». А в лося стреляют нарезной пулей на 100 метров.

Для каждого вида оружия надо сдавать отдельный экзамен. Но при экзамене на гладкое оружие можно выбрать мишень – кабана или тарелки. Хотя мне кажется, что попасть в кабана намного сложнее, чем в тарелку. При первом варианте вылетает лишь одна пуля, и надо целиться точнее, а в тарелку стреляешь дробью, которой много, и что–нибудь да попадет. А с кабаном халтура не пройдет.

Модрис показывает расстрелянную в клочья кабанью мишень. Пули, которыми в нее стреляют, довольно–таки большие по размеру, поэтому такой мишени хватает на две недели. По лосям и кабанам тренирующиеся охотники стреляют из специальных окошек, похожих на бункеры. Эти окошки стоят тут для техники безопасности. Так же как и с оружием, каждое окошко предназначено для своего зверя.

В окно для лося можно видеть на 100 метров, а для кабана – на 35, и обзор тут меньше. Окна сделаны так, чтобы случайно не стрельнуть ни вверх, ни по сторонам. Только в мишень. Хотя Модрис смеется, что некоторые ребята умудряются и в потолок попасть. Но в этом случае пуля не отскакивает, а падает вниз. Во время стрельбы стоять рядом с такими окошками безопасно, но невыносимо, так как можно оглохнуть, поэтому охотники надевают специальные наушники.

— По тарелкам у нас стреляют на отдельном стрельбище. Весь розовый мусор, что вы видите здесь, – это расстрелянные тарелочки. На тарелках обычно тренируются стрелять по уткам. На поле вдалеке можно видеть много секторов с буквами. И тарелка вылетает каждый раз из своего сектора. Нет такого, что все тарелки летят из одного места. Но охотники знают, откуда полетит каждая тарелка, – рядом с ними висит так называемая программа, где указана последовательность в виде букв. Так оттачивается техника.

Это нужно для того, чтобы научиться чувствовать дистанцию до мишени. Такое чувство очень помогает в охоте на уток. Мы тут смеялись, когда у нас тренировались отец с сыном, – отец стреляет, а сын стоит сзади и подсказывает: «Батя, упреждение — метр». Оказалось, что у них так же и на охоте. Просто сын очень хорошо чувствует дистанцию, хотя сам не стреляет, ему неинтересно.
Целиться в пустоту

Модрис принимает экзамены раз в месяц на нарезное оружие и раз в месяц на гладкоствольное – они чередуются. И каждый раз на экзамен приходят 35 человек. Чтобы сдать экзамен на охотника, для начала надо месяц учить теорию на курсах и ответить на 60 вопросов, а потом уже сдавать стрельбу. Некоторые сдают стрельбу уже после трех месяцев тренировок, а у некоторых все идет туго. Здесь как и с вождением автомобиля. Без разницы, где вы начнете стрелять – в тире или на стрельбище, главное, чтобы вам нравилось. А нравится это очень многим. Модрис говорит, что только 1% начинающих бросает это дело сразу. Остальным все мало и подавай еще.

— Стрелять у нас разрешается с 14 лет, не раньше. Иначе маленький человек может травмироваться из–за отдачи. Я не против, чтобы дети стреляли, и к недавнему закону отношусь позитивно, потому что если ты в душе охотник, то без разницы, во сколько лет начинаешь стрелять. Силой ведь все равно никого не заставишь. У нас вон парни уже с 14 лет стреляют по тарелкам, в соревнованиях участвуют. У друга моего так дочка втянулась – выиграла один раз соревнование, и у нее тут же интерес появился. Теперь стреляет как профессионал.

Модрис говорит, что главное в стрельбе – слушать инструктора. Обычно девушки интересуются у него, будет ли больно. Но если все делать правильно, то не будет никаких травм, связанных с отдачей. В противном случает будет болеть плечо, или щека станет синей, если ее правильно не прижать. Новичкам Модрис рекомендует приходить тренироваться хотя бы раз в неделю, начинать надо понемногу.

Основная ошибка, которую совершают новички, – это остановка во время стрельбы. А выстрел должен быть в движении, надо двигаться вместе со зверем. С тарелками то же самое. Там надо стрелять на упреждение, в пустоту. Но, по словам Модриса, многим это непонятно: как так, я стреляю в пустоту, а попадаю в тарелку? Но это так. А если цель стоит на месте, надо иметь в виду дистанцию – чем дальше цель, тем выше надо целиться.

— Сам я нечасто хожу на охоту, так как здесь у меня много работы. Но если удается, то обычно мы идем на кабана, на бобра. Последний не только съедобный, но и очень вкусный. У него шкурка очень хорошая – делаем из нее теплые коврики для машины на зиму. Мне периодически приходится выезжать на вызовы, когда сбивают косулю или лося. Лесная служба обычно звонит тому охотнику, который находится ближе всего. Я им сообщаю, кого сбили, самца или самку, возраст, а если надо, то добиваю.

Хотя добивать приходилось очень редко, так как после столкновения с машиной зверю уже конец. Но если в этом есть необходимость, то делаю это с помощью ножа, потому что я не имею права стрелять в чужом охотничьем угодье, только в своем. Если мясо нормальное, без гематом, то мне разрешается его взять. А вот водителю забирать мясо запрещается, иначе будет штраф.

Модрис говорит, что никаких охотничьих баек у него нет, да и от других охотников он их не слышал. Секретов он тоже никаких не держит в себе. Он не жадный и всегда старается помочь. А помогает он разным людям – часто к Модрису перед утиной охотой наведываются наши депутаты. Они в основном охотятся на птиц. Часто приезжают Калвитис, Годманис с сыном. Изредка наведывается и Каргин.

Сам же инструктор пошел на свою первую охоту в 9 лет с отцом, а оружие взял в руки в 14. Но в ряды охотников он вступил лишь в 20 лет после экзамена и стажировки в коллективе. Так и втянулся. А теперь он уже 6 лет как инструктор пулевой стрельбы и совмещает хобби с работой.